Чтение онлайн

Вернемся, однако, уважаемый читатель, к родине Пугачева. Станица Зимовейская вначале была расположена на правом берегу среднего течения Дона, в Зимовной луке (изгибе Дона).

В самом начале Пугачевского восстания императрица Екатерина II прислала на Дон грамоту. Из нее донцы узнали, что «полагаясь на несомненную и известную ей верность и усердие Донского войска», императрица потребовала «пресечения и отвращения злодейских замыслов этого бездельника».

Вот после этой императорской грамоты донские атаманы и принялись доказывать, что Пугачев никакого отношения к войску Донскому, храбро сравшемуся за интересы России, не имеет. Цитирую из книги Е.П. Савельева «Древняя история казачества» (Новочеркасск, 1908 год, переиздана в Ростове-на-Дону в 1990 году, в Москве в 2008 году, издательство «Вече»):

«Замечательно, что ни сама Екатерина II, ни ее вельможи, ни даже войско Донское не знали, что Емельян Иванов Пугачев, прежде чем стать во главе восстания уральцев, не был уже донским казаком, а терским семейным. П.Л. Юдин добыл… по этому вопросу данные. В списке терской военной канцелярии на 1 января 1773 года в числе рядовых казаков этого войска значится Емельян Иванов Пугачев со своей женой Прасковьей Фоминишной».

Вот так донские казаки отмежевались тогда от «императора Петра Федоровича»! А чиновники Екатерины II тоже навели тень на плетень: Пугачев – малороссиянин, а малороссияне себе на уме, смотрят за забор.

Однако казацкое начальство, распинаясь перед императрицей и повинуясь ее приказу «находящихся в Зимовейской станице злодея Пугачева, его жену и детей (3-х малолетних), и буде есть, родных братьев, без оказания им наималешаго огорчения, яко не имеющих участия в злодейских его делах, отправить за пристойным присмотром в крепость святого Дмитрия (ныне Ростов-на-Дону – С.А.), к обер коменданту г. м. Потапову», для выдачи их посланному для этого генералу Бибикову.

Кроме того, императрица «повелевала собрать при присланном от обер коменданте крепости офицере священный той станице Зимовейской чин, старейшин и жителей, при всех при них сжечь курень Пугачева и на том месте, чрез палача или профоса, пепел разсеять, потом место огородить надолбами или окопать рвом, оставя на вечные времена без поселения. Яко оскверненнаго жительством злодея, котораго гнусное имя останется мерзостию навеки, а особливо для донского общества, яко оскорбленнаго ношением тем злодеем казацкого на себе имени, хотя отнюдь одним таким богомерзским чудовищем ни слава войска Донского, ни усердие онаго, ни ревность к нам и отечеству помрачиться и ни малейшаго потерпеть не могут нарекания».

Вот так и родилась еще одна легенда о Пугачеве. Не золотая, а богомерзская. Пугачев, вроде бы, казак малороссийских корней, а на Дону предателей из покон веков не рождалось!

После казни Е. И. Пугачева (1775 год) его дом был сожжен, а станица перенесена на новое место, на 2 километра южнее, и была переименована в Потемкинскую. После Октябрьской революции была названа Пугачевской. В 1951 году в связи со строительством Волго-Донского судоходного канала Дон был перекрыт плотиной с судоходными шлюзами. Образовалось Цимлянское водохранилище. Его воды затопили территори станиц Зимовейской и Пугачевской. Пугачевская была перенесена на левый берег Цимлянского водохранилища. Теперь административное место пребывания родины Пугачева находится в Волгоградской области, в Котельниковском районе.

Что касается откровения Павла Донеца – Пугачев «принимал участие в колиивщине (восстании гайдамаков в Украине)», то следует уточнить – «колиивщина (восстание гайдамаков в Украине» происходила в 1768 году на территории польских воеводств Киевского, Брацлавского, Волынского, а также в польских Подолии и Галиции.

«Колиивщина» – так назвали восстание в народе, связав его со старорусским словом «колоть» или украинским словом «колій».

Название «гайдамаки» произошло от турецкого слова «hajdamak», то есть «разбойник». Так называли участников повстанческих вооруженных отрядов (иногда просто разбойников) на принадлежавшей Речи Посполитой Правобережной Украине в XVIII веке.

Поводом к восстанию в польских Киевском, Брацлавском и Волынском воеводствах местного населения против поляков послужили жестокие религиозные притеснения, практиковавшиеся польскими панами над малороссийскими крестьянами с целью понудить их принять католичество или перейти в унию.

Притеснения достигли высшей степени, когда на польский сейм надавлил российский советник при польском короле Станиславе Августе Понятовском князь Репнин. Станислав Август был посажен на польски королевский трон императрицей Екатериной II. Давление заключалось в том, чтобы сейм принял требование Екатерины II – признать равноправие в Польше религиозных диссидентов (православных) с католиками. И даже предоставить православным право занимать государственные должности. Сейм послушно принял соответствующий закон.

Но против этого закона выступила фанатично настроенная польская шляхта. Она собралась в крепости Бар на польской Подолии и образовала Барскую конфедерацию. Отряды конфедерации рассыпались по окраииным воеводствам, совершая страшные зверства над православными. Последовали массовые казни не только православных священников, но и униатских, так как православных было мало и они прятались и отыскать их было невозможно. Разорялись конфедератами православные храмы и монастыри, не говоря уже об издевательствах над русскими. Все это стало во время мятежа Барской конфедерации массовым явлением. В результате народ не выдержал подобных жестокостей. Ответом на всё стало народное гайдамацкое восстание.

Главной силой восстания были местные крестьяне. В движении также участвовали отдельные отряды запорожских казаков, ремесленники, беглые крестьяне и солдаты из России. Восставшие надеялись на помощь русского правительства, заинтересованного в ослаблении Польши и в воссоединении польской Правобережной Украины с Россией.

К восстанию примкнул запорожский казак Максим Железняк. Перед восстанием он хотел оставить Запорожское войско, готовился к принятию иноческого чина и был послушником в Мотронинском монастыре. Но когда насилия барских конфедератов над православными вызвали сильное волнение населения Киевского воеводства, Железняк примкнул к восставшим.

Собрал гайдамацкий отряд из нескольких сот человек, назвавшись запорожским полковником. Стал созывать к себе народ.

Распустив слух, что у него имеется указ российской императрицы Екатерины II («Золотая грамота»), предписывающий восстать против конфедератов за притеснение православия и избивать их, Железняк собрал целый отряд. Он объявил Железняка гетманом. По указанию вновь «испеченного» гетмана отряд взял местечко Жаботин, потом местечко Лисянку, перебил спасавшихся здесь шляхтичей и евреев и направился к замку Потоцких в Умани.

В городе Умани укрывалось свыше десяти тысяч поляков и евреев. Узнав о приближении к городу гайдамаков, польский губернатор Умани выслал против гайдамаков свои войска под руководством Голоты. Но Голота и его подчиненные перешли на сторону восставших. Общими усилиями отряда Железняка и уманского войска были вырезаны поляки и евреи. Случилось это 10 июня 1768 года.

После этой резни гетман Максим Железняк направил отряд на польско-турецкую границу (точнее, на границу с Ханско – турецкой Украиной) к Юзефграду. В отряде насчитывалось до 200 человек и 4 пушки. По имевшимся у повстанцев данным, в Юзефграде было сосредоточено до 500 конфедератов. Они ожидали к себе на помощь крымских татар.