Чтение онлайн

— Прекрати! Что ты делаешь?!

— Прости! Прости, все было очень вкусно, — стыдливо отвернулась Камилла, — это я виновата. Мне не нужно было есть столько джема.

— Ты можешь есть джема столько, сколько захочешь! — Тимур подошел к Камилле и резко встряхнул за плечи. — Конечно, как я раньше не догадался! Вот почему ты худела и худела! Кто тебе сказал, что ты не должна есть сладкое?.. Хотя, погоди, я, кажется, догадываюсь… Кто же еще, если не твоя знаменитая и идеальная во всем мать…

Он прижал рыдающую Камиллу к груди и прошептал:

— Ну все-все, девочка, не плачь, все хорошо… Только не делай так больше, ладно?..

Целый день пролетел незаметно: Тимур смотрел фильм, лежа с Камиллой на диване, ощущая странное умиротворение в душе, словно ему никогда и не нужно было ничего другого, чем это необъяснимое чувство, возникающее около нее. С памятью или без нее — она единолично царствовала в его сердце, не зная об этом, и с каждым днем эта власть все крепла, и самое ужасное во всем этом было то, что Тимуру совершенно не хотелось сопротивляться этой своей слабости. Красивая девочка, которой бы ему так хотелось обладать, была совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, но он не мог ничего сделать, не мог пользоваться ее доверчивостью, не мог поступить с ней плохо… Ибо что бы она ни говорила, что бы ни чувствовала в данный момент, всегда есть вторая Камилла, та, о которой они оба знают не очень много, и если она когда-нибудь вернется и увидит, что он с ней сделал, подчинившись своей похоти… Ему не будет прощения, ведь, скорее всего, она питает привязанность к Артему. Тимур не мог знать этого наверняка, но ревность мешала ему рассуждать здраво, и поэтому эта мысль преследовала его уже очень давно.

Вечером он ушел в душ, чтобы смыть с себя тревоги дня и расслабить под теплыми струями воды свои мышцы, слишком сильно наряженные из-за присутствия в квартире хорошенькой юной куколки.

Он блаженно вздохнул, намыливая голову шампунем, понемногу отпуская свои тревоги, и вдруг, как и утром, явственно ощутил чей-то пристальный взгляд. Приоткрыв веки, он увидел, что в метре от него стоит Камилла и молча разглядывает его. Шампунь тут же начал сильно щипать глаза, вынуждая его зажмуриться.

— Что ты здесь делаешь? — воскликнул он в тщетной попытке смыть остатки шампуня с лица. — Выйди, пожалуйста!

— Прости, прости, — спохватилась Камилла. — Просто я должна была срочно кое-что тебе сказать…

— И поэтому ты прокралась в ванну и стояла тут Бог знает сколько времени? — усмехнулся Тимур, видя, как покрасневшая Камилла отчаянно дергает за ручку двери, в тщетной попытке удрать отсюда как можно скорее. Наконец, дверь поддалась, и девушка выскочила наружу.

Позже, выйдя из ванной в одном полотенце, обернутом вокруг бедер, насвистывая любимую мелодию, Тимур застал Камиллу в своей комнате. Орудуя всего лишь одной только здоровой рукой, она заканчивала перестилать его постель.

— Что такого важного ты хотела мне сказать?

— Мне нужна одежда, — тихо ответила девушка. Тимур молча оглядел ее с ног до головы и признал про себя, что она абсолютно права: его рубашка, едва доходившая ей до колен, была не самым лучшим выходом из создавшегося положения, в котором он чувствовал себя пленником маленьких белых ножек…

— Хорошо, я куплю тебе одежду, — вздохнул он, — зайду завтра в магазин. Это все?

— А можно мне с тобой?

— Нет, — резко сказал он и, видя, что Камилла хочет сказать еще что-то, не дал ей произнести и слова, — без возражений. Тебя разыскивают, и ты со сломанной рукой, хромающая, сразу же бросишься в глаза какому-нибудь продавцу.

Камилла послушно кивнула и огорченно зашагала к двери.

— Спасибо за постель, — сказал он ей, и Камилла обернулась, одарив его мягкой улыбкой — Но... не нужно было так заботиться обо мне… — покачал головой Тимур.

— Я хотела помочь, — возразила она, а потом неожиданно прибавила. — Мне приятно что-то делать для тебя, потому что ты хороший человек.

— Нет, плохой, — упрямо отрезал Тимур. — Откуда ты вообще знаешь, что я положительный герой в этой истории? Ты никогда не думала, что слишком доверчива? И что именно я, а не твоя семья, могу быть опасен для тебя?

— Нет, не думала, — просто ответила Камилла, ничуть не удивленная его тирадой.

