Чтение онлайн

Уже совсем скоро исполнится двадцать лет, стремительной вереницей пролетевших от времени необузданных августовских дней 1991 года.

Приближающаяся «круглая» дата обрушившихся на нас тогда событий, тем более таких, что запалили и раскрутили грандиозные общественные и политические процессы на огромном пространстве, преобразившие до неузнаваемости наше общество и государство, да ещё, на фоне нынешней нескончаемой череды взрывов, пожаров, убийств, крушений и катастроф, вновь всколыхнула прежние воспоминания, пробудив желание взглянуть на два десятка прожитых лет, и оценить произошедшее с мировоззренческих позиций дня сегодняшнего.

На рубеже восьмидесятых-девяностых годов мне пришлось работать в одном из столичных научно-исследовательских институтов необъятной системы Государственного комитета СССР по делам строительства.

В строительном комплексе Советского Союза были заняты около одиннадцати миллионов человек и, предвидя приближающиеся экономические реформы, руководство Госстроя СССР сочло необходимым и важным как можно лучше подготовиться к будущим преобразованиям. В частности, для этой цели во ВНИПИ Труда был создан отдел, который, во взаимодействии с научными структурами Государственного комитета Совета Министров СССР по профессионально-техническому образованию, должен был разрабатывать концептуальные основы и методы работы с персоналом в строительстве: как в специализированных профессиональных образовательных учреждениях, так и непосредственно в трудовых коллективах.

В те времена, весьма обосновано и правомерно считалось, что успех реформирования экономики всецело зависит от качества профессиональной образованности кадров, знания целей, задач и способов осуществления преобразований работниками всех уровней: от министра до рабочего.

Особо подчёркивалась необходимость создания и подготовки сплочённых управленческих команд, в состав которых должны были отбираться наиболее авторитетные руководители и специалисты, и с их участием, на основе последних научных достижений, должна была вырабатываться наиболее эффективная стратегия преобразовательной деятельности, формулироваться цели и задачи, отрабатываться методы, чтобы в последующем активно и наименее болезненно применяться в практике реформирования.

Поэтому созданное новое научное подразделение, которое мне довелось возглавлять, именовалось Отделом непрерывного образования кадров и трудовых коллективов.

Отдел работал на условиях самоокупаемости, сочетая финансирование из госбюджета с самофинансированием, и работал очень активно, осваивая выделенную предметную область и достигая требуемых научных результатов. Заработная плата сотрудников быстро росла, благодаря увеличивающемуся объему работ, и люди с энтузиазмом трудились, не считаясь со временем, не противились, когда нужно было ездить в долгие командировки, радовались общим высоким достижениям.

Однако конкуренции интересов между направленностью на научно-практическую результативность работы и погоней за прибылью в отделе не было, как не было этого, и в институте в целом. Все хорошо понимали, что деятельность должна быть предметной, уровень результативности работы, – высоким, основанным, прежде всего, на качестве продукции и росте производительности труда, а уже благодаря этому, и заработок должен быть соответствующим. Деньги самым естественным образом, и практически всеми, воспринимались как важное средство, но не как главная цель жизни.

В 1989 году нами была разработана Концепция непрерывного образования кадров в строительстве, которая была утверждена совместным решением Коллегий Госстроя СССР и Госкомитета СССР по профтехобразованию.

Ещё одной важной работой, в которой мне посчастливилось участвовать в те годы, было комплексное исследование деятельности первичных партийных организаций в условиях перестройки. Головной организацией этого исследования была Академия общественных наук (ныне Академия государственной службы при Президенте РФ), действовавшая по прямому поручению высшего политического руководства страны. Социологические и социально-психологические опросы проводились в одном из районов Москвы, а также в структурах, непосредственно подчинённых ЦК компартии Белоруссии. Моему отделу пришлось разработать методику исследований, произвести сбор данных, обработать результаты, описать их и отдать в НИИ «Опыт» Академии общественных наук.

Пишу я это лишь для того, чтобы показать, на каком высоком уровне в Советском Союзе шла подготовка к экономическим реформам, и какое внимание этому уделялось политическим и народно-хозяйственным руководством страны.

В самом начале девяностых у меня наладились и укрепились отношения с Всесоюзным обществом «Знание», благодаря чему стали расширяться международные связи и контакты. В начале 1991 года я был утверждён Генеральным директором Международного совместного предприятия «Лицом к Лицу», в состав которого был переведен из института весь мой научный отдел. Деятельность этого международного предприятия также была инновационной. К тем научным направлениями, о которых было сказано выше, добавились разработки в сфере информатики, программных средств для российского земельного кадастра, баз экономико-географических данных на основе ГИС-технологий для поддержки принятия решения на высшем уровне государственного управления, консультационная, издательская и международная выставочная деятельность.

Август 1991 года застал меня в Москве. Очень хорошо помню серую, мрачную, туманную погоду, особенно те ночи, когда мы с женой почти не спали, так как наш сын в эти дни находился на баррикадах у белого дома. Утром двадцатого августа, по той причине, что к этому времени в структуре международного предприятия уже были образованы почти сорок дочерних фирм, расположенных во многих городах разных республик страны, я издал приказ, предписывающий руководству всех созданных нами структур подчиняться новой российской власти, то есть Президенту России. Вообще, в то время я был на острие происходивших в стране преобразований, но, конечно же, мало, что понимал в действительной сути происходящего.

Не побоюсь ошибиться, если скажу, что многие из нас очень хорошо помнят то особенное общественное воодушевление августа 1991 года, когда на смену жесткому партийно-номенклатурному режиму, пришло новое, как мы думали, истинно демократическое, и как нам казалось, неизбежно ведущее к построению социально справедливого общества, государственное устройство.

Значительное большинство из активной части населения огромной советской страны видели в начавшихся преобразованиях желательный результат, соответствующий собственной воле и личным ожиданиям, искренне надеясь на скорое разрешение многих жизненно важных проблем.

Из великого множества постоянно будоражащих общество вопросов, несколько отчетливо выделялись своей актуальностью, значимостью и всеобщностью:

«устранение тягостного, неправедного идеологического гнета и получение возможностей для свободного выражения собственных мыслей, взглядов и идей, духовного раскрепощения и интеллектуального развития, индивидуального самостоятельного, осмысленного и осознанного творческого труда;

«устранение препятствий и создание благоприятствующих условий для удовлетворения потребностей самоактуализации, личной инициативы и независимости суждений, грубо подавлявшихся прежним партийно-номенклатурным режимом;

«устранение ограничений свободы совести, вероисповедания и информации, а также и других прав человека, декларируемых мировым сообществом в качестве общепризнанных и базисных для человечества, ценностей;

«получение практических возможностей влияния на государственные и политические решения на основе построения и развития демократических механизмов власти, руководства и управления;

«создание комфортной и благодатной общественно-политической среды, способствующей повышению личного и семейного благополучия, основанного на проявлении и актуализации собственных знаний, умений, усилий, усердия, трудолюбия;