Чтение онлайн

— Я жду, — донесся его голос.

Бернадетт прошлепала в дальний конец спальни и, нащупав два выключателя справа от круглого окна, щелкнула обоими. Спальное пространство и нижние ступени лестницы осветились лампами, вмонтированными в потолок. Обернувшись, она увидела, что босс спускается по лестнице.

— Будьте осторожны, — посоветовала она ему в спину. — Держитесь за поручень.

— Нашли тоже старушку! — резко бросил он не оборачиваясь.

Бернадетт вспомнила про кольцо. Она вернулась к постели, отыскала и его, и пластиковый пакетик и спрятала это все в карман.

Снизу донесся голос Гарсиа:

— Еще раз скажите название!

— «Станнард фармасевтикалз», — крикнула она в ответ, закрыла глаза и по памяти громко повторила название по слогам.

— Понял! — отозвался он. — Поторапливайтесь! Пушку прихватите, на тот случай, если выгорит.

— На случай если выгорит, — зло ворчала Бернадетт себе под нос, натягивая носки.

Потянулась было за кроссовками — и вернулась к постели, присела на краешек, обеими руками обхватила живот и согнулась. Внутри ее все еще бешеной лихорадкой ярились эмоции убийцы. Напор чьих-то чужих чувств сделал ее слабой, вогнал в дрожь и смятение. Она рассердилась (явление не столь уж необычное для времени, когда она приходила в себя, насмотревшись всякого), и в то же время хотелось взгреть хорошенько собственные глаза. Ярость и грусть. И что все это значило?

Когда она спустилась по ступенькам, Гарсиа сидел за кухонным столом, прижав к уху мобильник и что-то быстро строчил в блокноте. Кончив писать, он сложил телефон и, не глядя ей в глаза, сказал:

— Поедем на моей служебной. Она стоит возле дома.

— Выгорело, стало быть? — Бернадетт довольно улыбнулась.

— По названию отыскал компанию. Позвонил туда. Услышал автоответчик. Тот, кто составлял для него текст, назвался Ноем Станнардом. Позвонил по дежурному телефону и Станнарду домой. В обоих случаях включились ответчики. Домашний начал со слов: «Крис и меня нет дома». Полагаю, Крис — это жена. Потом опять попробовал позвонить на фармофирму. И снова — автоответчик. Предлагаю: едем домой к Станнардам, стучим в дверь. Попробуем нагнать страху на малого и его жену и получить сведения о сотрудниках лаборатории.

— Нет, — возразила Бернадетт. — Сначала попробуем заехать на фармофирму.

Гарсиа открыл было рот, чтобы вступить в спор, но тут же отказался от этого намерения. Он сорвал с пачки стикеров листок бумаги, сунул его во внутренний карман пиджака и встал из-за стола.

— Готовы в поход?

Бернадетт подхватила со стула кожанку и накинула ее, достала из куртки перчатки.

— Готова.

Мендота-Хейтс располагались в двенадцати минутах езды от центра города. Гарсиа вывел свой белый «понтиак» с помятой водительской дверью и облезлым левым передком, ожидающим покраски, на Пастушью дорогу. Бернадетт, щурясь, всматривалась в переднее стекло, вдоль которого со стороны пассажира змеилась трещина длинной в фут. [609] При каждой встряске на дорожном ухабе трещина, казалось, еще на дюйм [610] подползала в сторону пассажира.

— Где вы раздобыли эту груду металлолома?

— На полицейском аукционе. — Гарсиа внимательно смотрел вперед, обходя тихоходный фургон. — Машина заводная. Ездит быстрее, чем полагалось бы.

— Я это заметила.

Гарсиа делал левый поворот, съезжая на шоссе 35Е, ведущее на юг, и только тогда до Бернадетт дошло, что она понятия не имеет, с чего он решил заявиться к ней в такое позднее время.

— А вы зачем приехали?

