Чтение онлайн

Кэти сняла накладные ресницы и бросила их в урну рядом с питьевым фонтанчиком. Только моргнув, она поняла, какими эти ресницы были тяжелыми. В глазах пощипывало, к контактным линзам она не привыкла, но снять их не могла, ведь очки остались дома. Она потерла глаза, потом посмотрела на пальцы, серые от теней и туши для ресниц.

Наклонившись над фонтанчиком, она стала жадно пить, а когда выпрямилась, в голове зашумело. Сделала несколько осторожных шагов, держась за прохладную стену. Она ухитрилась избежать разговора с Джеммой Ньюхолл, хотя за ужином та сидела напротив. Наверное, полиция с ней уже говорила. Знала ли она, что Кэти рассказала им об электронных письмах? Иначе зачем ей быть здесь сегодня вечером? Вряд ли она готова веселиться так скоро после смерти мужа – какое уж тут веселье? Возможно, она надеялась как-то вызвать Кэти на разговор и высказать ей все, что думает. Или еще что похуже. По крайней мере, Джемма уже знает, что Кэти во всем призналась, и, если Джемма хотела на балу ее унизить, этот номер уже не пройдет. Кэти лишила ее всех козырей.

Мало того, еще и Пиппа Ярдли умудрилась перетянуть одеяло на себя. Какая нелепая женщина. Зачем надо было все портить? Разве Кэти просила о многом? День открытых дверей был ее шансом показать, на что она способна, а Пиппа взяла и бросила торт в лицо Джерри, в итоге все только об этом и говорили. А сегодня на балу у Кэти был шанс блеснуть на своем первом вечере в роли исполняющей обязанности директора школы, но Пиппа умудрилась обвинить половину гостей в убийстве, а заодно и запятнать репутацию Джерри. Идеально. Ясно, о чем все будут говорить у школьных ворот в понедельник, – отнюдь не о музыке, аттракционах и изысканном угощении.

Кэти старалась не принимать это на свой счет, но, хоть Чарльз и считал, что Пиппа про них не знает, он явно ошибался. Пиппа ставила ей подножку на каждом повороте.

И в придачу ко всему – сам Чарльз. Она не ожидала, что находиться с ним рядом будет так трудно. Кэти привыкла, что на школьных мероприятиях нельзя взять его за руку и громко смеяться над его шутками, но сегодня это было пыткой. Он держался так, словно ее не существует, а Кэти только о нем и думала. Как работать рядом с ним, зная, что им не суждено быть вместе?

Ей показалось, что за спиной закрывается дверь, и она оглянулась через плечо. Но там никого не было. Она надеялась, что Чарльз выскользнет вслед за ней, чтобы улучить минутку, но он словно смотрел сквозь нее, будто не видел. Возможно, он способен отключать свои чувства, но она так не умеет. Пожалуй, она хотела его даже больше, чем раньше.

У двери в цифровую лабораторию она остановилась, прислонилась к дверному косяку и попыталась снять туфли. Слишком долго стояла на ногах, а погода очень теплая, вот ноги и распухли. Освободив их, она увидела: на мизинце вот-вот появится мозоль, а кожа на пятке стерлась. Да, на каблуках она выглядит эффектно, но что с того? Ради этого терпеть боль? Тем более ради мужчин?

Пол под ногами был прохладным. Она пошевелила пальцами ног. Скорее бы домой, смыть с лица косметику, понежиться под горячим душем, надеть самую мягкую пижаму. Кажется, все бы отдала сейчас за чашку чая, но такси приедет только через час. Все-таки ей надо пробыть до конца, выдержать эту муку. Она устроится где-нибудь в укромном местечке и будет ждать.

Кэти снова почудился за спиной какой-то звук. Она быстро повернулась, едва не потеряв равновесие, но коридор был по-прежнему пуст. Ждала, что звук повторится, но слышала лишь музыку из главного зала. Ни смеха, ни разговоров, как обычно на школьных мероприятиях. Она перепила дешевой шипучки, и в голове гудело.

С туфлями в руке Кэти стала подниматься по лестнице к кабинету директора. Там она не чувствовала себя как дома и никогда не почувствует. Джерри был прав, когда говорил, что эта работа не для нее. О чем она думала? Она? Директор? Это же абсурд. Она так старалась удержать школу в узде, будто ничего плохого не произошло, – но вот на глазах все рушится. Надо было сказать попечительскому совету, что она не откроет школу, пока не будет выдержан должный период траура, не будут приняты серьезные изменения. Надо было подождать, когда поймают убийцу, и не спешить занять кабинет, где недавно убили человека и где она всегда будет видеть лежащего на полу Джерри, с крикетной битой у головы. Эта картинка преследовала ее во сне и наяву, стоило ей немного отвлечься.

Притворяться, что смерть Джерри ее не трогает, – на это уходили все душевные силы, Кэти больше не могла этого выносить. Что случится, если в понедельник утром она не придет в школу? Школа будет работать без нее, в этом можно не сомневаться. Кто-то будет очень доволен. Ей нужно время, чтобы понять: чему посвятить себя вне школы «Аберфал».

На верхних ступеньках Кэти запыхалась и замедлила шаг – слишком долго пренебрегала физическими упражнениями. Завтра с утра наденет кроссовки и отправится на долгую пробежку. Она толкнула тяжелую деревянную дверь, но свет не включила. Комнату освещали ярмарочные огни, и Кэти, бросив туфли на диван, бесшумно подошла к окну.

Она распорядилась закрыть аттракционы, как только гости уйдут на ужин. Отвечать за пьяных, которым станет плохо на карусели, – увольте. Некоторые аттракционы уже были заперты, стояли без света и ждали, когда их прицепят к грузовикам и перевезут на следующее мероприятие. Другие освещали территорию, небо и подсвечивали кабинет, превращая его в страну чудес. Кэти толкнула окно – по-прежнему закрыто. Так и не понятно, каким образом оно оказалось открытым в день смерти Джерри. Тогда это сыграло ей на руку, она смогла легко избавиться от биты, но что-то не стыковалось.

Кэти потерла виски и оглядела территорию школы, вплоть до озера. Подошла ближе к стеклу, положила руки на окно и уперлась в него лбом. У озера кто-то есть? Она ясно дала понять: никто туда спускаться не должен. Хочется верить, что всех жаждущих приключений Отис отправил обратно в школу. Кстати, куда он подевался? Кэти видела его, когда бал начинался, но ужинать он не пришел.

Кэти заметила свет фар: по территории школы мимо аттракционов медленно ехала машина.

– Что за черт?

Это явно была полиция.

Она повернулась и нащупала в темноте туфли. Надо выйти и выяснить, в чем дело. Похоже, у нее со школой остались какие-то счеты. Вернее, у школы остались счеты с ней.

Кэти резко распахнула дверь, готовая выбежать в коридор, но оказалось, что путь ей прегражден.

– Ты не против, дорогая, если мы перекинемся парой слов?

Пиппа отодвинула Кэти в сторону и опустилась на диван.

– Ну и вечерок.

– Что тебе нужно?

– Ты не сядешь?

– Постою.

– Вот, – сказала Пиппа. – У меня для тебя кое-что есть.

Она открыла сумочку с бахромой и извлекла из нее носовой платок. Осторожно, слой за слоем, развернула.

– Это ведь твое?

Кэти, вместо того чтобы подойти ближе, отодвинулась к столу. Включила настольную лампу и моргнула от внезапно хлынувшего света.

– Я не кусаюсь, – сказала Пиппа. – Иди сюда. – Она вытянула руку – на ладони ясно виднелось опаловое кольцо. – Это ведь твое?