Чтение онлайн

И тут у Пиппы случился такой же приступ, как на дне открытых дверей. Она видела себя, Джерри и крикетную биту, но как бы со стороны. Ей вспомнился случай с тортом, это было так приятно, а сейчас – то же самое.

Она смотрела со стороны, как взмахивает битой для крикета, а с улицы раздались восторженные крики, будто все ей аплодировали. Казалось, она снова бросает торт ему в лицо, только сейчас это была бита, а удар пришелся по голове.

А потом Пиппа очнулась, вернулась в свое тело: бита лежала на полу, а Джерри уже не улыбался. Она посмотрела на телефон. На окно. На Джерри, лежащего на полу с приоткрытыми глазами.

– Вставай, Джерри, – сказала она.

Он не издал ни звука. Не пошевелился.

– Я не шучу. – Она склонилась над ним. Его лицо покраснело. – Вставай, говорю! Это не смешно.

Джерри застонал. Пиппа, пошатываясь, поднялась на ноги. Кажется, сейчас ее стошнит. Она сглотнула, подавив позыв. Всхлипнула. Как же она вляпалась. Чарльз будет в ярости, когда узнает, что она натворила.

Она бросилась к окну, замахала руками, закричала и застучала ладонями по стеклу – привлечь чье-нибудь внимание, но все сосредоточились на собаке, которая бегала по полю. В ее сторону никто не смотрел. Она отступила от света. Это всего лишь ее слово против слова Джерри. Она скажет, что вообще сюда не заходила… Нет. Так не получится. Кто-то наверняка видел, как она входила. Ей не отвертеться.

Она отступила к двери и распахнула ее – сказать Мэнди, чтобы вызвала скорую, но той все еще не было. Пиппа вышла, оставив дверь открытой, но, сбегая по лестнице, услышала, как дверь закрылась. Сказала себе: если кого-то увидит, поднимет тревогу, а если нет… Коридоры на удивление пусты, все двери закрыты. Она проскользнула через открытые двери кухни – вот и солнечный свет. Ноги подкашивались. Ну и жара. Пиппа достала из сумки бутылку с наливкой, сделала глоток. Но это не помогло, удовлетворить всепоглощающую жажду не получалось.

Следующая мысль: рассказать о случившемся Чарльзу. Она подбежала к нему и пыталась заговорить, но он накричал на нее и ушел. И она стала ждать. В любой момент могло выясниться, что Джерри ранен. Вдруг в окне его кабинета мелькнула какая-то фигура, и Пиппу охватила паника. И она помчалась из школы, не разбирая дороги. Не хватало только, чтобы детей унизили на глазах у всей школы. От последствий не уйти, но хотя бы не при всех.

Когда позвонила Кэти и сказала, что Джерри умер у себя в кабинете, Пиппа едва устояла на ногах. Чарльз отправился в школу, а Пиппа осталась дома ждать полицию. Но никто не приехал, в дверь не звонили. Вернулся Чарльз, сказал, что Джерри умер, причина неизвестна, орудие убийства не нашли. Мэнди весь день никуда не отлучалась. Подозреваемый, скорее всего, выпрыгнул через окно.

Пиппе начало казаться, что это – не ее рук дело. Что после нее в кабинет вошел кто-то еще. Ведь с ней такое бывает – вместо молока наливает в чай апельсиновый сок, может быть, она Джерри вовсе не убивала? И стоит ли ей утверждать обратное?

В квартире Чарльза, в его любовном гнездышке, Аша сказала:

– Ладно, Пиппа. Идем отсюда. Не хочу больше натыкаться на исподнее этой развратницы. Сейчас принесу тебе воды, и обсудим следующий шаг. Идет?

Осознание того, что у Чарльза роман, не стало для Пиппы откровением. Джерри намекал на это, договор об аренде это подтвердил. Пожалуй, наоборот, узнав правду, она испытала облегчение. Пиппа села на кровать, на которой Чарльз лежал со своей любовницей. Кэти Лейн. Пиппа узнала ее кольцо на краю раковины в ванной. Ей удалось спрятать его от Аши. Это еще нужно было осмыслить.

Аша вышла из комнаты за стаканом воды, и Пиппа достала из сумки пакет из супермаркета. В нем лежала аккуратно сложенная голубая рубашка, которая была на ней в день убийства Джерри. Одна из старых рубашек Чарльза. Последнее время она надевала их часто: выглядеть современно и демократично, а не раздобревшей дамой, которая с трудом влезает в свою старую одежду.

Она поднялась и вытряхнула содержимое пакета на верхнюю полку шкафа. На душе было мерзко, ведь они с Чарльзом так прекрасно жили вместе, но что поделаешь? Как он докатился до такого? Все могло бы быть совсем иначе. Кольцо Кэти помогло ей принять решение.

– Ты как там, нормально? – окликнула ее Аша из кухни.

– Нет, – пробормотала Пиппа, приводя в порядок постель. Она откашлялась и добавила: – Пока нет. Но я уверена – скоро буду в норме.

Убедившись, что следов их пребывания не осталось, она вышла из комнаты и присоединилась к Аше на кухне.

– Давай… уйдем отсюда? Больше нам тут делать нечего.

– Конечно.

Пиппа взглянула на яблоки в вазе. Ее пальцы прошлись по полированным куполам, она выбрала самое блестящее, самое сочное. Перебросила из руки в руку, надкусила и тут же сморщилась – яблоко оказалось горьким.

Тем не менее она проглотила откушенное и посмотрела на фрукт – поразительно, как истинная природа скрыта за идеальным внешним обликом.

– Хм, – сказала она. – Попробуй определи, какое яблоко может оказаться гнилым.

Stacy Hackney

The Primrose Murder Society

С виду дочь Лайлы Шоу и божью коровку не обидела бы, не то что учительницу, несмотря на выдвинутые обвинения. Для начала: Беа едва доставала Лайле до локтя. Потом, руки у нее были не толще прутика, нежные и слабенькие. И наконец, ее большущие голубые глаза всегда поблескивали, будто в них стояли слезы. Сердце Лайлы сжалось, и она потянулась к соседнему стулу, поставленному почти вплотную, чтобы ободряюще погладить дочь по колену. Беа вскинула голову и гневно прищурилась на мать.

Однако внешность бывает обманчива.

Если миссис Гивенс, директриса школы, и заметила их мимолетный контакт, то никак его не прокомментировала. Вместо этого она сложила ладони домиком над столом. Лайла обратила внимание на розовые ногти директрисы, покрытые лаком: свои она в последнее время преимущественно обкусывала, а обязательный маникюр раз в две недели остался для нее воспоминанием.

Миссис Гивенс сделала глубокий вдох, будто ей потребовалось больше воздуха, чтобы наконец начать.