— Выяснить, не захочется ли вам выпить пивка. Знаю, что поздно, но не смог усидеть дома. Слишком уж в голове все перемешалось. Это дело…

— Я вас понимаю. — И тут же возник другой вопрос: — А как вы в дом-то попали? И тогда, когда горячий поддон несли, тоже… Я ведь и тогда вам парадное не открывала. Вас кто-то впустил? В моем доме единственные признаки жизни подает только мой сосед Авги.

Гарсиа неодобрительно глянул в ее сторону.

— Авги?

Она уставилась на босса: каким-то странным взглядом он ее одарил. Может, у Гарсиа с Авги вышла какая история? Лучше не рассказывать боссу слишком многого.

— Август Маррик. Он адвокат. Столкнулась с ним в холле, а потом еще на фермерском рынке. Говорил, что вел несколько федеральных дел по наркотикам. Как я понимаю, вы этого малого знаете и именно он впустил вас в дом.

— Кто меня впустил, я не знаю. Пара ваших соседей. Вы бы поговорили с ними: незачем открывать двери незнакомым людям, особенно так поздно. — Гарсиа помолчал, потом снова заговорил: — Маррики — семья в городе очень известная. Все сплошь адвокаты, застройщики и финансисты. Вы про какого Маррика говорите?

— Авги.

Гарсиа опять бросил на нее странный взгляд.

— Тут что-то не так. Вы неправильно запомнили имя.

— На самом деле его зовут — Август. Он попросил меня называть его Авги.

Гарсиа прищурился:

— Должно быть, вселился еще какой-то Маррик. Сам Август Маррик…

— Может, я чего не поняла, — перебила его Бернадетт. Ей просто хотелось покончить с этим разговором. Не хотелось услышать, что между ее боссом и Авги пробежала черная кошка. И без того она измучилась, оттого что переспала с этим гладиатором.

Она замолкла и не проронила ни слова, пока они не выехали на шоссе номер 110 у Мендота-Хейтс.

— Попробуем еще раз дозвониться до лаборатории?

— Звоните. Мой мобильник на сиденье между нами. Фармофирма — последний номер, который я набирал.

Взяв телефон, она раскрыла его и нажала кнопку повторного набора. Мужской голос назвал адрес фирмы и попросил звонящего оставить свое имя, номер телефона и номер счета. Затем голос сообщил номер дежурного телефона: «Если дело очень срочное, позвоните мне, Ною Станнарду, на сотовый по номеру…» Бернадетт закрыла мобильник. Рука, та, что держала телефон, стала мерзнуть. Холод поднялся от ладони по руке, вполз в горло и упал в желудок хорошим глотком ледяного питья. Бернадетт поняла: человек, чей голос был записан на автоответчик, — это тот самый, свидетельницей избиения которого она была. Бросив телефон Гарсиа на сиденье, она буркнула:

— Вы побыстрее ехать не можете?

— Я и так почти лечу.

Бернадетт считала, что увиденное ею происходило в реальном времени, но полной уверенности не могло быть. Никаких часов поблизости не наблюдалось. Она подумала: а что, если снять перчатки, вытащить кольцо и еще раз попробовать — прямо в машине. Секунду спустя она уже убеждала себя, что ничего путного из этого не выйдет, и недоумевала, зачем она вообще взяла с собой кольцо. Усталость и возбуждение охватывали ее одновременно. Бернадетт жалела, что не сама вела машину: хотелось хоть что-нибудь делать.

— Может, позовем помощь? Известим полицию?

Гарсиа обходил какой-то универсал.

— Подождем и посмотрим, что мы тут отыщем. В такое время в лаборатории скорее всего никого нет.

— По-вашему, это сумасбродная затея?

Гарсиа обошел «фольксваген», который, казалось, стоял на месте.

— Я этого не говорил.

— Зато вы так думаете.

— Вы еще, значит, и мысли читаете, — сухо заметил он.

Бернадетт покрутила головой, вглядываясь вправо и влево по шоссе.