Советская республика и капиталистический мир. Часть II. Гражданская война
Шрифт:
Во всяком случае серьезной угрозы Восточный фронт не представляет.
Северный фронт
Наиболее обеспеченное положение создалось для нас на Северном фронте, где сейчас нет больших военных операций, а только частичные незначительные стычки. Это объясняется создавшимся международным положением, внутренними затруднениями английского империализма, уводом английским командованием своих войск из Архангельска и Баку, [93] что можно считать окончательно установленным.
93
Уход англичан из Баку. – Англичане впервые высадились в Баку в июне 1918 г. 30 июня 1918 г. Советская власть в Баку пала, и ее место заняло эсеро-меньшевистское правительство (Центро-Каспий), ориентировавшееся на Антанту. 26 бакинских комиссаров были выданы английским властям и расстреляны в закаспийских степях. Англичане, высадившиеся в Баку с малочисленным отрядом, вскоре ушли, а вслед за их уходом пала и власть Центро-Каспия. В Баку организовалось новое правительство муссаватистов (буржуазно-помещичья партия), пришедших к власти при поддержке со стороны Турции. Поражение турецкой армии в Месопотамии и распад германской коалиции вынудили муссаватистское правительство войти в соглашение с уполномоченным английского правительства, результатом чего была вторичная высадка в Баку 17 сент. 1918 г. английского отряда под командой генерала Томсона. В выпущенных им прокламациях объявлялось, что «англичане пришли с одной лишь целью: водворить порядок, удалив германские и турецкие центры брожения», что «союзники не могут возвратиться к себе домой, пока не восстановят порядок в России» и т. д. Несмотря на то, что формально власть находилась в руках муссаватистского правительства, хозяином положения стало английское командование. 24 ноября 1918 г. был издан приказ о введении военного положения, введении смертной казни и телесных наказаний, приказ о запрещении стачек, собраний и т. д. Генерал Томсон становится военным губернатором гор. Баку, полковник Кокерель – комиссаром полиции. Основной целью занятия Баку было стремление к овладению его нефтяными богатствами. К январю 1919 г. весь Каспийский флот оказался в руках англичан. Английское командование, овладев нефтепроводом Баку – Батум, принялось за быстрое выкачивание нефти. Особым декретом был запрещен вывоз нефти без особого разрешения английских властей. На захват Баку рабочие ответили рядом забастовок и стали подготавливать свержение интервентов. Английское командование усилило репрессии. Был арестован ряд видных представителей профсоюзов и социалистических партий, которые, однако, под давлением рабочих масс были впоследствии освобождены.
В конце лета 1919 г. английские войска были увезены, и в городе осталась лишь одна британская миссия. При уходе англичанами было захвачено много ценностей, денег и документов из бакинского отделения государственного банка. О причинах, вызвавших уход англичан из Баку, мы узнаем из секретной телеграммы бывшего российского министра иностранных дел Сазонова из Парижа на имя управляющего министерством иностранных дел Омского правительства: «Ввиду недостатка военных сил в Индии, в Египте, великобританское правительство решило отозвать войска из Закавказья». Немалую роль в уходе английских войск из Баку сыграла оппозиция со стороны английского рабочего класса против интервенционистской политики английского правительства. В апреле 1920 г. муссаватистское правительство было свергнуто трудящимися Азербайджана, установившими у себя Советскую власть.
Лорд Черчилль, который еще так недавно говорил о 14 державах, готовящихся к наступлению на Советскую Россию, в своей последней речи заявил не только об уводе английских войск с русского севера, но и о том, что Англии придется предоставить убежище введенным ею в соблазн архангельским белогвардейцам, новым «чайковцам».
На этом фронте возможны два пути: либо противник, сменив регулярные английские части добровольческими и белогвардейскими, закрепится на более тесном фронте, либо еще до наступления зимы Архангельск будет эвакуирован. Но это в сущности два этапа одного и того же пути.
Западный фронт
Северо-западная армия Юденича-Родзянки сейчас уже ровно никакой опасности не представляет и существует и действует милостью Финляндии, Эстляндии и других прибалтийских стран – под указку Англии. Армия Юденича представляет из себя совершенно разложившиеся банды; у них нет тыла и потому нет даже минимального контроля хотя бы буржуазного общественного мнения, которое оказывало бы обуздывающее влияние на правящее офицерство. Ссора Юденича с Балаховичем и арест последнего первым произвели «удручающее» впечатление на английскую буржуазию. Этот враг не страшен. Наши мирные переговоры с Эстляндией и через ее голову с другими прибалтийскими правительствами, как бы они ни закончились, разлагают белогвардейские армии Прибалтики и уменьшают угрозу с этой стороны. Что касается Финляндии, то на случай, если она захочет наступать, мы ударный кулак двинем на Выборг и Гельсингфорс независимо от положения на других фронтах. Но наступление Финляндии мало вероятно.
