Чтение онлайн

Они еще были в госпитале – собирались вечером возвращаться домой. Лайла вспомнила, как разглядывала свою новорожденную дочь, восхищаясь ее темными ресничками, которые, словно шелковая бахрома, лежали на розовых лепестках щек. Этот крошечный человечек полностью зависел от нее – сама его жизнь. Это было поразительно. Еще день назад ей надо было заботиться только о себе. А теперь у нее появился ребенок. Она опустила внезапно потяжелевшую голову на подушку. Поглядела в глаза Райана – в них стояли слезы. Он никогда не плакал.

«Думаю, тебе лучше сидеть с ней дома», – сказал Райан. «Ты имеешь в виду, не возвращаться на работу?» – спросила Лайла. Что-то шевельнулось у нее в груди: недовольство? Нет, облегчение. Совершенно точно облегчение. «Я смогу прокормить вас обеих. Моя мама сидела со мной дома, и мне очень нравилось. Но решать, конечно, тебе», – сказал Райан. Беа лежала у нее на груди, легкая как перышко и одновременно увесистая. Лайла задумалась: что она будет делать одна с ребенком весь день?

В офис она больше не вернулась. Они даже не обсуждали с Райаном такую возможность. Он считал, что она останется дома, как он предложил, а Лайла не возражала. Был ли это правильный выбор и делала ли она выбор вообще? Теперь Лайла не была уверена. В глубине души она сердилась, когда Райан говорил: «Хотелось бы мне тоже остаться дома и играть с Беа», как будто только в этом и заключался ее вклад в их семью. Иногда Лайле хотелось накричать на него за брошенные на полу в гостиной носки или грязную кружку из-под кофе на столе в кухне, но он работал целыми днями, и ее жалобы выглядели бы мелочными, поэтому она без слов прибирала за ним. Может, ей не следовало молчать. Может, надо было говорить ему о своих чувствах.

В дверь квартиры постучали. Лайла поморгала, возвращаясь к реальности. Поспешила в прихожую и распахнула дверь, радуясь возможности отвлечься. На пороге стояла Эвелин, опираясь на ходунки и хмурясь, как всегда.

– Важная вещь, которую тебе следует знать обо мне: я терпеть не могу ждать. Пожалуйста, учти это на наши будущие встречи. Боже, ты в этом пойдешь? – сказала Эвелин, оглядев Лайлу с головы до пят и поморщившись от ее спортивных штанов и растянутой футболки.

– О чем вы? Пойду куда? – изумилась Лайла.

В прихожую выскочила Беа:

– Мы куда-то идем?

– Я договорилась, что мы занесем ужин Хелене и Элис Кент – в знак сочувствия после смерти Конрада. Кроме того, это отличная возможность расспросить их о Софии. Я говорила тебе с утра, – ответила Эвелин раздраженно. На ней было длинное розовое платье и бриллиантовое колье – то и другое больше подходило для коктейльной вечеринки, чем для послеобеденного визита.

– Мне захватить блокнот? – немедленно откликнулась Беа.

– Не стоит. Сомневаюсь, что у тебя разборчивый почерк в твои семь, – фыркнула Эвелин.

– Мне десять, и пишу я получше вашего, – возмутилась Беа. – Вон как у вас руки трясутся.

– Беа! – шикнула Лайла на дочь.

– Руки у меня стальные, хоть за скальпель берись. И почерк великолепный, – парировала Эвелин.

Лайла откашлялась.

– Извините, но я ничего не знаю про визит.

– Уверена, я тебе говорила сегодня утром, – возразила Эвелин.

– Не думаю, – настаивала Лайла.

– Значит, ты забыла. – Эвелин задумчиво взглянула на Беа. – Ты тоже можешь пойти, но только если будешь помалкивать. Они охотнее поговорят с нами; если ты станешь держаться застенчиво и печально – тогда они тебя пожалеют. И смени уже эту майку. У тебя есть что-нибудь розовое?

На Беа была ее обычная футболка «Атланта Брейвз». От ланча спереди осталось большое пятно кетчупа.

– Футболку я не переодену, – твердо заявила Беа.

