Чтение онлайн

25 февраля состоялась новая мощная манифестация в Москве. Снова сотни тысяч человек требовали устранения КПСС от власти, критиковали Горбачева. Подобные демонстрации прошли в Ленинграде, Волгограде, Казани, Иркутске, Хабаровске, Свердловске, многих других городах. Попытки партийных органов противопоставить этим демонстрациям свои особого успеха не имели40.

В стране появлялось новое, прежде неизвестное явление — не партия, а массовое движение, именовавшее себя «Демократическая Россия» (политическое оформление его произойдет несколько позже — в октябре 1990 г., но практическая деятельность его началась уже весной того же года). Организации «Демократической России» были во всех сколько-нибудь крупных городах России, они оказывали прямое воздействие на избирательную кампанию, поддерживали кандидатов, которые оформлялись как сторонники «Демократической России». В стране появилась организованная политическая сила, оппозиционная власти.

4 марта 1990 г. состоялись выборы народных депутатов РСФСР. Б. Н. Ельцин, баллотировавшийся на этот раз в Свердловске, одержал полную победу. Одним из его предвыборных обязательств было обещание провести изменение Конституции РСФСР, добиться введения поста президента и участвовать в качестве кандидата на всенародных выборах Президента России.

В ходе избирательной кампании он призывал отменить 6-ю статью Конституции, провозглашавшую КПСС ядром политической системы в СССР, настаивал на принятии законов о собственности, о земле. Ельцин заявлял, что Россия должна будет стать президентской республикой, а будущий президент должен приостановить свое членство в той партии, в которой он состоит.

Он вносил еще одно предложение, от которого, впрочем, вскоре отказался: образовать на территории РСФСР 7 русских республик41

Эти новые политические реалии вынуждали Горбачева к политическим маневрам. Реальность политической жизни страны свидетельствовала, что пост Генерального секретаря ЦК КПСС уже не может служить гарантией для сохранения его политического статуса. Да и положение Председателя Верховного Совета, вынуждавшее Горбачева постоянно вести борьбу с усиливавшимися оппозиционными настроениями, также не было устойчивым. Введение поста Президента СССР «уравнивало» Горбачева с его западными партнерами, укрепляло его положение в системе власти. Была также возможность провести выборы Президента не путем голосования граждан СССР, а «коротким путем» — на Съезде народных депутатов СССР. Правда, многие депутаты могли связывать изменение Конституции — введение поста Президента — с другой конституционной поправкой — отменой пресловутой 6-й статьи Конституции, узаконившей однопар- тийность в СССР и провозгласившей КПСС «ядром политической системы» СССР. На пути к президентству необходимо было заручиться поддержкой Политбюро и очередного Пленума ЦК КПСС.

7 марта 1990 г. состоялось очередное заседание Политбюро ЦК КПСС. В повестке дня значились следующие вопросы:

— о порядке проведения мартовского (1990 г.) Пленума ЦК КПСС;

о постановлении Пленума ЦК КПСС «О проекте Закона об изменении и дополнении Конституции (Основного Закона) СССР по вопросам политической системы (статьи 6 и 7 Конституции СССР)»;

о внеочередном Съезде народных депутатов СССР;

о подготовке к XXVIII съезду КПСС.

По первому вопросу — о подготовке пленума — докладывал кандидат в члены Политбюро, секретарь ЦК Г. П. Разумовский. Горбачев перебил докладчика: «Ты еще один вопрос не называешь. Если съезд принимает решение об установлении президентской власти, то нам еще придется собраться и посоветоваться о кандидатуре на пост Президента от партии».

Информация А. И. Лукьянова, члена Политбюро и заместителя Председателя Верховного Совета СССР, вызвала целый поток недовольных замечаний Горбачева. Лукьянов хорошо знал положение в депутатском корпусе. Он сообщил, что при включении в повестку дня съезда вопроса об изменении Конституции (напомним — для введения поста Президента и отмены 6-й статьи) многие депутаты могут поставить вопрос об отчете кандидата в президенты. Это Горбачеву не понравилось. Дальше — больше. Процитируем «Рабочую запись заседания Политбюро»:

«Горбачев. Да подожди, не пугай.

Лукьянов. Я не пугаю, просто говорю, как есть... Некоторыми уже сейчас ставятся вопросы. Первый — не избирать президента до изменения Конституции СССР. Будет новая Конституция — тогда избирать. Второй — избрать президента только на основе всеобщих выборов и не проводить эти выборы сейчас. Принять изменение Конституции, и тогда провести избрание на основе всеобщих выборов. ...Теперь по тезисам, которые будут ими защищаться. Первое — президент какого государства? Не существует якобы государства, президента которого избирают,— раз. Потому что это конфедерация, а не федерация.

