Чтение онлайн

На море в этот день никого не отпустили, хотя оно было в каких-то ста метрах от нас. Вечером поужинали сухим пайком у костра и легли спать. Надо же, во время службы в армии я оказался на море, куда мы никогда с родителями не ездили. В большей части это было вызвано хронической нехваткой денег, но, думаю, что родители просто и не стремились туда поехать.

VI

Я хорошо выспался и на следующее утро, после зарядки и завтрака из батальонной полевой кухни, которую развернули сразу же по приезду, какое-то время мы были предоставлены сами себе. Валиев всё также не отпускал нас на море и мы просто сидели в расположении нашего взвода у трёх боевых машин.

Вскоре командир пришёл и объявил сбор для всех, кроме механиков-водителей. Сбор намечался здесь же, на аэродроме. К обеденному времени стали прилетать вертолёты разных размеров и назначений, как военные, МИ-8, МИ-24, так и военно-транспортные, МИ-26, по-простому именуемые «коровами», за их коровью раскраску и огромные размеры. Говорили, что такой вертолёт может вместить сразу три армейских грузовика с десантом и боеприпасами.

На бетонированном покрытии аэродрома разместился пока только наш батальон, а колонны боевой техники из других частей прибывали и прибывали, и размещались уже просто на траве. Скорее всего, здесь был распределительный пункт для всех прибывавших в зону боевых действий воинских частей. Командир привёл нас к какой-то группе военнослужащих, вооружённых (хотя кто уже здесь и сейчас не был вооружён?) и в снаряжении, с рюкзаками десантника, готовых погрузиться в один из вертолётов. Я немного занервничал, подумав, что и мы сейчас можем отправиться с ними, потому что в армии часто бывает такое, что приказ объявляют непосредственно перед выполнением какого-либо задания, а у нас с собою нет сейчас ничего, кроме оружия и тех боеприпасов, которые были при себе. Даже Вова Шварцман остался на охране имущества вместе с механиками. Примерно полчаса отсутствовал Валиев, но потом пришёл и отвёл нас в другое место, где прямо на траве перед сидящими на ней десятками солдат офицер медицинской службы читал лекцию о первой медицинской помощи. Мы в целом всё это знали, но необходимо и очень интересно узнать о том, сколько шприцев промедола можно вводить за один приём, о том, что можно делать и чего делать нельзя при различных ранениях в грудь и в живот и о том, как затягивать жгут на шее для остановки артериального кровотечения.

Где-то прошёл слух о том, что командир танковой роты сломал себе руку. Танком. Как можно было сломать руку сорокатонным танком Т-72, никто себе не представлял, однако когда мы поочерёдно в суматохе этих дней встречали нескольких танкистов и спрашивали каждого из них об этом случае, они все как один восклицали: «Да, сломал! Да, танком!». Но никто не объяснял, каким именно образом это возможно. Для танкистов, видимо, это обстоятельство было настолько очевидным, что они даже и не считали необходимым объяснять, как это возможно, как будто кто-то из них постоянно ломал руку танком.

Мы так никуда и не полетели, и не поехали, а после обеда Валиев отпустил нас на море, но не всех сразу, а по четыре человека и на полчаса каждую группу, но мы были рады и этому! Мы подошли к морю нашей группой, и я ещё раз отметил для себя этот момент: я на море!, и если бы не армия, то может быть ещё нескоро оказался здесь. Море сейчас уже не было таким ярко-синим, каким я его видел из окна поезда, оно серое с синеватым оттенком, может быть, ещё и от того что штормит. По моим представлениям, почерпнутым из произведений художественной литературы, волнение на море составляет три-четыре балла. Волна за волной с белой пеной на гребне накатываются на берег, состоящий из мелкой гальки.

Я забежал вместе со всей нашей сменой в воду, сразу же непроизвольно хлебнул полный рот солёной воды, прокашлялся и поплыл. Мы качались на волнах, брызгались, ныряли не менее четверти часа. Я поплыл к берегу, встал на ноги и не рассчитал частоты волны, которая на глубине примерно по пояс буквально толкнула меня в спину и выбросила на берег, да так, что я коленями проехал по дну и довольно сильно даже их расцарапал.

Мы отдыхали, курили и снова купались, забыв обо всём на свете, да так, что примерно через час за нами из расположения пришёл посыльный… Вова Шварцман! Командир не отпустил его купаться ни в одну из смен и сказал, что он так и не искупается, сколько бы мы здесь ни находились.

Он стал махать нам руками, призывая нас выйти из воды и вернуться в лагерь, но Слава Мохов счёл это довольно забавным и решил поддразнить товарища.

– Что, Шварцман, хочется искупаться? – прокричал он.

Владимир в ответ согласно покачал головой.

– А нельзя! – со смехом ответил Слава. – Ну, ничего, не переживай! Зато теперь ты можешь из-за угла стрелять – не каждый такое умеет!

Мне было безумно жаль Шварцмана, но даже я буквально прыснул со смеху, как и все, впрочем. Мы с сожалением поплыли к берегу.

