Чтение онлайн

День отъезда настал как-то очень внезапно. Тётя Агелая рано утром накормила нас традиционной гороховой кашей, немного всплакнула на дорожку, сказала, что завидует сестре, просила передавать приветы. Мы с радостью попрыгали в повозки и тронулись в путь. Даже скакуны, почувствовав дорогу домой, припустили намного быстрее своего обычного темпа. На середине пути мы повстречали встречные повозки. Дети в них выглядели намного более весёлыми и упитанными, чем по дороге туда. Через несколько минут после того, как мы разъехались, нас атаковали хищные ящеры. Видимо, они крались за повозкой наших соседей и вылетели на нашу колонну несколько неожиданно для себя.

Действия в таких ситуациях отработаны до последней тонкости. Воины одним движением рычагов освободили скакунов от упряжи. На ровной дороге скакуна не догнать никакому хищнику. Мы в это время мчались к деревьям. Найва бежала рядом со мной, но когда я оглянулся в следующий раз, то увидел, что Найва уже карабкается на тонкое одинокое дерево. Смысл в её действиях был: пока мы всей толпой, мешая друг другу, лезли на большое ветвистое дерево, Найва уже вскарабкалась на верхние ветки своего. Несколько следующих секунд я был очень занят — глупые хищные ящеры, как всегда, сначала погнались за скакунами, но быстро поняли бесполезность преследования и вернулись к нам. Пришлось карабкаться с ветки на ветку, повыше. Когда я смог кинуть взгляд на Найву, то увидел, как с неба на неё пикируют две гарпии. Обычно гарпии не связываются с людьми, когда те в лесу. Но сейчас с неба Найву не защищало ничего, кроме нескольких листочков. Найва смотрела вниз, на ящеров, и не видела опасности. Гарпии легко проломили тонкие верхние ветки, с лёту подхватили Найву под руки и унесли. Наши воины были заняты лазанием по веткам и даже не успели подумать достать самострелы.

Найву украли! А ещё я понял, что пёсик Петя был у Найвы — я отдал его ей играться, чтобы не слушать болтовню глупой тётки.

Никто никогда не возвращался от гарпий! Что я скажу маме?

Но у Найвы есть пёсик Петя. Может быть…?

Я глядела на ящеров и гадала, не смогут ли они согнуть моё тонкое дерево. Призрак бабушки висел передо мной и размахивал руками, предупреждая об опасности. Я смотрела вниз и не подумала, что угрозы надо ждать с другого направления. Когда я почувствовала, что меня хватают под руки, то сначала решила, что это кто-то из воинов залез сюда раньше и теперь хочет помочь подняться повыше. Я даже хотела сказать: «Не надо, я и так высоко». Но потом увидела, что земля удаляется, а мои ноги висят в воздухе. Меня схватили и понесли сразу две гарпии. Их когти больно впились в руки и в тело. Гарпиям тоже было не очень удобно, потому они, пролетев двести метров, бросили меня на траву. Там они ухватились поудобнее — одна за руки, вторая за ноги. В таком виде я и прибыла в пещеру гарпий.

Пещера гарпий располагалась на вершине огромной скалы, точнее, скального массива. С одной стороны он обрывался в море, с другой стороны его отвесные скалы вздымались высоко над лесными зарослями. Внутри этого массива находились бесчисленные пещеры гарпий. Входов в пещеры (как я узнала потом) было два. Один вход располагался наверху, он выводил к огородикам, расположенным среди скал массива. Второй вход располагался посреди отвесной скалы. Перед ним была довольно большая площадка. Гарпии предпочитали пользоваться вторым входом — отсюда им было легче взлетать. С площадки они отправлялись в свои разбойничьи вылеты.

Камни перед входом были изрезаны следами драконьих когтей — видимо, драконы частенько нападали на гарпий.

