Чтение онлайн

Заварив чай, она принесла в гостиную оставшиеся блокноты и заняла место напротив Джаспера. Открыла один и начала читать. На каждой странице была проставлена дата, записи делались ежедневно и были весьма подробными.

Спустя некоторое время Джаспер поднял голову:

– Кажется, я кое-что нашел. Тут как раз о том периоде, когда убили Софию.

– Не отвлекайся. Лучше посмотри, что она писала в день убийства.

Джаспер перелистнул несколько страниц. Желудок Лайлы сжался. Беа раскачивалась на кушетке, ее лицо горело от возбуждения. Все это было полнейшим безумием, но вдруг Глория оставила им подсказку насчет того, кто убийца?

Джаспер пробежал страницу глазами, и его плечи опустились.

– Тут ничего нет.

– А можно мне посмотреть? – спросила Лайла. Она взяла блокнот и прочитала записи со дня смерти Софии. Джаспер оказался прав: ничего стоящего. Люди выходили и возвращались в свои квартиры, неся кофе, снизу доносился шум с винной вечеринки (Глорию он очень разозлил), а в восемь вечера прибыла полиция. Никаких указаний на то, кто убил Софию.

– Мы хотя бы попытались, – мягко заметил Джаспер, не обращаясь ни к кому конкретному.

Беа замерла; ее губы задрожали. Лайла потянулась погладить дочь по руке, но та отдернула ладонь. Лайла сжала и разжала кулаки, словно пытаясь за что-то уцепиться. Снова взяла блокнот, чтобы хоть что-то делать. Перечитала страницу и заметила слово ограбление.

– О, вот тут интересно! – воскликнула она, надеясь умилостивить Беа другим преступлением. Глупо, но что еще ей оставалось? – Глория упоминает об ограблении.

– Да, примерно в это время в «Примроузе» ограбили несколько квартир. Когда убили Софию, я даже думала переехать, но мне недавно повесили новые шторы, из чистого шелка, – заметила Эвелин.

– И что там сказано? – слегка заинтересовавшись, спросила Беа.

– Давай посмотрим. – Лайла начала читать. – Вот оно:

Пока Лайла читала, до нее постепенно доходило значение этих слов. Несмотря на абсурдность ситуации, что-то щелкнуло у нее внутри.

– Погодите-ка. Я не понимаю. Двери на лестницу всегда закрыты. Карточки открывают проход только на тот этаж, на котором живешь. В две тысячи втором действовала такая же система?

– Двери на лестницу запирались все время, что я здесь живу. До карточек у жильцов были обычные ключи, открывавшие дверь на их этаж, – сказала Эвелин.

Лайла ткнула пальцем в страницу:

– Вы понимаете, что это означает?

– Глория видела грабителя и должна была сообщить полицейским. Но она им не открыла, что лично меня нисколько не удивляет, – ответила Эвелин.

– Не только это! – воскликнула Лайла. – Если Глория видела грабителя наверху, он мог проникнуть только на этаж…

– На котором жил, – громко закончила Эвелин. – Именно на это я и собиралась вам указать.

Глаза Джаспера широко распахнулись.

– Если убийца жил в «Примроузе», это объясняет, почему его не осталось на записях с камер наблюдения при входе.

– Мы нашли зацепку! – заорала Беа, вскакивая на ноги. – Мы как настоящий убойный отдел в полиции, если не считать, что двое из нас суперстарые!

Лайла поглядела на дочь; ее грудь так и распирало от радости. Ей не хотелось даже упрекать Беа за то, что она назвала Эвелин и Джаспера стариками, – ни за что, когда она так счастлива.

– Мы можем раскрыть убийство! – провозгласила Беа в полном восторге.

– Пока что нам известно лишь то, что грабитель мог жить в «Примроузе» и что этот же грабитель мог убить Софию Кент, – напомнил Джаспер.

– Но это уже больше, чем знает полиция. Мы можем составить список подозреваемых. Я принесу бумагу. – Беа обвела их всех глазами, и ее губы растянулись в улыбке. – Надо скорей начинать! Это так весело.

С этими словами она выбежала из комнаты.

Лайла посмотрела на Эвелин, потом на Джаспера: оба провожали глазами Беа. Шея Лайлы покраснела. До чего странно! Она не собиралась полагаться на людей, которых едва знала, – тем более в расследовании убийства двадцатиоднолетней давности – вместе с ее дочерью.

Она кашлянула.

– Спасибо, что заглянули помочь, но я ее отговорю.

Эвелин погладила двойную нитку жемчуга на шее.

– Ваша дочь – весьма целеустремленная юная леди. Большая редкость по нынешним временам. Конечно, я ужасно занята всеми своими светскими обязанностями, но я могла бы помочь со списком подозреваемых. Я знаю всех в «Примроузе» и, признаться, не расстроюсь, если кое-кто из них окажется за решеткой.

Джаспер уставился в пол и торопливо, тихим голосом проговорил, будто боясь, что его перебьют:

– Я мог бы подсказать Беа, как правильно вести расследование.

– Но мы не можем всерьез им заниматься. Это просто смешно! – возразила Лайла.

Эвелин нахмурила брови.

– Что тут смешного? Джаспер работал детективом, а я отлично разгадываю загадки – помимо того, что у меня IQ гения. Почему мы не сможем раскрыть убийство?

– Может, потому, что не знаем, во что ввязываемся? – съязвила Лайла, пытаясь вернуть остальных к реальности.

– Говорите за себя, – отрезала Эвелин. – Верно, Джаспер?

Джаспер посмотрел на свои руки – сначала одну, потом другую, – лежащие на подлокотниках кресла. Потом рискнул поднять глаза на Эвелин и быстро кивнул в ответ на ее пристальный взгляд. Лайла не могла сказать, согласен он с Эвелин или просто боится ее. Возможно, и то и другое.

Беа влетела в комнату со стопкой бумаги для принтера. С разбега затормозила возле Лайлы и обхватила ее руками за плечи. От этого объятия Лайла застыла на месте, ощущая в горле ком. Как давно дочь не обнимала ее вот так, ни с того ни с сего? Лайла притянула Беа к себе и заглянула в лицо. В кои-то веки Беа не отстранилась. Ее глаза сверкали – они в буквальном смысле излучали свет. Как могла Лайла не одобрить их безумную идею, если та делала ее дочь настолько счастливой? Может, это и правда смешно. Наверняка Райан так бы и подумал, но Райана тут нет. Решение за Лайлой. И она согласна взяться за расследование убийства Софии Кент. Она им подыграет. Что угодно, лишь бы заново ощутить связь с дочерью и вернуть назад ту радостную девчушку, которую потеряла одновременно с мужем.