Чтение онлайн

На всякий случай я внимательно осмотрел двор. Не заметив ничего подозрительного, включил музыку, стал ждать.

Минут через двадцать из подъезда прокуратуры показалась Алена с дорожной сумкой. Выйдя из машины, я взял у нее сумку, поставил на заднее сиденье, открыл Алене переднюю дверь. Сев за руль, спросил:

–  Ты что, прямо с картошки?

–  Конечно. Он приезжал ко мне позавчера. А сегодня снова явился. Привез прямо сюда. На машине из Шатуры. Представляешь?

–  Представляю. Он - это Рахманов?

–  Нет, другой. Его помощник.

–  Ну а чего от тебя хотел Рахманов? Сейчас?

–  Пытался выяснить, кто мне звонил. Я сказала - не помню. Мало ли кто мог мне звонить. Что ж ты меня не предупредил? Я бы не упоминала о звонке.

–  Да так...

Какое-то время мы разглядывали осенний двор. Вдруг Алена уперлась лбом в мое плечо:

–  Знаешь, мне почему-то кажется, ты мне не рад.

–  Ты что... Рад. Очень рад.

Я слышал ее дыхание. Я действительно был рад тому, что она наконец рядом. Просто теперь я боялся уже не только за себя, но и за нее.

Алена спросила, не поднимая головы:

–  У тебя серьезные неприятности?

Серьезные неприятности... Да на меня объявлена охота! Единственное, что меня сейчас занимает, это мой страх. Я элементарно боюсь. И ничего не могу с этим сделать. Но вместо того, чтобы объяснить все это Алене, я лишь прижался губами к ее виску:

–  Никаких неприятностей нет. Просто временные трудности. Знаешь, мне что-то не очень нравится это место. Поедем?

–  Поедем.

Уже по пути на Юго-Запад спросил:

–  Алена, когда у тебя занятия?

–  Через пять дней.

–  Отлично. Домой мне пока не звони. Если можешь, посиди сегодня дома и подожди моего звонка. Причем я могу позвонить не скоро. Подождешь?

–  Подожду. У тебя сейчас дела?

–  Встреча с Сашкой, после которой станет ясно, что и как.

Алену я высадил у подъезда. Нарочно подождал, пока она махнет мне с балкона. И поехал к Сашке в клинику.

Сговор

Сашка был в ординаторской. Увидев меня в двери, вышел. Провел в конец коридора, кивнул:

–  Рассказывай. Здесь никто не услышит.

Я рассказал о том, что было в прокуратуре.

Сашка прислонился к подоконнику, усмехнулся:

–  Серый, ну ты даешь.

–  А что такое?

–  Да то... Конечно, поздно обо всем этом говорить... Зачем ты позвонил Алене? Тем более с дороги? Не мог потерпеть?

–  Саня, я ведь не оставил никаких следов.

–  Никаких, кроме самого главного: квитанции.

Я молчал. Мой друг был прав на сто процентов.

Сашка оттолкнулся от подоконника, сказал:

–  Ладно. Пойдем поищем свободный телефон...

Мы пошли по коридору. Остановившись у одной из дверей, Сашка приоткрыл ее. Пригласил:

–  Заходи. Никого нет.

Пропустив меня и войдя следом, прикрыл дверь, повернул торчащий в замочной скважине ключ. Показал мне на стул, сам уселся на медицинскую кушетку:

–  Что, Серый, звоним в прокуратуру?

–  Звоним.

–  Отлично. Значит, так. Звони сейчас своему Рахманову. Сообщи следующее: ты хочешь приехать к нему со своим другом Чирковым Александром Александровичем, чтобы рассказать все, ничего не скрывая. При этом учти: разговаривать вместе в прокуратуре не дают, выслушивают каждого отдельно. Так что поставим одно условие друг другу.

–  Какое?

–  Условие простое: мы перестаем темнить. Говорим в прокуратуре все, как было. Объяснить зачем?

–  Пожалуй.

–  Теперь завалить Вадима Павловича можно только так. И не иначе. Единственное, давай проявим при этом элементарную щепетильность. Хорошо?

–  Хорошо. Только что ты имеешь в виду?

–  Давай не впутывать в это дело лишних людей.

–  Например?

–  Например, твоего друга Володю Глинского. Человек отдал нам мастерскую, доверился. Думаю, вряд ли ему доставит удовольствие таскаться на допросы. Ну и все остальное. Согласен?

–  Согласен. Я сам хотел тебе об этом сказать. Он же вообще здесь ни при чем.

–  Значит, про Глинского молчим. В остальном же говорим чистую правду. До конца. Договорились?

–  Договорились.

–  Тогда звони. И не забудь сказать про меня.

Сняв трубку, я набрал номер Рахманова. Выслушав, Рахманов своим обычным бесстрастным голосом сказал: он ждет нас обоих.

Уточнение деталей

Войдя в кабинет к Рахманову, я первым делом представил Сашку:

–  Андрей Викторович, это Чирков Александр Александрович. Мой друг. О котором я вам говорил.

–  Очень приятно. Садитесь. Я слушаю.

Мы уселись. Сашка посмотрел на меня. Потер лоб. Сказал, глядя в окно:

–  Андрей Викторович... Сергей объяснил мне, в чем дело. В общих словах. Ну и хочу сказать сразу: во всем виноват я.

–  В чем во всем?

–  В том... Это я попросил Сергея отвезти этих двух ребят. Куда они попросят.

–  Двух ребят? Каких?

–  Сергей сказал - их зовут Юра и Женя.

–  Юра и Женя... - Рахманов опустил глаза. - Зачем вам это было нужно? Чтобы Лотарев отвез Юру и Женю?

–  Мне это совсем не было нужно. Это было нужно... одному человеку.

–  Какому человеку?

–  Н-ну... я знаю только, что его зовут Вадим Павлович.

–  Вадим Павлович... Это что, ваш знакомый?

–  Нет. Просто года три назад я ему сделал операцию. Пластическую.

–  Пластическую операцию... То есть вы изменили ему внешность?

–  Совершенно верно. Изменил внешность.

Рахманов замолчал, на этот раз надолго. Затем снял трубку, набрал номер, сказал:

–  Алексей Михайлович, зайдите ко мне. Да, прямо сейчас. Жду.

Через минуту в кабинет вошел невысокий худой человек. Одна рука у него была скрючена.

–  Алексей Михайлович... - Рахманов кивком головы показал на Сашку. Этот молодой человек, Александр Александрович Чирков, хочет кое-что рассказать. Пожалуйста, допросите его.

После того как оба вышли, посмотрел на меня:

–  Сергей Леонидович... Насколько я понял, вы тоже хотите что-то рассказать?

–  Хочу.

–  Я слушаю. Рассказывайте.

Я рассказал лишь то, что скрыл раньше. То, как Сашка предложил мне отвезти двух людей. То, как мы с ним попросили таксиста подогнать мою машину. Как потом изменили мою внешность и поставили липовые номера. Как я взял с собой права и техпаспорт на имя Игоря Кирилловича Семенова. Как отвез Юру и Женю. Как переночевал на территории "Рыболова Сенежья". Завершил же я рассказ сообщением о нашем плане защиты от Вадима Павловича и его появлением у меня дома вчера.