Чтение онлайн

— Да будет вам, передохните. Бить в барабан, призывая смертную казнь, разглагольствовать о священной миссии — это ж только отговорки. Вам нравится убивать засранцев. Пар спускать. Ну и лицемер же вы, падре! — Одним глотком она прикончила виски в стакане и повернулась к гостю лицом. — Но с другой стороны, а кто из нас не лицемер, а?

— «Слова уст их суть зло и обман, они перестали действовать мудро и творить добро. Умышляют они зло еще в постелях своих, стали они на путь, на котором нет добра, не отвергают они зла».

Крис не понимала, что он такое говорит, и это напугало ее. Гость сделал шаг в ее сторону. Взгляд ее метнулся с лица Итсма на обтянутые перчатками лапищи, а потом обратно к лицу.

— Вам сейчас лучше уйти.

Он сделал еще один шаг в ее сторону.

— Почему?

Крис отпрянула.

— Синди может заявиться в любую минуту.

Еще один шаг.

— Отлично. Для нее это будет большой сюрприз. Большой сюрприз для большой лгуньи. Большой любовницы.

Крис уперлась спиной в стену.

— Я закричу.

Он все наступал.

— И поднимете по тревоге полицию? Вы этого хотите? Может, они вас и вашу лесбиянку устроят в одной камере?

Крис швырнула в него бокал. Итсм увернулся, и стекло ударилось о пол, разлетясь на куски. Он придвинулся к ней вплотную. Крис видела, как по лицу его катились слезы, и это вселило в нее такой ужас, какого она не испытывала ни от чего им содеянного или сказанного.

— Чего это вы плачете? Перестаньте нюнить. — Крис подняла обе ладони, стараясь удержать его на расстоянии. Оттолкнуть его.

Одним взмахом руки Итсм отмел ее защиту.

— Перестань болтать. — Его правая рука рванулась вперед, пальцы клещами обхватили ее горло. — Не желаю слышать твоей болтовни.

Рыдая, он потащил Крис на середину комнаты, подальше от окон.

Так и не сумев дозвониться до Куэйда из вестибюля, Гарсиа и Бернадетт вызвали по спикерфону смотрителя.

— Чего надо? — прохрипел мужской голос.

Бернадетт заметила фамилию около звонка.

— Мистер Лайл, мы из ФБР. Нам нужно попасть к одному из ваших жильцов.

— Предъявите-ка удостоверения, — потребовал Лайл.

Бернадетт вытащила свое и поднесла его к камере наблюдения. Гарсиа последовал ее примеру.

— Порядок? — спросила Бернадетт в микрофон.

— Да я с этой чертовой техникой разобрать ничего не могу. Приходите, когда будет светло.

— Нам нужно войти сейчас, — возразила Бернадетт.

— Да полночь же на дворе!

— Сэр, вас могут привлечь за… — начала Бернадетт.

Так и не выслушав, за какие грехи его могли бы привлечь, Лайл перебил:

— Встречаемся на палубе. — Он отключил микрофон и открыл двери, впуская их.

Бернадетт морщила носик, пока они с Гарсиа махом одолевали лестницу до третьего этажа. Внутри дома стоял запах затхлости вперемешку с духами, как внутри старушечьей сумочки. Запах этот был под стать обшарпанному виду здания. Коробка была выкрашена давно состарившимся ультрамарином, так же как стены коридоров, потолки и батареи отопления.

Расставив босые ноги, Лайл поджидал их посреди коридора, возле своей квартиры. Банный халат едва-едва сходился на его похожей на бочку талии. Седые волосы свисали двумя косицами, голову по лбу облегала красная бандана, в мочку левого уха будто вбили по самую шляпку золотой гвоздь. Смотритель сильно смахивал на растолстевшего Вилли Нельсона. [611] В левом кулаке у него была зажата бейсбольная бита. Конец ее смотрел вниз, но чувствовалось: малый готов немедля пустить ее в ход. Бернадетт и Гарсиа остановились на безопасном расстоянии и снова выставили удостоверения. Лайл внимательно рассмотрел их значки и фото, скребя свободной рукой по щетинистому подбородку.

— Годится, — наконец заявил он, разжал кулак и уложил верхний конец биты поверх ноги. — Ну и чьи ж это сиськи затянуло к Дяде Сэму в отжим?

— Нам необходимо произвести проверку у Дамиана Куэйда, — ответил Гарсиа.

— Зачем? — полюбопытствовал Лайл.

— Не имею права говорить, — отрезал Гарсиа.

У смотрителя глаза полезли на лоб.

— Что, дела так плохи, что мне поутру придется его выкидывать на улицу?

— Ничего не могу сказать на этот счет, — уклончиво отозвался Гарсиа.

Толстяк произнес, не обращаясь ни к кому конкретно:

— Я знал, что этот подонок добром не кончит.

— Сэр, мы бы хотели попасть в квартиру, — прервала его Бернадетт.

Лайл завел выбившуюся прядку волос за ухо.

— Полагаю, мне следовало бы попросить у вас ордер на обыск или еще там чего. Вы ж федералы, и, я уверен, все у вас шито-крыто со всякой такой белибердой.

Агенты ничего не ответили.

— Да и с этой личностью снизу мы не кореша. Не возражал бы избавиться от него и поселить сюда кого понормальней, — продолжил Лайл.

Гарсиа поднял руку, взглянув на часы.

— Вы, ребята, так мне не скажете, что он натворил, а? — не унимался Лайл.

Бернадетт покачала головой.

— Не двигайтесь, — предупредил смотритель. И скрылся у себя в квартире, закрыв за собой дверь. Минуту спустя он открыл дверь и вручил Бернадетт ключ. — Подвальное помещение, по коридору от прачечной.

— Там еще кто-нибудь живет? — спросила она.

Лайл мотнул головой:

— Один этот отшельник, да еще валяется всякая техника. На его двери обозначен крест. Я поймал его, когда он пытался налепить такой же на дверь прачечной, и велел его убрать. Мои стиральные машины вероисповедания не имеют.

— Полагаю, вам не известно, дома ли он? — на всякий случай поинтересовался Гарсиа.

Лайл пожал плечами.

— Я видел, как он уходил пораньше. Когда возвратился — не заметил, но кто знает? Я ж говорил, мы с этим отшельником не очень-то запанибрата.

— Потребуется время. Что делать с ключом, когда мы закончим? — спросила Бернадетт.

Смотритель зевнул, прикрывшись ладонью.

— Заприте и суньте его мне под дверь.

— Кстати… о нашем посещении не распространяйтесь, — велел Гарсиа. — Это дело… национальной безопасности.