Чтение онлайн

– Доброе утро, – начал он. – Я мистер Форд, и сегодня я ваш инструктор. Вы здесь потому, что нарушили правила дорожного движения, но предпочли учиться на своих ошибках, а не расплачиваться за них иначе. Думаю, вы ожидаете чего-то вроде «Красного асфальта», верно? Кадры с реальными авариями, которые должны напугать вас до полусмерти. Но я так не работаю. Сегодня мы поговорим о том, что именно каждый из вас сделал не так, и обсудим, как избежать подобных ошибок в будущем.

Он сделал шаг вперед, слегка оперевшись на трибуну.

– Мы разберем наиболее распространенные нарушения, законы и правила, которые люди часто игнорируют, а также обсудим мифы и заблуждения о полиции, дорожном патруле и соблюдении правил дорожного движения.

Мистер Форд слегка улыбнулся.

– Именно Автоинспекция через местные полицейские управления дала вам шанс находиться здесь сегодня, а не вносить записи о штрафах в ваши личные дела. Если бы не этот курс обучения поведению, вам пришлось бы заплатить штрафы и потом еще долго терпеть повышенные ставки страховых компаний. Поэтому, прежде чем мы начнем, я думаю, будет уместно поблагодарить организацию, которая щедро предоставила вам эту возможность. Да здравствует ДТС!

Зал переглянулся с соседями. Несколько человек неуверенно усмехнулись.

– Позвольте мне объяснить, как это работает, – терпеливо продолжил Форд, сделав шаг от трибуны. – Чтобы зачесть этот курс и стереть нарушение из вашего послужного списка, мне нужно подписать ваши документы.

Он поднял лист бумаги, чтобы все видели.

– Моя подпись обязательна. Если я не поставлю ее и печать, ваши анкеты будут недействительны. А подпишу я их только в том случае, если вы пройдете мой курс. И чтобы его пройти, вы должны активно участвовать. Так что когда я говорю: «Да здравствует ДТС!», вы отвечаете: «Да здравствует ДТС!» Все ясно? Отлично. Давайте попробуем. Да здравствует ДТС!

– Да здравствует ДТС! – нестройным хором повторили присутствующие.

– Неплохо, но недостаточно. Я хочу больше энтузиазма. Еще раз: да здравствует ДТС!

– Да здравствует ДТС! – отозвались чуть громче.

– Громче! Искренне! Да здравствует ДТС!

– Да здравствует ДТС!

– Нет, нет, нет. Вкладывайте душу! Последний раз: да здравствует ДТС!

– ДА ЗДРАВСТВУЕТ ДТС!

Инструктор широко улыбнулся:

– Вот так-то лучше!

Чего бы Зал ни ожидал от школы дорожного движения, это было не то, и холодная дрожь опасения пробежала по спине, когда он взглянул на одногруппников. Однако остальная часть урока оказалась более нормальной, чем можно было предположить после культового песнопения. Инструктор действительно разбирал причины, по которым каждый из присутствующих получил штраф, объясняя, как следует действовать в подобных ситуациях. Учащиеся заполняли рабочие тетради, решая гипотетические задачи как индивидуально, так и в малых группах.

После обеда мистер Форд прочитал лекцию о типичных ошибках водителей и поделился стратегиями решения таких проблем, как агрессия на дороге, усталость за рулем и несоответствие скорости движения потоку.

И все было бы хорошо, если бы после обеда он снова не устроил что-то странное: раздал ксерокопии текста песни, восхваляющей достоинства Автоинспекции, на мотив Twinkle, Twinkle, Little Star [358] . После четырех попыток группа все же исполнила песню удовлетворительно, чтобы получить подписанные и проштампованные бланки, после чего их отпустили.

Но, похоже, проверка на внимательность продолжалась и после урока: у выхода из здания суда стояла патрульная машина, готовая остановить любого, кто совершит нарушение. Зал аккуратно проехал мимо, на пять миль ниже разрешенной скорости, и не расслабился, пока не оказался почти у дома.