VII

Пять прекрасных дней мы провели на побережье Каспийского моря, однако, несмотря на относительное безделье, у нас были ежедневные зарядки с обязательными пробежками длиною около трёх километров, упражнения по медицинской подготовке и чистка оружия, хотя оно и не использовалось по прямому назначению. Вечерами старший лейтенант Валиев отпускал нас купаться небольшими группами, по три человека, а в последний день нашего пребывания разрешил искупаться даже Володе Шварцману. Все понимали, что рано или поздно такая жизнь должна была закончиться, и вот наутро шестого дня мы выстроились в колонну, предварительно упаковав все наши вещи в десантные отделения боевых машин. Куда будем держать путь – никто не знал – это так по-армейски: выстроиться и поехать туда, не зная куда. Нет, командиры-то, конечно же, знают, куда ехать, только не считают нужным говорить это нам, и в этом, возможно, есть какой-то смысл.

Мы въехали в глубь республики, от этого прекрасного серо-синего моря, на которое, казалось, мы уже не приедем никогда.

Путешествие заняло целый день, машины в нашей колонне то растягивались из-за разной скорости каждой из них, то из-за постоянных поломок. Нам приходилось останавливаться и полковник Баранов на головной машине постоянно кричал по рации отстающим о том, что «мы не на прогулке и не с девочками едем покататься», что необходимо отнестись с б'oльшей серьёзностью к маршу, поскольку марш – это такая же боевая операция, как и любая другая.

Каждый из нас вооружён патронами, ручными гранатами, а Андрей Рембовский из Тюмени по прозвищу Рэмбо (хотя на Рэмбо он не похож ни капельки), будучи гранатомётчиком, имел ещё и выстрелы к гранатомёту в специальной сумке, которую носил за спиной. Интересно, что каждому гранатомётчику по штату положен помощник, который имел бы такую же сумку за спиной с дополнительными выстрелами, однако в нашем взводе из-за его малочисленности гранатомётчику приходилось справляться самому. Мне к автомату прилагался ночной прицел, который в специальном чехле я положил в десантное отделение боевой машины.

Мы проезжали через красивейшие горные селения, жители которых выстраивались вдоль обеих сторон дорог и махали нам руками, некоторые мальчишки пытались отдавать нам воинское приветствие, прикладывая расправленную ладонь к виску, а некоторые бежали вдоль дороги, сопровождая нас какое-то время.

Наконец, в одном из селений мы встали, чтобы дождаться отставшие машины и нас буквально атаковали местные жители. Атаковали с желанием пожелать удачи, пожать руки, многие несли продукты: были и свежеиспечённые лаваши, как будто люди уже знали, что мы проедем, арбузы, овощи, фрукты. Мы всё принимали, пришлось это делать, потому что поток подарков был таким сильным, что отбиваться от него было просто невозможно. Заместитель командира бригады полковник Баранов сначала хотел запретить нам принимать какие-либо продукты, но потом, увидев добродушие и открытость местных жителей, сдался.

Полковник Баранов был человеком заслуженным и уважаемым в нашей бригаде, имеющим за спиной огромный опыт боевых действий ещё с недавно минувшего советского времени, а на груди – огромное количество орденов и медалей. Огромного роста, широкоплечий атлет, десантник, необыкновенно требовательный к подчинённым офицерам, иногда даже грубый.

Однажды произошёл такой случай. В один из понедельников промозглого бесснежного февраля на обычном еженедельном общебригадном построении, на котором собрался весь четырёхтысячный личный состав воинской части, включая военнослужащих по контракту. Процедура построения выглядит следующим образом. Командующий построением сначала обеспечивает стройные ряды батальонов командами «равняйсь», «смирно», а потом под торжественный марш, который играет располагающийся здесь же, на плацу, военный оркестр, строевым шагом идёт немного, буквально метров десять-пятнадцать, к старшему по званию на доклад о том, что бригада построена. В то хмурое и дождливое утро командующим построением был заместитель командира бригады полковник Баранов, а принимавшим – командир бригады. После того как бригада встала по стойке смирно, полковник повернулся направо и пошёл на доклад. Заиграл оркестр. Каждый, кто когда-либо ходил в ногу в строю знает, что идти нужно под звук барабана так, чтобы в каждом такте ударов на первый удар барабана приходился шаг левой ноги. Но в тот день то ли оркестр начал играть на секунду позже, то ли полковник пошёл на секунду раньше, но заместитель командира бригады шёл не в ногу с издаваемой оркестром музыкой! Это было настолько очевидно, что только слепой мог этого не заметить! В строю пошли смешки, шуточки, хотя разговаривать в этот момент, да и вообще в строю, если нет команды «вольно», строжайше запрещено, однако, оркестр заглушал все исходившие звуки. После доклада и последовавшей за ним команды «вольно» полковник Баранов направился прямиком к оркестру, состоявшему, к слову, из офицеров и военнослужащих по контракту в разных званиях. Полковник что-то им высказал, после чего музыканты, подхватив свои инструменты, построились в колонну по два и побежали вокруг плаца. Это было, несомненно, наказание за неправильно воспроизведённый марш, но для стоявших в строю это было, бесспорно, занимательное зрелище. Больше всех повезло, всё-таки, барабанщику, потому что ему было дозволено бежать без своего музыкального инструмента.