Именно на эту площадку меня и бросили торжествующие гарпии — охотники под одобрительные вопли множества их соплеменников. После долго полёта в неудобном положении мышцы и суставы болели, подниматься не было никаких сил. Удивительно, но гарпии это поняли и не стали ничего требовать. Из пещеры вышел огромный мужик со смешными игрушечными крылышками за спиной, перевалил меня через плечо, как мешок с крупой, и понёс вглубь. Начались долгие недели плена.

Удивительно, но в пещере гарпий было довольно много людей. Как правило, это были люди, похищенные ещё детьми. Некоторые здесь и состарились, но таких было мало. До старости доживали только те, кто был украден совсем маленьким или кто родились прямо здесь. Остальные рано или поздно пытались бунтовать и превращались в обед. Людей гарпии считали ходячим мясом и съедали без малейших сомнений. Иногда, когда охота несколько дней подряд оказывалась неудачной, они спрашивали у Дуду, кто хуже всех себя вёл, и тут же забивали его на мясо.

Огромный глуповатый мужик по имени Дуду (это он принёс меня с площадки) был украден ещё в раннем детстве. Он уже давно забыл, что он человек, и считал себя гарпией. Он с гордостью носил самодельные кожаные крылья и внушал нам, что мы должны честно служить высшим созданиям — гарпиям — и гордиться тем, что служим таким великолепным существам. Дуду ненавидели все, хотя некоторые человеческие качества у него всё-таки были. Он пытался быть справедливым, и когда гарпии спрашивали у него, кого следует съесть, он называл того, кто больше отлынивал от работы.

Люди выполняли те работы, которые не могли делать гарпии. Выращивали на огородиках — довольно обширных, надо сказать, — разные злаки, овощи и фрукты. Овощи и фрукты гарпии любили, злаки шли на каши людям. Гарпии каш не ели, предпочитали мясо. Ещё в обязанности людей входили очистка пещер, изготовление одеял для гарпий и приготовление того мяса, которое гарпии изволили есть поджаренным. Людей было мало, гарпий много, и следующая срочная работа начиналась сразу же после того, как заканчивалась предыдущая. Так много я не работала никогда, на сон оставалось совсем немного времени.

Гарпии это знали и иногда даже жалели людей, приказывали Дуду устраивать отдых тем, кто был совсем измотан. По этой же причине они при первой возможности старались украсть людей живыми. Кормили гарпии неплохо (когда было чем кормить, конечно). На волю, в лес людей не выпускали никогда. Даже дрова для костров гарпии приносили сами.

На второй день плена Дуду взял меня с собою, как он сказал: «Поклониться первому человеку — слуге гарпий». В глубине массива, в довольно крупной пещере стояла статуя пожилого человека, который держал на вытянутой руке маленькую гарпию.

— Поклонись первому человеку — гарпии! — торжественно провозгласил Дуду. Я наклонилась и при мечущемся свете факела (масляных ламп у людей здесь не было) прочитала древнюю надпись: «Потомки мои! Будьте добрыми к гарпиям, которых люди создали для забавы. После Катастрофы, когда драконы уничтожили человечество, о них некому стало заботиться, а их руки не предназначены для работы. Поэтому я и моя семья, мы посвятили свои дни заботе об этих несчастных существах. Будьте и вы добры к ним».

Я уже хотела прочитать Дуду, что здесь написано, но потом решила, что ему это может не понравиться. О его роли в жизни маленькой общины мне уже рассказали другие люди, после того, как отобрали всю одежду (нож и самострел гарпии отобрали ещё раньше). Единственное, что мне удалось сохранить — это пёсика Петю, через которого теперь говорила тётя Ксюша. Когда мне становилось совсем плохо, я жаловалась тёте Ксюше, а та меня жалела. Это приносило некоторое облегчение. Тётя Ксюша сказала, что видела через свою мощную оптику, как повозки с другими детьми благополучно добрались до дома. Это было хоть какой-то приятной новостью.