Ранний ужин из овсяных хлопьев, просмотр низкобюджетного боевика на местном телеканале – все было как обычно. Потом Зал решил посмотреть, во что сейчас играют его друзья. «Штурм Альтаира» уже закончился, но Юнг и Хавьер вот уже два часа играли в «Зомби ВВС – 2» – старую, но все еще увлекательную игру. Зал собирался к ним присоединиться, когда на экране внезапно появилось сообщение.

Сначала он решил, что это один из друзей, но, прочитав текст, понял: сообщение было от ДТС. Или, что вероятнее, автоматически сгенерировано одной из программ Автоинспекции.

«Мистер Томбасян!

Благодарим Вас за подписание Соглашения о неразглашении информации Департамента автотранспорта в рамках подготовки к работе в онлайновых системах расписания, выдачи разрешений и лицензий Департамента. Поздравляем вас также с успешным завершением курса обучения поведенческим навыкам!

Мы ценим вас.

Департамент автотранспорта».

Справа от Зала внезапно ожил принтер, заставив его вздрогнуть от неожиданности. Он вскочил, глядя, как из устройства выскальзывает лист бумаги. Протянув руку, Зал осторожно взял его.

Это оказался сертификат с фигурной окантовкой, обрамляющей текст в центре листа. В верхней части жирным каллиграфическим шрифтом было напечатано его имя «ЗАЛ ТОМБАСЯН». Ниже, более простым шрифтом, располагалась надпись «ТЫ СУПЕРСТАР!». С обеих сторон этой странной детской фразы были напечатаны желтые звезды с улыбающимися мордашками.

Принтер издал тихий щелчок и выключился.

Зал сидел, уставившись на сертификат. Что это было? Зачем ему выдали это… «поощрение»? Шутка от Автоинспекции? Или они всерьез пытаются таким образом создавать позитивный имидж?

Он покачал головой и, отложив листок в сторону, решил не ломать над этим голову. Лучше провести остаток дня за игрой.

Была середина дня, и Тодд чувствовал себя неуютно.

Обычно его охватывало беспокойство после выхода новой книги. Даже если он уже погрузился в работу над чем-то еще, дни казались ему бесцельными, словно он не знал, чем себя занять. Нередко он заполнял пустоту, вспоминая людей из прошлого: друга из третьего класса, школьного хулигана, угрожавшего ему когда-то, девушку, с которой он однажды встречался в колледже. Каждый раз, погружаясь в эти воспоминания, он задавался вопросом: «Что, если?» Что, если бы он продолжил общение с ними? Что, если бы его жизнь пошла другим путем? Эти размышления неизбежно вгоняли его в уныние. Не из-за того, кем он стал или где находился сейчас, – он, без сомнения, знал, что живет той жизнью, которая ему предназначена. Причина была в другом. Тодда угнетало осознание того, как сузились его возможности, как время лишило его того, что раньше казалось бескрайним потенциалом. Он был тем, кто он есть, и ничего не мог с этим поделать.

Тодд поднялся и пошел на кухню. Открыв холодильник, он с надеждой оглядел полки в поисках чего-нибудь съестного. Но аппетита не было, а содержимое холодильника не вдохновляло. Тогда он вышел на улицу, решив немного прогуляться. Пройдя полквартала, он понял, что прогулка не приносит удовольствия. Вернувшись домой, Тодд налил себе стакан воды и решил проверить почту.

Первое письмо, полученное менее часа назад, оказалось от его издателя. Не от Кайлы или его редактора, а от Карен Хеллер, президента издательства. Она просила Тодда написать отзыв для книги начинающего автора.

Тодд редко соглашался на такие просьбы, но если и делал это, то с чувством признательности за оказанное доверие. Однако в этот раз он отказался наотрез. Книга была мемуарами молодой женщины, претерпевшей ужасы жизни с жестоким отцом, затем ставшей стриптизершей и наркоманкой и к двадцати пяти годам успевшей, стать колумнисткой для модного сайта и в итоге написать эту книгу.

Тодду все это казалось чересчур. Еще в колледже он знал множество действительно талантливых писателей, которые до сих пор оставались неопубликованными. Наблюдать, как признание достается людям не за мастерство, а за удачную историю жизни или громкие заголовки, всегда вызывало у него раздражение. Поэтому он ответил Карен, что слишком занят, и вернулся к проверке остальной почты.