Чтение онлайн

– Орудие убийства исчезло, да?

– Да. Но, главное, пропало кое-что поважнее – голова.

Головы Саяки в комнате действительно не обнаружилось. Этого, конечно, следовало ожидать: если бы убийца оставил ее здесь, это значило бы, что у него не имелось причин от нее избавляться – и отрезал он ее просто так, для удовольствия. Едва ли получалось представить подобное сейчас, в наших обстоятельствах. Впрочем, если принять как факт, что преступник унес голову с собой… это тоже не делало его поведение более понятным.

Но зачем вообще было после Юи убивать еще и Саяку? Преступник пошел на большой риск. И ведь он не просто убил ее – но и обезглавил. Как ни крути, а ничто из произошедшего не выглядело нормальным и закономерным.

– Но куда он дел голову? – спросил я.

– Наверняка сбросил на минус третий этаж, – ответил Сётаро. – Это если считать, что он отрезал ее, чтобы спрятать. Думаю, и орудия убийства, которых мы здесь не нашли, тоже там.

– А, ну да…

Минус третий этаж, затопленный водой, как нельзя лучше подходил для того, чтобы избавиться от улик. То, что оказалось на дне, уже никто не найдет. К голове можно было присоединить и орудия убийства – пилу, нож, веревку; они заодно сыграли бы роль груза. Остальное же – сапоги, фартук, резиновые перчатки – убийца оставил в комнате, потому что иначе сверток получался слишком большим. Тем более что снять отпечатки пальцев в наших условиях все равно невозможно, а значит, и бояться нечего.

Сётаро снова внимательно осмотрел окровавленные вещи и на этот раз замешкался, дойдя до каблука правого сапога.

– О, а это что такое?

Он осторожно снял бурый от крови кусочек тонкой бумаги.

– Салфетка? – предположил я.

– Да нет, салфетка потоньше… Бумажное полотенце, наверное.

Если приглядеться, на поверхности бумаги были заметны мелкие пупырышки – как у бумажных кухонных полотенец. Такими часто пользуются при всяких технических работах, чтобы вытирать грязь и масло. Преступник собирал ими кровь с пола – и наверняка даже не заметил, что обрывок прилип к каблуку.

– Что-то я не помню, чтобы здесь такие были. Я вроде не видел.

– Были, – уверенно сказал Сётаро. – На минус первом этаже, в кладовой под номером 118. Там лежало пять упаковок по двести штук.

Некоторые закивали, соглашаясь. Я тоже начал припоминать: бумажные полотенца были в пластмассовой корзине, которая стояла на верхней полке стального стеллажа в комнате номер 118, сразу налево от двери.

Судя по количеству крови на полу, полотенец для уборки потребовалось много – однако, кроме обрывка на подошве, окровавленной бумаги нигде не нашлось. Наверное, преступник выбросил их вместе с головой Саяки.

Сётаро опустил на пол сапог, который вертел в руках и снял резиновые перчатки.

– Я все тут сфотографирую, – сказал он, обращаясь к остальным, – но прошу каждого очень внимательно посмотреть на улики и состояние тела. Когда мы найдем убийцу, крайне важно, чтобы у нас не было разногласий по поводу того, как выглядело место происшествия.

Значит, нужно накрепко все запомнить… Какое-то время мы продолжали стоять неподвижно, но затем, повинуясь хладнокровным указаниям Сётаро, стали по очереди заходить в комнату, вглядываясь в тело и окружающую обстановку, словно на похоронах, когда зажигают благовония.

Когда с этим было покончено, все вышли в коридор, где обступили Сётаро.

– Теперь я хотел бы обыскать ваши комнаты и проверить личные вещи. Есть возражения?

– Да нет никаких возражений. Давайте быстрее, – тут же отозвался Рюхэй.

Иных подтверждений Сётаро ждать не стал и сразу взялся за дело. Впрочем, все были согласны.

Смерть Саяки была настолько ужасающей, что никто не мог в нее поверить. Но одновременно, несмотря на полнейшее непонимание происходящего, в нашей маленькой группке начала понемногу зарождаться надежда. В отличие от первого убийства на этот раз преступник потратил много сил и оставил немалое количество улик. Он точно был среди нас – среди этих восьми человек. Неужели даже теперь, после такой дерзкой выходки, мы не сможем его вычислить? Наверняка скоро все разрешится, и мы сумеем выйти наружу.

Мы начали обходить комнаты – все вместе, вытянувшись в колонну. Осмотр личных вещей был тщательным: каждый на глазах у остальных раскрывал свои сумки, показывая все вплоть до нижнего белья. Кто знает: может, убийца, отрезая голову, испачкался в крови? Конечно, он, скорее всего, уже избавился от улик, но тогда, возможно, указать на него могло как раз отсутствие каких-нибудь обиходных предметов. К тому же убийца забрал и рюкзак Саяки, так что оставалась вероятность, что ее вещи найдутся в чьей-то комнате.

Увы, разрешить вопрос быстро и просто не удалось: ничего подозрительного мы так и не обнаружили. Никто не выдал себя отсутствием необходимых предметов, ни в чьем имуществе не затесалось чужого – таких элементарных ошибок убийца не допустил.

– Давайте еще раз заглянем в комнату Саяки, – предложил Сётаро, когда с осмотром остальных было покончено.

Вещественных доказательств мы не нашли. Теперь нам следовало разобраться, что и когда делали жертва и преступник. Заходя к Саяке в комнату в первый раз, мы лишь убедились, что ее там нет. Но может быть, обнаружится что-то, что поможет нам распутать эту загадку?

Открыв дверь рядом с лестницей, мы оказались все в той же пустой комнате – только матрас да спальный мешок. Здесь ничего не поменялось, но теперь, когда мы знали о страшной смерти Саяки, от комнаты веяло жутью – словно заглядываешь за край бездонной пропасти.

Сётаро оттащил в сторону матрас. Под ним обнаружились два черных обрывка.

– А это что?

Он поднял находку. В руках у него были кусочки черной изоленты, длиной сантиметров по десять, сложенные клейкой стороной внутрь. Между слоями прощупывались мелкие осколки – видимо, стеклянная крошка.

Сётаро снова обвел комнату глазами: более крупные осколки лежали аккуратной кучкой в углу.

– Ага. Похоже, Саяка-тян действительно собирала разбитое стекло. Ядзаки-сан, вы помните эту ленту?

Тот слегка вздрогнул, решив было, что его в чем-то подозревают, но быстро сообразил, что имеет в виду Сётаро, и взял обрывки в руки.

– А, ну да. Помню, конечно.

Это была та самая изолента, которую он использовал два дня назад, когда обесточивал часть минус второго этажа. Значит, то, что нам рассказывала Хана, было правдой.

– А моток ленты ты у нее забрала, да, Хана-тян? – уточнил Сётаро.

– Да… да, – тихонько подтвердила та. За нее продолжил Сётаро:

– Но после этого Саяка-тян вчера что-то искала – так ведь?

Хана кивнула.

– Кто-нибудь еще ее видел вечером?

– Я видела, – сказала Маи. – Она ходила по коридору, и вид у нее был очень встревоженный.

– Я тоже видел – она заглядывала под стол в столовой. Действительно, вроде бы что-то искала, – добавил Рюхэй.

До сих пор Маи и Рюхэй были не в состоянии разговаривать друг с другом спокойно, но после неожиданной и странной гибели Саяки словно утратили всякие эмоции и теперь казались чужими людьми, которые по воле случая одновременно попали в переделку.