В направлении Гомель – Жлобин – Бобруйск мы продвинулись вперед. Продвинулись и на киевском направлении. Этот фронт имеет пока второстепенное значение.
Южный фронт
Самым серьезным является для нас по-прежнему Южный фронт.
Южный фронт распадается сейчас на две половины: первая от Воронежа до Бахмача и вторая от Воронежа к Царицыну. Первая половина – неблагополучна, здесь мы потеряли Курск, тут открылась угроза на Орел. Вторая половина вполне благополучна, здесь мы наступаем. Кто хочет правильно понимать положение Южного фронта, не должен упускать из виду, что в первом, восточном направлении, где мы ведем наступление на Донскую область, население, казалось, враждебно нам, Деникин же ведет наступление в западном направлении, где крестьянское население враждебно ему. Верно ли это? За нас ли крестьяне? Действительно ли за Деникина казаки?
Если бы оказалось, что миллионы казаков и крестьян настроены враждебно к нам, то, несмотря на все усилия, мы были бы обречены на неудачу. Но мы имеем две проверки: прорыв Мамонтова и восстание Миронова.
Мамонтовский прорыв
Мамонтов, имея не больше 7.000 сабель, прорвал наш фронт у Новохоперска, захватил Тамбов, потом Козлов, разрушил много сооружений, уничтожил массу имущества, складов и, совершив путь в 400–500 верст, завернул на Воронеж и нырнул в белогвардейский лагерь. Все это не без успеха. Но не в этом заключалась задача Мамонтова; его задачей было поднять крестьянское восстание в тылу красных войск. Вот почему, захватив в Тамбове интендантские склады, мамонтовцы собрали население, раздавали награбленное имущество и, разоружив пленных солдат, отпустили с тем, чтобы они разнесли слух о щедрых «освободителях».
Поднять восстание в Тамбовской губернии, населенной крепкими кулаками-прасолами, – вот к чему стремился Мамонтов. Но это ему не удалось, за ним ушло только несколько десятков буржуазных сынков, часть офицеров.
Этот факт имеет для нас крупное значение. Эксперимент, проделанный в наихудших для нас условиях, дал блестящие результаты: крестьяне, поставленные перед необходимостью выбирать между поддержкой Советской власти или казаков, отказали белым казакам в поддержке наотрез, – факт исключительной для нас важности!
Мироновское восстание
Миронов вел борьбу в наших же рядах. Мы его удалили с Дона, не вполне доверяя ему. Когда наше положение в Донской области пошатнулось, за нами потянулась волна беженцев-казаков, которые имели основание бояться Деникина. Миронову было поручено формировать из них конницу в глубоком тылу. Поднимая восстание, Миронов понадеялся на эту конницу, а также на созданную им же N дивизию, действующую на фронте, и на конную часть N армии. Его расчет имел свои основания. Во всей Европе конница развивается в наиболее отсталых странах и в наиболее отсталых провинциях. Во время Октябрьской революции конные полки у нас были зачислены в сомнительные, и мы думали, что нейтралитет конницы – самое большее, на что мы тогда могли надеяться.
Мироновское восстание могло бы иметь некоторый, хотя бы временный успех, если бы он его затеял полгода назад, но сейчас оно потерпело полнейшую неудачу.
Было достаточно наших воззваний, чтобы конный корпус, где Миронов, как незаурядный командир, пользовался большой популярностью, захватил его вместе с его сообщниками.
В критический момент казаки поддержали нас.
Крестьяне в трудную минуту помогли нам собрать дезертиров, население не пошло за Мироновым, несмотря на все его заманчивые обещания. Мироновское восстание казаки подавили без выстрела.
Задачи нашей партии
Учитывая наше положение, мы видим, что перевес в западной части Южного фронта в настоящее время на стороне Деникина, благодаря его коннице. Наши части пешком гнались за Мамонтовым, вследствие чего ему удалось, причинив нам столько вреда, нырнуть к Шкуро, чтобы, соединившись с ним, быть может, повторить свои налеты.
Тула, где находятся крупные военные заводы, является большим искушением для налетов белогвардейской конницы. Мы, в тылу, ставим себе задачей оградить важнейшие центры страны от деникинской конницы.
