Чтение онлайн

– Хорошо, – сказал Брюс и пошел на кухню.

Эбигейл вышла из домика и направилась к главному корпусу. Мужчины все еще стреляли из лука, и каждый раз, когда она слышала звук поражающей цель стрелы, ее тело напрягалось. Эбигейл поднималась по каменным ступеням ко входу в главный корпус, когда его двери распахнулись и наружу вышел Чип Рэмси.

– Эбигейл, – сказал он. Затем, пристально посмотрев на нее, спросил: – С тобой всё в порядке?

– Брюс сказал, что сегодня нет возможности улететь с острова, – сказала она, останавливаясь перед дверью.

– Честное слово, мне очень жаль. Он сказал мне, что тебе не терпится уехать, и я понимаю это. Но я все утро разговаривал с Шоном из «Каско эйр», и это просто невозможно. У них всего два самолета, и оба забронированы. Брюс сказал тебе, что они будут здесь первым делом завтра утром?

– Сказал. Дело в том, что я действительно хотела бы улететь сегодня. Должна же быть другая авиакомпания…

– На самом деле нет, не для этого района.

– Но что бы вы делали в чрезвычайной ситуации? Например, если б кому-то потребовалась медицинская помощь?

– Тебе нужна медицинская помощь? – спросил Чип с искренней обеспокоенностью в глазах.

– Нет, я просто спрашиваю.

– Мы, конечно, уведомили бы экстренные службы, и, думаю, они прислали бы вертолет. Но, к счастью, такого никогда раньше не случалось – постучим по дереву, чтобы не сглазить. – Чип потянулся назад и постучал по двери главного корпуса.

– Хорошо, спасибо, – сказала Эбигейл. – Я хочу воспользоваться телефоном. Есть ли кто-нибудь наверху в офисе?

– Аарон был там в последний раз, когда я проверял. Если его нет, можешь просто найти меня. Мне крайне жаль, миссис Лэм. Честное слово, если б мы могли чем-то помочь, мы бы это сделали.

– Во сколько вчера прилетал самолет, чтобы забрать Алека и Джилл Гринли?

Чип на мгновение задумался.

– Около трех часов.

Она прошла через двери в главный корпус. Было видно, что наступило время обеда. Бар был открыт, и Эбигейл заметила Портера со стаканом разливного пива. Он стоял, щеголевато облокотившись одним локтем на стойку. Эбигейл подумала: «Он доволен собой». Заметив ее, Портер в знак приветствия поднял голову. На его губах играла легкая улыбка. Инстинкт подсказывал ей уйти, но Эбигейл пошла к нему и поздоровалась.

– Я не видел вас у бассейна сегодня утром, – сказал он.

– Меня там не было, – сказала Эбигейл.

– С вами все в порядке? – спросил Портер, ставя пиво на стойку, словно хотел освободить руки. Эбигейл испугалась, не выглядит ли она так, будто вот-вот рухнет в обморок.

– Все нормально, – сказала она. – Просто я не совсем хорошо себя чувствую, и я надеялась сегодня улететь с этого острова, но только что узнала, что до завтра самолета не будет.

– О, сочувствую, – сказал он с легким акцентом.

– Могу я спросить вас кое о чем? – сказала она.

– Конечно.

– Вы знали Джилл Гринли, другую женщину, которая была здесь со своим мужем?

– А-а, – протянул Портер и слегка приподнял брови. – Откуда вы это знаете?

– Она мне сказала. Вы с ней были помолвлены?

– Давным-давно, – сказал он, снова взял свое пиво и сделал большой глоток.

– Вы, должно быть, удивились, увидев ее здесь…

– Да, я был в шоке. Не знаю, так ли сильно, как она, но для нее это был большой сюрприз. Неприятный сюрприз, пожалуй, для нас обоих.

– Из-за ваших отношений?

– Они закончились не лучшим образом.

– Да, она мне сказала.

– Что она вам сказала? – спросил Портер, и его голос дрогнул.

– О, почти ничего. Я ее едва знала.

– Повезло вам, – сказал он. – Извините, не хочу показаться озлобленным, но…

– Но вы озлоблены.

– Думаю, да. Лучше б я никогда ее не встречал, – сказал Портер, и Эбигейл подумала, что он что-то недоговаривает. По какой-то причине она услышала в голове голос Брюса, как тот с ненавистью произносит слова «избалованная стерва».

– Вам больше не нужно беспокоиться о ней. Ее тут больше нет.

– Как это понимать, ее тут больше нет?

– Я имею в виду, что она уехала. Покинула остров.

– Правда? – Он выглядел удивленным, и было ясно, что, по крайней мере, Портер не слышал всей истории о том, что Эбигейл видела прошлой ночью. Либо это, либо он притворялся, что не слышал.

– Она покинула остров вчера днем, вместе со своим мужем. На самолете.

На мгновение Портер как будто растерялся.

– О, я этого не знал, – ограничился он короткой фразой.

Однако глаза его рыскали по залу, как будто Портер кого-то высматривал. Эбигейл посмотрела на линию его подбородка и заметила, как подергивается маленькая мышца. Очевидно, даже одно упоминание о Джилл Гринли вызывало у него стресс.

– Не буду вам мешать, Портер, – сказала она, и он вновь посмотрел на нее, почесав при этом свободной рукой ключицу. Это движение привлекло взгляд Эбигейл к расстегнутому вороту его рубашки. На шее виднелось ожерелье из плетеной кожи, свисающий с него кулон был скрыт рубашкой.

– Идете обедать? – спросил Портер, одним долгим глотком допив свое пиво.

– Я скоро вернусь, – сказала Эбигейл и направилась к лестнице. Она не знала точно, чего именно надеялась добиться от разговора с Портером, но тот факт, что он вел себя уклончиво, почти нервно, укрепил ее подозрение, что Портер может быть причастен к тому, что случилось с Джилл Гринли. Возможно, это он напал на нее прошлой ночью.

Дверь офиса была открыта, но внутри никого не было. Комнату заполняло едва различимое гудение электричества и мерцание неисправных флюоресцентных ламп. Услышав позади себя шаги, Эбигейл обернулась. Перед ней стоял тот же служащий, которого она встретила, когда ранее приходила сюда в офис.

– Здравствуйте, миссис Лэм, – сказал он, держа в одной руке бумаги, а в другой – стрелу. Должно быть, взгляд Эбигейл остановился на стреле, потому что служащий поднял ее и показал ей конец. – Очевидно, когда у стрелы нет перьев, она летит неправильно.

– Оперения, – автоматически поправила его Эбигейл.

– Не понял? – спросил он.

– Извините. Правильно говорить «оперение». – Это слово пришло ей в голову из-за Бена Переса, ее бывшего парня, который когда-то написал стихотворение с этим словом. Они тогда даже поспорили по его поводу. Эбигейл утверждала, что это слово звучит слишком серьезно. Было так странно внезапно подумать о Бене здесь, на острове Харт-Понд, где она чувствовала себя оторванной от Нью-Йорка и своей прежней жизни…