— Но почему?!

— Потому что мне нравится, как ты пахнешь, — невинно пожала плечами Камилла, словно не сказала чего-то из ряда вон выходящего, и оставила шокированного Тимура одного.

Наступила ночь, но она не принесла ему сна. То, что сказала Камилла, никак не выходило у него из головы. «Мне нравится, как ты пахнешь…» Она что, как животное полагается на запахи и инстинкты? Может быть, ее следовало оставить в клинике под наблюдением психиатров? Не совершил ли он непоправимой ошибки, спрятав Камиллу у себя, не станет ли ей хуже? «Ох, и нелегко мне будет в ближайшее время», — крепясь, подумал Тимур. За окном разыгрался весенний ливень, напитывающий холодной сыростью спящие улицы и убаюкивающий шумом падающих на землю и крыши миллиардов капель.

Это было удивительно, но… ему нравились обе Камиллы: и старая, и новая. Прежняя была сама сдержанность, застенчивая девочка с чутким сердцем и прекрасными огромными глазами, сияющими как звезды, а эта… Она тоже была Камиллой, но только как будто новорожденной, без всякого жизненного опыта. И в ту, и в другую так легко влюбиться до беспамятства… «А может быть, это и есть мой шанс, о котором я смутно мечтал так много времени, даже мысленно боясь осознать, чего хочу? — размышлял Тимур, прикрыв глаза и отдаваясь медленно сгущающемуся вокруг него сумраку комнаты. — Или это всего лишь наваждение, и та история, в которой я влюбляюсь в несуществующую девушку, повторится вновь?» Ведь если быть честным, он не любил ни Сашу, ни Кристину, а сердце по-прежнему стонало при одном только воспоминании… Кого же тогда он любил так страстно, так безоглядно, что до сих пор не может забыть? Ответ очень прост: ни одну из них. Это страшно представить, но он прикипел всем сердцем к чему-то эфемерному, к тому, что выдумал сам, к тому, что мечтал увидеть, к бесплотному призраку… И будет ошибкой обмануться теперь и поддаться этой любви, которую с каждым новым днем все труднее и труднее сдерживать внутри, позволить себе сгореть дотла… И остаться ни с чем, когда к Камилле вернется память и все станет, как было — без какого-либо намека на влюбленность. Сможет ли он снова пережить эту пустоту, потеряв навсегда возможность любить ту, что уже считал частью себя самого? Как было с Кристиной… Финал будет идентичен: Кристина погибла, а Камилла исчезнет в мире, которому всегда принадлежала, где ему никогда не было и не будет места…

За окном прогремел гром, и Тимур невольно вздрогнул, услышав эти мощные урчащие раскаты, словно то был вой разбуженного монстра. Спустя несколько минут после этого грохота, от которого все еще вибрировали стены, до него донеслись какие-то шорохи из коридора. Приподнявшись на локтях, он увидел, что в дверях с зажженной свечой в руках стоит Камилла — босиком, в одной его рубашке, накинутой на голое тело. Все его существо мигом затрепетало и ожило от этой картины.

— Что случилось? — деликатно кашлянув, спросил он, стараясь не показывать своего возбуждения.

— Свет не работает, — прошептала Камилла. — Мне страшно. Можно я буду сегодня спать с тобой?

Тимур протянул руку, чтобы включить торшер — безрезультатно; проклятье, похоже, гроза действительно вырубила электричество. За окном полыхнула молния, а вслед за ней почти сразу же прогремел гром, так испугавший девушку, что она едва не выронила свечку из рук.

— Ладно, иди сюда, — позвал он, почти сразу же пожалев об этом. И правда, что может быть ужаснее, чем лежащая подле него маленькая нимфа, всякий раз касающаяся его при любом легком движении своего гибкого тела, пахнущего сладкой свежестью и теплом. Она могла — ничего не делая(!) — заставить опуститься его на колени и даже покорить целый мир этой своей детской красотой, которой, бесспорно, хотел бы обладать каждый мужчина… Каждый… И он не был исключением. Конечно, нечего теперь было даже думать о сне.

— Тимур? Ты не спишь? — тихо спросила Камилла, не оборачиваясь.

— Нет, — буркнул он.

— Я соврала тебе.

— О чем? — сразу же насторожился Тимур.

— Когда я вошла в ванную, то даже и не думала спрашивать тебя об одежде, это я потом выдумала. Просто все дело в том, что я не помнила, как выглядит голый мужчина, и мне очень хотелось тебя увидеть.

— Ну и как я тебе? — одними губами выдохнул Тимур, пытаясь придать голосу шутливое выражение.

— Ты очень красивый. Мне понравилось, — искренне сказала Камилла. — Спокойной ночи, Тимур.