Совершенныи? вид
Шрифт:
– Все в порядке? – зеленые глаза Леонарда внимательно смотрели на нее.
Она кивнула с легкой улыбкой.
– Да. Просто… воспоминания. Никуда от них не деться…
– И не нужно. Это ведь часть твоей – нашей – жизни. Адриан был дорог и мне. Хотя, знаешь… одно время я здорово злился на него – из-за тебя.
– Знаю. И всегда удивлялась тому, что вы все-таки сумели сохранить свою дружбу.
– Это было непросто, признаюсь. Но… черт, кто еще бы смог меня выносить? – он рассмеялся, непринужденно откинувшись на спинку своего диванчика. – Ты и Адриан – мои единственные близкие друзья…
– Плохи же твои дела, – хмыкнув, заметила Дафна. – Адриана больше нет, а я, как выяснилось, тебе не вполне друг…
– Ты – мой друг, что бы там между нами ни происходило, – твердо сказал Леонард. – Извини – не стоило мне так на тебя давить со своими чувствами – и, вообще, я в тот вечер наговорил лишнего…
Он замолчал при приближении двух официантов, поставивших перед ними большие блюда с источающей восхитительные ароматы пиццей, пару бокалов с холодным пивом и тарелки с щедрыми порциями закусок. Дафна дождалась, когда они, пожелав им приятного аппетита, ушли, и, протянув через стол свою руку, крепко сжала ладонь Штрома.
– Не вздумай извиняться за то, что чувствуешь, Лео. Я ведь не вчера на свет родилась – и должна была догадываться о твоем ко мне отношении. Просто… мне, наверное, очень хотелось иметь рядом друга – друга, который заботится обо мне и помогает в трудную минуту... Я не знаю, что ждет нас дальше, и ничего не могу тебе обещать – поэтому давай закроем пока эту тему и, наконец, поедим.
Несколько мгновений Штром молча смотрел на нее с непонятным выражением во взгляде, после чего сжал ее пальцы в ответ и согласно кивнул. Затем они придвинули к себе свои бокалы с пивом и, не сговариваясь, легонько чокнулись.
– За нашу дружбу, – произнес Штром, чье лицо вновь скрылось за маской обычной невозмутимости.
– За дружбу, – искренне повторила Дафна.
Леонард выполнил свое обещание: на протяжении последующих полутора часов он больше не затрагивал щекотливых тем, и ужин они провели за непринужденной приятельской болтовней, которой Дафне в последнее время так не хватало. Воздав должное пицце, которая удовлетворила даже взыскательный вкус Штрома, и допив свое пиво, они заказали на десерт мороженое, также оказавшееся весьма неплохим.
– Не думала, что в меня может влезть столько еды, – со смехом призналась Дафна, мысленно порадовавшись, что догадалась надеть тунику свободного покроя и эластичные брюки. – Кажется, я сейчас лопну…
– Нужно почаще приглашать тебя в рестораны – глядишь, и отъешься немного, – пошутил в ответ Лео.
Невзирая на возражения Дафны, он оплатил счет, после чего они вышли из переполненной пиццерии и медленно побрели к оставленной на парковке машине. Дождь этим вечером едва накрапывал, вокруг царила бодрящая свежесть, напоенная запахами мокрой листвы, цветов и асфальта и сдобренная терпким ароматом кофе – и Дафна вдыхала его всей грудью, чувствуя странное, так давно не снисходившее на нее умиротворение. «Так пахнет жизнь», – думала она, разглядывая огибающих их прохожих – оживленных, с улыбками на лицах. И даже испытала легкое сожаление, когда Леонард распахнул перед ей переднюю дверцу «вириса».
Заняв свое место, он активировал режим автопилота и сообщил ему адрес пункта назначения – в Антроповилле было запрещено садиться за руль даже после пары глотков алкоголя. Благодаря этому (а также серьезным штрафам за любое нарушение правил дорожного движения), автомобильные аварии в городе случались крайне редко. «Безопасность превыше всего» – этому девизу подчинялась жизнь каждого из антроповильцев: здесь все они были на счету. Кроме, разве что, жизней полукровок, не столь ценных с точки зрения продолжения человеческого рода…
Большую часть обратной дороги Дафна и Лео молчали, слушая радио и иногда обмениваясь ничего не значащими улыбками. Впрочем, девушку не покидало ощущение, что ее друг чем-то озабочен – скорее всего, тем серьезным проектом, постоянно занимающим его ум. Она почти не сомневалась, что, вернувшись домой, он поспешит вновь засесть за работу: насколько она знала, он давно оборудовал свой подвал под вместительную домашнюю лабораторию и по совместительству – кабинет. Что ж, а она, пожалуй, проведет остаток вечера за просмотром какой-нибудь телевизионной передачи о животных (из которой вряд ли узнает что-то новое, учитывая, что большинство материалов для подобных фильмов телевидению предоставляли зоологи Центра).
Доехав до перекрестка, граничащего с Центральным парком, «вирис» остановился на красный свет светофора, и Дафна бездумно задержала взгляд на нескольких фигурах в темных дождевиках, застывших на тротуаре у парковых ворот. То были полукровки – двое молодых мужчин и женщина, очень высокие, с непокрытыми, невзирая на моросящий дождь, головами. У мужчины постройнее была густая темная шевелюра, у прижавшейся к нему женщины – скорее, даже, девушки – косматая грива обыкновенных для гибридов каштановых волос. А вот их спутник, широкоплечий громила, был отчаянно рыжеволос. Словно ощутив на себе пристальный взгляд Дафны, он повернул в ее сторону лицо, и девушка едва не вскрикнула, увидев, как блеснули желтым в полутьме его глаза.
– Это… это он! – выдохнула она, подавшись вперед и судорожно вцепившись в приборную доску. – Рыжеволосый!
Не дожидаясь реакции Штрома, Дафна распахнула дверь со своей стороны и, пулей выскочив наружу, со всех ног побежала к воротам парка – благо, их машина занимала крайний ряд у тротуара. Полы дождевика развевались у нее за спиной, капли дождя падали на лицо, волосы и одежду, но она и не думала застегнуться, видя перед собой лишь свирепое, грубо очерченное лицо убийцы, отнявшего жизнь Найи. И даже донесшийся до нее громкий окрик Леонарда не заставил ее остановиться.
– Эй, ты! Рыжий! Стой! – вне себя от ярости, закричала она, когда странная троица, заметив ее приближение, развернулась и быстрым шагом устремилась в парк.
Проклиная неудобные туфли, Дафна, как могла, ускорила бег – но долго преследовать полукровок ей не пришлось: немного удалившись вглубь безлюдной аллеи, полуосвещенной неярким светом фонарей, они остановились и дружно повернулись к ней. Девушка и рыжий стояли чуть поодаль, за спиной темноволосого, который, засунув руки в карманы плаща, смотрел на Дафну с насмешливым интересом.
Перейдя с бега на шаг, девушка попыталась восстановить дыхание, а заодно – унять бешено бьющееся сердце, но получилось у нее это плохо. Адреналин бил ей в голову, мешая мыслить ясно и затмевая страх; все, чего она сейчас хотела – любой ценой задержать Рыжеволосого до прибытия полиции.
«Черт – я же оставила сумочку с коммуникатором в машине!» – осенило ее внезапно.
– Ну, и кто ты такая? – низким, но не лишенным приятности голосом осведомился брюнет, когда она остановилась напротив. – И на кой черт тебе понадобился наш Руфус?