Чтение онлайн

Стало ясно, что дольше находиться в одной комнате мы не в состоянии. Недопонимание было кое-как разрешено, и общее собрание на этом закончилось.

И все же… Я задумался. Люди, которые до недавних пор пользовались этим бункером, верили, что конец света близок. Здесь они тренировались и медитировали, готовясь выжить в грядущем апокалипсисе, – такую власть возымела над ними эта идея.

В каком-то смысле они оказались правы. «Ковчег» переживал свой апокалипсис прямо сейчас. Все мы готовились к наступлению Страшного Суда. По иронии судьбы в отличие от истории о Ное из Ветхого Завета потоп – а вовсе не спасение – настиг нас внутри самого ковчега.

Но если нам суждено предстать перед судом Божьим, где нас будут оценивать по заслугам… в таком случае, как мне казалось, у меня точно нет шансов. История, рассказанная Ядзаки, только добавила новых поводов тревожиться.

Ближе к вечеру ко мне частично вернулся аппетит. Я нашел среди консервов те, что почти не пахли – овощное рагу, – принес их в комнату и поужинал вместе с Сётаро.

– Как думаешь, можно этому верить? – спросил я.

– Что Ядзаки пришли сюда искать пропавшего родственника?

– Да.

– Верить-то можно. Доказательств у нас, конечно, нет, но если все время всех подозревать, мы будем ругаться бесконечно. – Сётаро по-прежнему говорил без особого интереса.

Что ж. Зачем бы Ядзаки сюда ни явились, вряд ли убийства были делом их рук. Я не мог себе представить, чтобы Юя или Саяка оказались тайными адептами религиозной секты, замешанными в исчезновении человека… Это было слишком бредовой идеей.

После ужина Сётаро притих и стал задумчивым, машинально постукивая ногой по матрасу, словно никак не мог принять какое-то решение. Это было на него совершенно не похоже.

– Слушай, у тебя точно нет никаких идей, что можно сделать? Будем просто сидеть и ломать голову? – поинтересовался я.

Смерть Юи не давала ничего, за что можно было зацепиться, оставалось только мучиться от собственной беспомощности. Но вчерашнее убийство Саяки все изменило. Оно было окружено таким количеством загадок, что их следовало разгадать немедленно.

К тому же Сётаро, несмотря на свой озабоченный вид, не выглядел как человек, зашедший в тупик. У меня складывалось впечатление, что у него уже имелись какие-то идеи, которые должны были привести нас к истине.

– Сделать что-нибудь, в принципе, можно. Вопрос в том – что именно?

Он упал на спину и вытянулся на кровати, заложив руки за голову, – но вскоре подскочил вновь.

– Ладно, давай для начала пересчитаем все загадки, связанные с убийством Саяки, – устало произнес он наконец.

– Что? Ну… ладно.

Вспоминая наш утренний разговор в кладовке на минус втором этаже, я стал перечислять их одну за другой, стараясь ничего не упустить:

1. Что именно искала Саяка перед тем, как произошло убийство?

2. Кто убил Саяку?

3. Почему убийца решил убить Саяку?

4. Зачем убийца ударил ее ножом в грудь?

5. Зачем он отрезал ей голову?

6. Почему убийца не воспользовался тряпками, которые были на минус втором этаже, а рискнул отправиться за бумажными полотенцами на этаж выше?

7. Почему убийца избавился от вещей Саяки?

– Вот, кажется, все.

– Да, похоже на то.

Если загадками считать вопросы, на которые мы не могли ответить максимально достоверно, то я ничего не упустил.

Загадки первого убийства, по сути, сводились к двум вопросам: «Кто убил Юю?» и «Почему?». В случае Саяки дело было куда более заковыристым.

– Откуда вообще начинать, чтобы все это распутать?

– Не то чтобы «начинать»… На самом деле на половину вопросов я могу дать ответы прямо сейчас, – как ни в чем не бывало заявил Сётаро.

– Что? Ты серьезно? Загадки решены?

– Ну… некоторые – да.

– Но кто убийца – мы все равно не знаем?

– К сожалению. Если бы знали, не над чем было бы ломать голову.

Я видел и слышал все то же, что и Сётаро, и тем не менее не знал ответа ни на один из семи вопросов.

– И какие же разгаданы? Я даже представить не могу.

– Первая, третья, пятая и седьмая. Эти четыре связаны между собой. Если разгадать одну, она приведет тебя к ответам на остальные.

Выходило, что ему уже известно, зачем была отрезана голова.

– Постой-постой! То есть ты что же, и мотив убийства знаешь? Как можно знать мотив второго убийства, если мы до сих пор не знаем мотива первого?

– Можно. Иногда так складываются обстоятельства. Хотя, может, это и слишком смело – говорить, что мне известен мотив. Я не все могу объяснить, часть деталей непонятна. Но в общих чертах – вполне. Давай разберемся по порядку. Начнем с вопроса номер пять. Зачем убийца отрезал Саяке голову? Если мы найдем ответ, он потянет за собой остальные. Как ты считаешь, Сюити, зачем преступники обычно голову отрезают?

– Хм… Хорошенькое «обычно»! Ты так говоришь, как будто это что-то нормальное. Я всегда считал, что такое только в старых детективах случается, а не в реальной жизни.

– Хорошо, представим, что речь идет о старых детективах. Скажи все, что приходит на ум.

«Приходит на ум»… Я напряг мозги, но ни одной разумной мысли не появилось.

– Ну, если навскидку – допустим, убийца хочет скрыть личность жертвы, – предположил я. – Занять ее место, выдать себя за убитого… Но в жизни такого быть не может. Сейчас есть экспертизы всякие, анализ ДНК. Хотя… Здесь, в подземелье, ДНК-тест, конечно, не сделаешь. Но мы-то и так знаем, что это Саяка. Потому что если не она – тогда получается, что здесь, под землей, скрывался другой человек, да еще и такого же телосложения… И что, она убила этого человека, а потом спряталась так, чтобы никто не нашел? Бред какой-то.

– Это точно. Идею, что в бункере скрывается кто-то, кроме нас, рассматривать не будем. Здесь, конечно, места много, но вряд ли можно затаиться так, чтобы мы ничего не заметили. К тому же Юя-кун говорил, что с его последнего визита ничего не изменилось, – объяснил Сётаро, хотя я и так прекрасно все понимал.

– Тогда что? – пробормотал я. – Какие еще есть варианты? Может, убийца отрезал голову, чтобы скрыть улики? На шее жертвы были следы, которые могли его выдать… Но какие именно следы? Ну, допустим, они боролись, и на шею Саяке попала помада преступницы. Но ведь ее можно просто стереть. Экспертизу сейчас все равно не проведешь. Да и помадой никто здесь не красится…