Горбачев. Для них не существует, а для нас существует.

...Это настолько важные вопросы, что мы должны прореагировать во всю мощь, чтобы они почувствовали... Они подраспоясались.

Лукьянов. Второе — почему такая спешка? Почему это надо делать теперь, а нельзя отложить?

Горбачев. Чтобы их наместо поставить... Между прочим, когда я с Гавелом беседовал, то он относительно президентства говорил: "Я это приветствую, приветствую"».

Читая эту «Рабочую запись», обращаешь внимание не только на колоссальную заинтересованность Горбачева в посте президента, не только на то, что он каждую секунду подозревал своих сподвижников в нелояльности, но и неадекватное восприятие им реальности. Чего стоит одно только обращение Горбачева за поддержкой к Гавелу. Кто такой Гавел для членов Политбюро? Писатель- диссидент, еще вчера ссыльный, лидер антикоммунистического движения, враг. Таких драматургов и писателей от политики в СССР были десятки. Ими были забиты мордовские лагеря, психушки. Их высылали самолетами из страны те люди, которые собрались в зале заседаний Политбюро. Они охотно упрятали бы куда-нибудь подальше и Гавела. А Горбачев заставляет их слушать «Я это приветствую» диссидента Гавела и хочет, чтобы его поддержали политические наследники тех, кто угробил «пражскую весну».

Лукьянов продолжал цитировать оппонентов из Верховного Совета СССР: «И наконец, почему не народ — непосредственные избиратели? Это недоверие к народу. Все это будет муссироваться». Он же сообщил обнадеживающий факт — межрегиональная группа не станет выдвигать альтернативного Горбачеву кандидата, «но его почему-то стала выдвигать группа аграрников, хотят своего президента иметь, там Айдак42 очень мотается, как в проруби»4'

В этом обсуждении вдруг промелькнула действительно тревожная мысль: а что произойдет, если делегации от некоторых союзных республик (Прибалтики, Армении, Азербайджана) откажутся участвовать в выборах Президента СССР? Не будет ли это означать, что республики таким образом получат возможность заявить, что они не только отказываются от выборов Президента СССР, но и не признают законности своего пребывания в СССР? Не станет ли избрание президента шагом к ликвидации СССР?

Горбачев сразу же свел этот вопрос к привычной схеме — лучше работать с депутатами.

Гораздо более i тав в своих тревогах оказался Н. И. Рыжков, Председатель Совета Министров ^ССР: «Нет, здесь дело не в депутатах, дело в республиках».

Однако эти мелочи мало волновали Михаила Сергеевича. Его больше волновала процедура своего избрания президентом. Кто будет докладывать съезду об изменениях Конституции? Есть два ученых-юриста — профессор Ю. X. Калмыков и академик В. Н. Кудрявцев, но для этой цели они не подходили (по мнению Горбачева, «это несерьезно»). Другое дело, если будет докладывать А. И. Лукьянов, умеющий управлять съездом и Верховным Советом.

«Анатолий Иванович Лукьянов уклонялся от того, чтобы выбрать его докладчиком, но это обычные препирательства между Председателем и его первым заместителем. Можно об этом даже и не говорить. Я считаю, другого не должно быть...» — так М. С. Горбачев подвел итоги дискуссии.

15 мая 1990 г. на Внеочередном Съезде народных депутатов М. С. Горбачев был избран Президентом СССР, сохранив пост Генерального секретаря ЦК КПСС. Одновременно была отменена 6-я статья Конституции. Первым в прениях по введению поста президента выступил Н. А. Назарбаев. Он горячо поддержал введение этого поста, заметив, чго пришла пора учреждать также и посты президентов в союзных республиках. Как уверяет в своих мемуарах М. С. Горбачев, такого хода от лидеров союзных республик он не ожидал44

Появление поста Президента Союза стало прецедентом для республик. Политической суверенизации был дан мощный толчок. Процессам дезинтеграции Союза придавались формальные правовые рамки.

Соратник Горбачева В. А. Медведев, член Политбюро ЦК КПСС, писал позже: «За безотлагательное избрание президента на съезде мы выступали скорее по прагматическим, чем по принципиальным мотивам, да и конституционная норма предусматривала всенародные выборы»45 Такая политическая наивность советников Горбачева удивляет — искони в СССР формы политической организации в центре копировались на уровне республик и даже областей. Так было всегда. Так случилось и на этот раз. Скопировали не только посты президентов, но и в большинстве союзных республик — даже механику их появления — через послушные съезды народных депутатов. Процессу дезинтеграции СССР было придано новое ускорение.