Чтение онлайн

Вопрос. До какого времени вы находились с Гитлером?

Ответ. 23 апреля 1915 г. ночью я выехал из Берлина на фронт, в штаб 12-й армии генерала Вепка, имея задачу осуществить соединение 12-й и 9-й армий. 24 апреля я попытался вернуться в город, но не мог осуществить посадку и был вынужден остаться вне Берлина.

22 апреля фюрер принял решение остаться в Берлине. Он заявил, что ни за что не покинет город и будет ожидать исхода судьбы, непосредственно руководя войсками. В этот день фюрер произвел на меня очень тяжелое впечатление; до этих пор у меня ни разу не возникало сомнения в его психической полноценности. Несмотря на тяжелые последствия покушения 20 июля 1944 г., он все время оставался на высоте положения. Однако 22 апреля мне показалось, что моральные силы оставили фюрера и его душевное сопротивление было сломлено. Он приказал мне немедленно уезжать в Берхтесгаден, причем разговор был исключительно резким и окончился тем, что фюрер просто выгнал меня из комнаты. Выходя, я сказал Йодлю: «Это крах».

Находясь вне Берлина, я до 29 апреля поддерживал связь со ставкой, используя дециметровый радиоаппарат направленного действия.

Непосредственных переговоров с фюрером я не вел, однако получал через генерала Кребса неоднократные приказания и запросы Гитлера, требовавшие максимального ускорения действий 12-й и 9-й армий, немедленного перехода в контрнаступление и т. д. После выхода аппарата из строя я никаких сведений из ставки Гитлера не получал..

Вопрос. Какие меры принимались для выезда Гитлера н других руководящих деятелей правительства и партии из Берлина?

Ответ. Как я указал выше, Гитлер самым решительным образом отказался выехать из Берлина. Единственное я могу сообщить, что 28 апреля я во время нахождения в Рейнсфельте получил радиограмму из Берлина с требованием выделить 40— 50 самолетов типа «Физелер-Шторх» или других учебных самолетов, которые должны были совершить посадку в Берлине. Для руководства этой операцией из Берлина ко мне прибыл на самолете генерал-фельдмаршал Риттер фон Грейм. Самолеты были выделены, часть из них имела назначением остров Пфауэн-Ин-зель на р. Хафель Результаты операции мне неизвестны, ибо я выехал с КП.

Я не думаю, чтобы ч последние дни Гитлер мог бы вылететь из Берлина Единственной посадочной площадкой оставался отрезок Шарлоттенбургер-шоссе, между колонной Победы и Бран-денбургскими воротами Я запрашивал разрешение у Берлина вылететь на доклад фюреру с посадкой на указанной площадке, на что последовало запрещение, ибо площадка полностью простреливалась русской артиллерией О с\-льбе прочих лиц, находившихся вместе с Гитлером " в Берлине, мне ничего не известно.

Вопрос. Осветите развитие оперативно-стратегической об-ыаповки на Восточном фронте и какова была ваша оценка военных перспектив Германии на различных этапах войны?

Ответ. Сосредоточение немецкой армии в районах, граничащих с областью государственных интересов СССР, мы начали непосредственно после окончания французской кампании, ибо к этому времени в восточных районах у пас было только пять — семь дивизий. Основными районами сосредоточения явились Восточная Пруссия и Верхняя Силезия. Это сосредоточение усиливалось по мере подтягивания русскими войск в приграничные районы.

Нельзя сказать точно, что именно к лету 1941 г. немецкая армия была полностью готова к войне. В известной мере армия всегда готова к войне и также всегда не готова к войне. Например, к ведению полноценной подводной войны Германия стала готова только к 1945 г.

План кампании 1941 г. состоял примерно в следующем: три группы армий, усиленные мощными танковыми соединениями, наносят одновременный удар по Красной Армии, постепенно сосредоточивая свои усилия на флангах группировки, имея главной целью на севере — Ленинград, на юге — Донбасс и ворота к Кавказу. Предполагалось, что силы группы армий «Центр» будут использованы для последующего наращивания ударов на флангах. После сражения на границе и прорыва всей линии обороны Красной Армии немецкие войска должны были окружить и полностью уничтожить главные силы Красной Армии в Белоруссии и на Украине, не допустив их отхода на Москву. Как я указывал выше, кампания 1941 г. должна была закончиться к началу зимы 1941 г , ибо мы прекрасно представляли себе все затруднения, связанные с осенней распутицей и зимними морозами в России. Если оценивать силы трех групп армий, имевшихся в нашем распоряжении к началу войны, то я могу сказать, что они не были слишком велики, однако, по нашей оценке, имели возможность для достижения решающего успеха. Число дивизий я назвать затрудняюсь.

Я первоначально разделял общее мнение, что главная битва, которая может решить военно-экономическую судьбу России, должна разыграться на полях Донбасса, однако впоследствии ото мнение изменилось, и в первую очередь под влиянием успешного завершения сражения под Брянском и Вязьмой.

По докладу наших разведывательных органов, а также по общей оценке всех командующих и руководящих лиц генерального штаба положение Красной Армии к октябрю 1941 г. представлялось следующим образом.

а) в сражении на границах Советского Союза были разбитыыавные силы Красной Армии;

б) в осенних сражениях в Белоруссии и на Украине немецкие войска разгромили и уничтожили основные резервы Красной Армии;

в) Красная Армия более не располагает оперативными и стратегическими резервами, которые могли бы оказать серьезное сопротивление дальнейшему наступлению всех трех групп армий.

Положение наших войск сводилось к следующему: группа армий «Юг» после проведенных боев была значительно истощена и не обладала достаточной силой, чтобы полностью овладеть Донбассом. Все более усиливалось возникшее после форсирования Днепра стремление переносить удары в центр.

Относительно дальнейшего наступления группы армий «Центр» на Москву создались следующие разногласия:

а) командование группы армий «Центр» и руководство генерального штаба сухопутных войск (Браухич, Гальдер) требовалисосредоточить наиболее сильный кулак в центре, продолжать наступление на Москву, обходя ее главным образом с севера, иэтим наступлением решить исход войны;

б) я и первое время фюрер придерживались мнения, что необходимо стабилизировать центральный участок на наиболее выгодных позициях и за его счет усилить фланги для решения основных военных задач и более широкого и глубокого обходацентральной группировки Красной Армии.

Руководство генерального штаба сухопутных войск, учитывая блестящий успех окружения под Брянском и Вязьмой, убеждало фюрера, что операция под Москвой имеет стопроцентную перспективу на успех. Фюрер поддался их аргументам и согласился на наступление на Москву.

Дальнейшее развитие событий показало ошибочность этого решения. Следствием провала под Москвой и отхода немецких войск явилось снятие Браухича с поста главнокомандующего сухопутными войсками. Насколько я сейчас могу вспомнить, снятие Браухича объяснялось следующим:

а) фюрер решительно воспротестовал против того, что Браухич после контрудара Красной Армии предпринял планомерныйотход, заранее запланировав его по рубежам. Боясь отрывагруппы армий «Центр» от группы «Север», он слишком поспешно начал отводить 9-ю армию. Фюрер считал, что Браухич нарушил принципиальное требование — не отходить ни шагу назадс завоеванной территории, так как он знал, что значит отдаватьобратно противнику первоначально захваченные районы. Гитлеоособо резко восстал против иллюзий «тыловых рубежей», которые создавались при планировании отхода;