Чтение онлайн

На стену взобрался обычный пехотинец в залатанной кольчуге и повернулся к ней. Его меч вспыхнул золотым пламенем.

– Как бы не так, тварь. Меня зовут сир Орвин, и я стану твоей погибелью.

Священный огонь устремился к ней. Амогг схватила ближайшего имперского солдата и прикрылась им как щитом. Ее отбросило назад, впечатав спиной в ворота со стороны Тарнбрука. Она лежала неподвижно, продолжая сжимать обугленный труп. Спереди его кольчуга светилась вишнево-красным.

Кожа Вундак и Рагаша побагровела от орочьей ярости. Они издали рев, оглушивший всех вокруг, и, брызжа слюной, бросились на инквизитора.

Имперские солдаты попытались преградить им путь, но были грубо отброшены в сторону. Это было так же бесполезно, как пытаться остановить стадо разъяренных быков.

– С нами сила бога Гардрама! – прорычала Вундак.

Мощь их великого бога текла сквозь нее, топор сверкал. Когда к ним снова метнулось золотое пламя, она разрубила огненный поток пополам.

Сир Орвин растерялся лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы Рагаш успел приблизиться к нему.

Топор обрушился со всей яростью старейшины орков. Инквизитор мудро решил спрыгнуть со стены, неловко приземлившись со стороны Тарнбрука. Не обращая внимания на убегавшего с воплями мальчишку с охапкой стрел, он направил свою магию не на орков, а к надвратной башне.

Ее охватил столб золотого пламени, взметнувшегося в темнеющее небо. Защитники ахнули и попятились, глядя, как атакуют Черную Герран. Когда пламя утихло, постройка лишилась маленького куска дерева и камня, остальное защищала сфера клубящейся тьмы. Она завихрилась и втянулась в небольшой шар в руке Мейвен. Серый плащ некромантки дымился и почернел, а сама она тяжело опиралась на столб.

Злобно зыркнув на посвященного рыцаря, она бросила в него шар тьмы.

Сир Орвин предпочел бежать, а не отражать атаку, и помчался назад к участку стены с орками. Позади него не произошло яркого взрыва магии. Шар тьмы просто ударился о землю и стал размером с дом. Мгновение спустя он исчез, и на месте травы и мха осталась лишь пыль, смываемая дождем. Сир Орвин неестественно высоко подпрыгнул и приземлился на стену перед орками.

Рагаш замахнулся огромным кулаком, метя рыцарю в лицо, но, к его удивлению, тот остановил его рукой, лишь слегка хмыкнув от усилия. Человек ухмыльнулся и пронзил огромного орка огненным клинком, пламя прожгло дыру в широкой груди Рагаша и вырвалось наружу.

В грудь инквизитора врезалась нога Вундак. Как ни силен был этот человек, ему не хватило веса, чтобы устоять на ногах, и он пролетел вдоль стены, врезавшись в кучу своих солдат. Оглушенный сир Орвин поднялся на ноги, а Рагаш упал на четвереньки, задыхаясь и роняя с бивней кровавую пену.

Вундак видела обугленную дыру в его груди, но не двинулась с места, чтобы помочь. Они оба знали, что рана смертельна, и она не хотела отнимать у товарища славную смерть.

– Встань, воин Гардрама, – торжественно произнесла Вундак. – Встань и сражайся. Убей врага. Умри достойно.

Рагаш поморщился и выпрямился. Он захромал к солдатам Империи света, таща за собой топор. Грудь вздымалась от тщетных попыток набрать воздуха.

– Уроду конец! – крикнул какой-то солдат и, увидев шанс прославиться, поднял меч над головой и бросился в атаку.

Свободной рукой Рагаш парировал направленный вниз удар. Меч прорезал его пальцы и ладонь, ударившись о кость. Большой орк усмехнулся и взмахнул топором, из обрубка человеческой руки полетели брызги крови.

Вундак просто стояла и считала, пока куча солдат навалились на Рагаша, кололи его и резали, а он размахивал топором. Один мертвый человек. Два. Три. Топор выскользнул из неуклюжих окровавленных пальцев. Четвертый человек упал, получив бивнем в глаз. Старейшина орков пошатнулся, когда в грудь ему вонзилась стрела, и наконец умер под их мечами.

Только тогда багровая от ярости Вундак с ревом бросилась в атаку, ее топор рассек закованную в сталь грудь одного человека и лишил головы другого.

Посвященный рыцарь двинулся ей навстречу. Его пламенный меч мелькал как смертоносная гадюка, притворно метясь то в глаза, то в колено, то в горло и вместо этого ударив в живот. Вундак отразила удар сверкающим топором, выпустив фонтан искр. Какой-то копейщик воспользовался возможностью и вонзил копье ей в бедро. По ноге хлынула горячая кровь, Вундак пришлось отступить под ударами пылающего меча инквизитора, с шипением рассекавшего дождь.

К ней устремились ополченцы Тарнбрука во главе с Тиарнахом, спешившим закрыть брешь в обороне. Вундак заревела и взмахнула топором, но сир Орвин увернулся и выпустил струю пламени. Вундак упала на колени, с рычанием борясь с мощью человеческого бога.

Сир Орвин ухмыльнулся.

– Гори, тварь.

Вокруг расцвел золотой огонь, обжигая и пожирая ее кожу, несмотря на защиту бога Гардрама. Это продлилось всего несколько секунд, пока сквозь пламя не пробился грязный сапог Тиарнаха, угодив прямо инквизитору в лицо.

– Получи, хренов урод! – крикнул Тиарнах, пинком сбрасывая потрясенного рыцаря со стены.

Тот упал, все еще пылая, прямо в кучу своих людей. Они завопили, когда золотой огонь богини поглотил их – тот самый огонь, который оставил глумящегося врага нетронутым.

Тиарнах повернулся и гневно воззрился на солдат Империи света, стоявших на стене. Все они таращились на него с открытыми ртами.

– Это моя стена, говнюки.

Амогг зашевелилась, отбросила в сторону обугленный труп и ринулась в бой. Ополченцы присоединились к ней, с поднятыми копьями промчавшись мимо Тиарнаха. Имперские солдаты глянули вниз, на дымящееся и вопящее месиво, затем на ополченцев, Тиарнаха и огромную Амогг, запаниковали и прыгнули со стены.

С поражением посвященного рыцаря штурм провалился. Предводитель войск империи отозвал людей, инквизитор и его обожженные солдаты, хромая, вернулись к нему. Тарнбрук снова выстоял, но до наступления ночи еще оставалось время для новой атаки.

Ополченцы и вооруженные горожане переводили дыхание, пили воду и дрожали. Все они были крепкими и выносливыми, но не привыкли к постоянному страху и потрясениям войны, которые изматывали больше любой физической усталости. Все горожане, и стар и млад, оттаскивали мертвецов и умирающих от тонущей в крови стены, расчищая место для следующей схватки, чтобы было где пасть новым жертвам. Пока огонь и ярость битвы прекратились, холодный ветер и дождь заставили людей сгрудиться перед жаровнями и молиться богам.

– Как Тиарнаху удалось выжить под золотым огнем? – спросила Пенни. По ее лицу стекала кровь, частично собственная, но еще и других бедолаг. – Все видели, как огонь превращает людей в груду костей и пепла.

Амогг сердито зыркнула на трупы имперских солдат и раздраженно взмахнула топором. Она терпеть не могла пропускать хорошую драчку.

– Тиарнах – бог войны. Боги сопротивляются силе богов. Амогг это понимает.

Может, она и не очень хорошо разбиралась в мире людей, но знала достаточно, чтобы разглядеть их потрясение и смятение.