Чтение онлайн

— Ты — наш собачий эксперт.

— Я их понимаю.

Жюль показал в сторону двух разрушенных домов на горизонте.

— Похоже, они пришли оттуда.

— Немного севернее. — Тэкли поднял автомат и посмотрел в оптический прицел. — Когда окажемся на полпути, свистнем еще разок.

— Если только метель снова не усилится, — заметил Беттингер.

— Верно.

Воспрянувшая духом фаланга из трех человек направилась в сторону домов. Ветер стал далеким шепотом, пухлый снег падал почти вертикально. Двигаясь с максимально возможной скоростью, полицейские прошли сначала один квартал, а потом — его западного соседа.

Жюль стряхнул лед с клыков маски и посмотрел через плечо. В пяти ярдах за ним спотыкался Доминик — его походка стала медленной, и он заметно хромал. Красные капли окрашивали следы, оставленные его левым ботинком.

— Не останавливайся, — сказал великан-полицейский.

— Мы осмотрим твою ногу, когда снова окажемся под крышей, — откликнулся его напарник.

— Как скажешь.

Детектив вновь обратил внимание на спину Тэкли, которая раскачивалась в такт его коротким быстрым шагам. Из них троих он был в лучшем состоянии.

— У меня остался диск Перри, — сказал Уильямс. — Тот, с японскими парнями в подводной лодке.

Ботинки топтали снег.

— «Смертельная глубина», — сказал Эдвард. — Смотрел?

— Он с субтитрами, без озвучки. — Казалось, капрал считал свой ответ исчерпывающим.

Тэкли смотрел вперед через оптический прицел.

— Это хороший фильм, — сказал он.

— Да, — сказал Беттингер, видевший «Глубину» по ночному каналу.

— Я посмотрю, — пообещал Доминик.

Полицейские приблизились к засыпанному снегом предмету, напоминавшему гигантскую кровать. Наверху находилась какая-то круглая масса, из которой торчал очень длинный шест.

— Это танк? — спросил Жюль.

Эдвард кивнул.

— Тогда вероятность того, что это мне просто снится, заметно увеличилась.

— Вовсе нет, — возразил Тэкли. Немного помедлив, он оторвал от подошвы правого сапога прицепившуюся к ней банку пива и продолжил: — Раньше здесь был военный музей.

— Старье.

Беттингер миновал танк, посмотрел мимо головы Эдварда на северо-запад и обнаружил, что разрушенные здания стали заметно больше.

Тэкли продолжал идти вперед по тротуару, и Жюль следовал за ним, по его следам. Его правая нога ушла в сторону, и ребра в очередной раз щелкнули. Задыхаясь от боли, Беттингер рухнул в снег.

— Ты как? — спросил Доминик.

Детектив крякнул. У него возникло ощущение, что в мышцы между ребер кто-то вонзил кинжал.

Внезапно сильные руки поставили его на ноги.

— Ты можешь идти?

Острая боль стала пульсирующей, и Беттингер кивнул, очищая от снега глазницы дьявола.

Уильямс сжал плечо напарника.

— Когда испытываешь боль, думай о том, как мы убьем Себастьяна.

Фаланга из трех полицейских продолжила движение на север.

Одной рукой Жюль сжимал бок, другой — пистолет. Он шел вперед, попирая ногами белого врага. Все части его тела либо болели, либо онемели, либо пульсировали от того и другого одновременно.

— Вчера вечером Хуан выиграл, — сказал Доминик. — И унес с собой не меньше пяти банкнот.

— Да, он превосходно играл в покер, — отозвался Тэкли.

— Интересно, был ли у него шанс…

— Оставь это для похорон! — рявкнул коп с пятнистым лицом. — Сейчас нам нужно другое.

— Извини.

Они миновали перекресток и остановились на противоположной стороне.

— Давайте попробуем здесь, — предложил Эдвард.

Полицейские поднесли свистки к губам и подули в них, собрав все оставшиеся силы. Ленточки пара взвились в воздух.

Залаяли собаки. На этот раз заметно громче.

Беттингер зафиксировал направление, откуда доносился лай — немного южнее двух развалившихся зданий и прямо на запад.

— Они двигаются, — заметил детектив.

— Они гуляют, — уточнил Доминик. — Как я и говорил.

Внезапно животные смолкли.

— Их трое, — добавил великан-полицейский. — Джулия, еще один пес и третий, поменьше.

Полицейские спрятали свистки в карманы и двинулись в сторону своих четвероногих целей. Вместо того чтобы нестись вперед по снегу, Тэкли скользил по нему, что существенно уменьшало шум. Беттингер и Уильямс последовали его примеру, и вскоре их отряд звучал, как три маленькие мельницы, мелющие зерно.

Приближаясь к концу квартала, Эдвард указал в сторону широкой кучи мусора, лежавшей между полицейскими и животными.

Отряд, тихонько шаркая, двинулся в ее сторону. Мельницы продолжили свою работу, снегопад усилился.

— Подуем в свистки снова? Перед тем, как войти внутрь? — тихо спросил Доминик.

Тэкли покачал головой.

— Барбосы сообщили нам вполне достаточно.

— Доберманы.

Шаркая вместе со всеми, Беттингер наблюдал за кучей бетонных плит, несущих балок и труб, засыпанных снегом. Сверху над ними стоял гигантский человек без головы, насадивший на сломанный меч два велосипеда.

Фаланга копов добралась до основания кучи мусора и начала обходить ее с юго-запада.

Ветер скрывал шум их шагов.

Эдвард оставался в авангарде, постоянно изучая окрестности через оптический прицел винтовки. Его куртка натянулась, зацепившись за что-то, и он поспешно оторвал ее.

Вскоре Жюль прошел мимо предмета, за который зацепился Тэкли; оказалось, что это треснувшая надгробная плита.

Полицейские обошли перевернутый школьный автобус и оказались на открытом участке, засыпанном снегом. На противоположной стороне высилось наполовину разрушенное четырехэтажное серо-зеленое здание, занимавшее три квартала. Несколько разбитых колонн украшали обвалившийся фасад.

— Старое здание суда, — прошептал Доминик, вытирая от снега рот. — Здесь зачитали приговор моей матери.

— Стреляйте во все, что движется, — сказал Эдвард.

Великан-полицейский вытащил из спортивной сумки бинокль.

— А что, если это будет Себастьян?

— Такая погода едва ли подходит для инвалидной коляски.

Оставаясь во главе фаланги, Тэкли двинулся в сторону частично разрушенного здания суда, по-прежнему шаркая ногами.

И хотя Беттингер чувствовал, что он и его напарники являются отличными целями, он знал, что других вариантов у них нет. Изолированное здание находилось в трех кварталах от ближайшей кучи мусора, и, чтобы добраться до него, им требовалось пересечь белую равнину.

Осторожно переставляя ноги, детектив шел вперед.

В левом боку у него пульсировала боль, мышцы горели, но он думал о смерти человека, из-за которого злобный ублюдок убил его сына, покалечил жену, терроризировал дочь и стал причиной смерти половины полицейских Виктори. Эти мысли помогали ему переносить боль. Шагая по белой равнине, он заметил углубление в снегу, напомнившее ему о Гордоне.

Тэкли опустил оружие и указал направо, но Жюль ничего там не увидел.

Эдвард повел своих спутников в указанном направлении, и через десять трудных шагов детектив заметил три маленьких пятнышка на снегу, которые, по мере того как они подходили ближе, становились все больше. Вскоре Беттингер понял, что это собачье дерьмо.