Но тут особенно важен темп нашей работы. Превратив всю прифронтовую область в военный укрепленный лагерь, поставив на ноги все партийные силы, мы позволили войскам фронта не оглядываться назад. С гражданских должностей должны быть сняты все боеспособные коммунисты для военной работы, и каждый должен дать 100 процентов своей силы. Необходимо создать боевые партизанские части и одновременно развить самую широкую агитацию, показать, какая угрожает опасность, создать ревкомы, местные отряды, научить создавать связь, делать военные донесения. Как ни ограблены московские партийные организации, они все же дадут еще немало сил для создания мощного отпора. Необходимо уделить все внимание войсковым частям, создать благоприятные для них условия, заботиться о них, обеспечить необходимым.
Это создаст совершенно иную обстановку и даст нам боеспособные части. Проклятый московский голод сильно тормозит работу, но при некоторых усилиях можно многое в этой области сделать. Одна из задач настоящего времени – путем повышения производительности труда – создать условия, благоприятные для снабжения армии военным снаряжением.
Международное положение
Наше международное положение все улучшается. Англия разуверилась в Колчаке, потеряла надежду и на Юденича. Ллойд-Джордж пустил слух об изменении политики по отношению к России, что вызвало серьезные опасения Клемансо. Съезд тред-юнионов в Глазго [94] создает достаточно определенную обстановку для демагога Ллойд-Джорджа. Все знают, как тяготеют к нам Персия, Индия, Афганистан. Япония оказалась вынужденной дать Корее независимость. [95]
94
Конгресс тред-юнионов в Глазго – открылся 9 сентября 1919 г. 850 делегатов конгресса представляли 5.283.000 организованных рабочих.
1919 г. был чрезвычайно бурным годом в истории английского рабочего класса. Тяготы войны, послевоенный кризис, рост дороговизны, сильная безработица привели к сильнейшему обострению классовой борьбы в Англии. Рабочие массами входят в тред-юнионы, численность последних достигает в 1919 г. 5 1/2 миллионов членов. Сейчас же после окончания войны поднимается волна забастовок под лозунгом повышения зарплаты и сокращения рабочего дня. Число рабочих, участвовавших в 1919 г. в конфликтах с предпринимателями, достигает колоссальной цифры в 2.600.000 человек. Помимо обычных требований, английский пролетариат требует теперь усиления контроля над производством и, главным образом, национализации основных отраслей промышленности. Английский пролетариат все более начинает проникаться сознанием необходимости политических выступлений. Особенно волнует английских рабочих вопрос об интервенции союзников в России; требование отзыва английских войск из России становится всеобщим.
Конгресс в Глазго и был занят рассмотрением этих основных вопросов английского рабочего движения. Конгресс дал яркую картину полевения рабочих масс, но в то же время показал, что английский пролетариат еще в значительной степени находится под влиянием своих оппортунистических вождей. Резолюция о необходимости национализации угольной промышленности была принята большинством 4.400.000 голосов против 77.000 (на английских профессиональных конгрессах голоса подсчитываются не по числу делегатов, а по числу представляемых ими рабочих). Резолюция против политических забастовок была отвергнута незначительным большинством в 2.555.000 голосов, против 2.086.000. Однако, не было вынесено и противоположной резолюции, которая определенно высказывалась бы за необходимость политических забастовок. Конгресс почти единогласно высказался за отмену всеобщей воинской повинности и за отзыв английских войск из Советской России.
95
Япония и Корея. – С конца XIX века Япония стремится превратить Корею в свою колонию. Влияние Японии в Корее особенно усилилось после японо-китайской (1894 г.) и русско-японской войны (1904 – 1905 г.г.). В 1910 г. Корея была официально аннексирована Японией. С этого времени, под давлением тягчайшей японской эксплуатации, в Корее начинается национально-освободительное движение, нередко приводящее к восстаниям. Несмотря на чрезвычайно жестокие расправы с повстанцами, борьба за независимость в Корее не утихала и с особенной силой вспыхнула весной 1919 г. Восстания корейцев, а также рост рабочего движения внутри самой Японии заставили ее в августе 1919 г. провести кое-какие реформы в Корее. Эти реформы, однако, отнюдь не обеспечивали действительную свободу Кореи, которая по-прежнему оставалась объектом колониальной эксплуатации Японии. Корейский народ не мог, конечно, удовлетвориться этими жалкими реформами и продолжает борьбу за полную независимость страны.