Эвелин склонила голову набок и еще раз окинула Беа взором, после чего кивнула.

– Ладно.

– Но могу заправить, – предложила Беа.

– Пойдет. Не забывай делать вид, что вот-вот заплачешь. Причина не нужна. Они решат, это потому, что у тебя нет отца, – сказала Эвелин невозмутимо.

Лайла втянула носом воздух, не в силах поверить, что Эвелин упомянула Райана.

– У Беа есть отец, который беспокоится о ней.

– Но он сейчас не здесь, – подхватила Беа, нисколько не смущенная замечанием Эвелин. – По-моему, это отличный план. Еще я могу немного прихрамывать.

– Прекрасная идея, – похвалила Эвелин.

– Никто хромать не будет, – сказал Лайла и пошла искать какой-нибудь приличный наряд из своей прошлой жизни. Она была почти уверена, что у нее за спиной Беа подмигнула Эвелин, а та подмигнула ей в ответ.

– И не забудь про помаду. Надо придать лицу красок, потому что сейчас ты похожа на труп, уж извини. Поторапливайся! – напутствовала ее Эвелин. – Джаспер ждет нас у квартиры Кентов через пять минут.

– Джаспер тоже в курсе? – удивилась Лайла.

– Само собой. Я говорила вам обоим. – Эвелин развернулась и пошла обратно в коридор, Беа – за ней по пятам.

Пять минут спустя Лайла, Беа, Эвелин и Джаспер уже стояли перед дверью на пятом этаже. Джаспера они встретили в холле – он ждал их. В руках он держал два больших бумажных пакета с угощениями, которые Эвелин заказала в местном кейтеринге. Беа быстро проинформировала Джаспера и Эвелин о том, что Лайла узнала от сестер Уиллоби этим утром. Джаспер почти все время молчал, уставившись на свои ноги. Лайла гадала, не жалеет ли он о решении помочь с расследованием. В этот момент, похоже, да.

Хелена Кент открыла дверь по первому же стуку и пригласила их войти. В фойе квартиры красовался огромный круглый стол с позолоченным торцом, на нем – гигантская икебана из живых роз и лилий. Обои были восхитительного аквамаринового цвета, ковер на полу – синий с золотыми узорами – стоил, вероятно, как небольшая машина.

Лайла заметила свое отражение в зеркале и поразилась: впервые за долгое время она, по не слишком деликатному указанию Эвелин, воспользовалась косметикой. Лайла уже привыкла видеть бледные запавшие щеки и сейчас порадовалась краскам на лице. Давным-давно она не выглядела так привлекательно.

– Добрый день. Очень приятно видеть вас всех, и как заботливо с вашей стороны принести нам ужин, – сказала Хелена, протягивая каждому по очереди изящную руку, унизанную кольцами с крупными камнями. Она куталась в мягкий серый кашемировый кардиган; Элис стояла с ней рядом с волосами, собранными в низкий хвост.

Хелена вежливо спросила, как Лайла находит «Примроуз», и Лайла солгала, сказав, что квартира просто чудесная. Хелена упомянула, как была рада повидаться со Стэнли и мамой на премьере «Мадам Баттерфляй». Лайла в ответ улыбнулась, соглашаясь, что «Стэнли – удивительная личность, а мама никогда не пропускает оперу». Она надеялась любезностью сгладить эффект от того, ради чего Эвелин затеяла их визит. Беа лишь печально улыбнулась и последовала за Хеленой, которая повела их в гостиную. При ходьбе она хромала.

– У тебя что-то болит, дорогая? – спросила ее Хелена.

– Я стараюсь не позволять страданиям испортить мне жизнь, – торжественно провозгласила Беа, волоча за собой ногу с таким преувеличенным усердием, что симуляция становилась очевидной.

– С ней все в порядке, – сказала Лайла.

– На прошлой неделе я почти не плакала перед сном, – вздохнула Беа, устраиваясь в плюшевом кресле яблочно-зеленого цвета в полоску.

Эвелин одобрительно кивнула, а Джаспер крепко сжал губы, стараясь не рассмеяться.