Чтение онлайн

— Я люблю тебя, — сказал детектив, наклонившись, чтобы обнять жену.

— И я тебя люблю.

— Мистер и миссис Беттингер? — послышался голос доктора Эдвардса из-за занавески.

— Мне нужно уходить? — спросил полицейский.

— Пожалуйста. Анестезиолог уже здесь.

— Хорошо.

Жюль и Алисса поцеловались еще раз. Он встал, а она вытерла правый глаз. Высокий стройный белый мужчина с впалыми щеками и короткими серебристыми волосами, шаркая, вошел внутрь, толкая перед собой прибор, похожий на русский спутник.

Детектив положил сотовый телефон жены на каталку.

— Позвони мне, как только операция закончится.

— Хорошо. Будь осторожен.

— Обещаю.

И Беттингер ушел, прежде чем жена или он сам расплакались бы.

После того как детектив заполнил все бумаги, он оставил дочь в специальной палате под присмотром медсестры, а тело сына отвез в морг. Каждого ребенка отец поцеловал, каждого попросил о прощении.

Беттингер вышел из больницы и оказался в мире, окутанном вуалью снега. Фиолетовые снежинки падали с такого же неба, когда он шел к голубому компакту Алиссы, припаркованному в запрещенном месте. Снег скрипел под резиновыми подошвами его ботинок — выпало уже не меньше дюйма.

Детектив сел в машину и выехал на автостраду. Из динамиков неслась популярная сентиментальная песня, и он увидел болезненную иронию в происходящем — ведь он только что оставил своего сына в морге. Полицейский выключил музыку и дальше ехал в тишине.

Компакт катил на восток. Несмотря на то что было уже половина седьмого, фиолетовое небо оставалось таким же темным, как и в пять часов утра.

Жюль сказал напарнику, что он возвращается в пригород изучить вещи убийцы, но оба знали: главной причиной звонка было желание узнать, что они еще живы. Беттингер сменил полосу и услышал в наушниках крики, из чего сделал вывод, что Тэкли кого-то допрашивает.

— Удалось что-нибудь получить? — спросил детектив.

— Немного крови, пару зубов.

— Удачи.

Беттингер прервал связь. Машины, окутанные фиолетовыми одеялами, катили по автостраде, их фары ярко сияли.

Детектив подумал о сыне, чье последнее деяние было героическим актом любви и мужества. Гордон спас жизнь Карен, и эта бескорыстная жертва показала, каким человеком он мог стать в будущем. Его смерть была ужасной, и Жюль испытывал боль из-за того, что никогда не сможет высказать свою благодарность юному герою.

Если б существовала таблетка, способная вызвать веру в Рай, лишенный сына отец принял бы ее без колебаний.

Появился знак съезда с автострады, и полицейский свернул на засыпанный снегом пандус. Шины на нем стали проскальзывать и визжать, и из-под них во все стороны полетела снежная каша. Беттингер нажал на тормоз и сбросил скорость настолько, что теперь не обогнал бы даже велосипедиста. Житель Аризоны знал, что должен соблюдать осторожность — у него практически отсутствовал опыт езды по снегу, и он не хотел, чтобы несчастный случай помешал ему взять Себастьяна за глотку.

Жюль добрался до пригорода Стоунсбурга, выехал на знакомую улицу и сбросил скорость. Дворники сражались с белой пудрой, и он увидел маленький лососевый дом. Нежеланное зрелище.

Детектив остановил машину, заглушил двигатель и вышел наружу. С пистолетом в руке он огляделся по сторонам, но вокруг царила неподвижность, если не считать снега, продолжавшего накрывать крыши, лужайки и дороги.

Беттингер вошел в маленький лососевый дом, место жестокого насилия, переставшее быть семейным очагом… Если оно вообще им было.

Выдохнув цветок пара, он вошел в большую спальню. Снег покрывал матрас, ковер и ноги лежащего там убийцы.

Полицейский ударом ноги сбил мусорную корзину с головы мертвеца, и с пола на него уставились два мертвых глаза.

Беттингер обыскал труп и нашел канцелярский нож, две запасные обоймы и связку ключей, которую положил в карман. Затем отбросил в сторону ненавистный инструмент и положил остальные вещи бандита — в том числе пару полуавтоматических пистолетов — в пластиковый пакет. Вряд ли профессиональный наемный убийца имел при себе прибор слежения, но оружие можно использовать для других целей.

Жюль раздел труп и не обнаружил ничего примечательного, если не считать татуировок — буквы «Э», «В» и «К» на левой лопатке.

Детектив забрал зарядку от сотового телефона жены, а также дополнительную одежду для нее и для дочери и вместе с пластиковым мешком и вещами снова вышел на холод.

Затем он доехал на голубом компакте до перекрестка, обогнул два угла и оказался на параллельной улице. Фары компакта осветили желтый хетчбэк, стоявший за пикапом.

Полицейский припарковал машину жены. Оглядев ближайшие фиолетовые окрестности, вылез из компакта и пошел по снегу, а потом остановился возле пикапа убийцы и осмотрел кузов. Там он обнаружил лишь неровный слой снега.

Бросив взгляд на одинокого бегуна (несомненно, мазохиста), Беттингер вытащил ключи убийцы, вставил тот, что показался ему наилучшим кандидатом, в замок, и повернул.

Замок открылся.

Распахнув дверцы, детектив забрался в пикап, где сильно пахло лимонами. Ветровое стекло почти полностью закрывал тусклый фиолетовый снег, но через заднее стекло Жюль вполне мог разглядеть улицу.

Он опустился на сиденье, наклонился и открыл отделение для перчаток, где лежали документы на машину. К ним были прикреплены скрепкой права с фотографией орлиного лица Э.В.К. Никаких шансов, что документы были настоящими, но, тем не менее, детектив положил их в карман. Возможно, изготовитель фальшивых документов живет здесь и знает что-то про этого бандита, Себастьяна или других наемников.

Потом Беттингер провел пальцами по потолку, покрытому черной плисовой обивкой, и обнаружил край невидимого клапана, который аккуратно открыл. Там оказался еще один полуавтоматический пистолет с глушителем, похожий на тот, из которого убили его сына. Жюль вытащил оружие и тщательно осмотрел тайник, но больше ничего не нашел.

Разочарованный полицейский шумно выдохнул облако пара.

Все бесполезно.

Детектив вылез из пикапа, посмотрел на сиденье, а потом засунул руку под него, словно искал потерявшиеся четвертаки. Его большой палец нащупал металлическую щеколду, и Беттингер нажал на нее.