Чтение онлайн

— Сохрани нас Бог, — еле слышно прошептал Тимур, и в тот же миг Дмитрий кивнул Альберту. Вайнштейн уже знал, что ему нужно делать. Он закрыл глаза и прислушался к энергетике Лескова. Теперь она была еще более нестабильной, и в первый миг напоминала ленту, которую никак не удавалось ухватить. Но вот Альберт почувствовал ее, а вместе с ней и страх, который хлынул в его сознание ледяной волной.

«Процветающие» были практически уверены, что сейчас главные ворота Адмиралтейства распахнутся, и навстречу их роботам выйдет Дмитрий Лесков. Либо он сам решится на подобную глупость, либо его вынудят ослепленные ненавистью и страхом соратники. Но на вопрос «ваше решение?» они не услышали ни согласия, ни отказа, ни угрозы, ни мольбы. Тишину разорвал пронизывающий высокочастотный звук, настолько мерзкий, что захотелось зажать уши. Этот визг впивался в мозг, и с губ обычно тихого и вежливого Лонгвея сорвалось грубое ругательство.

— Вы сказали, что для внушения воли ему нужен зрительный контакт, — в ярости воскликнул новый заместитель главы Совета Энтони Стоун. — Вы что, посмели солгать нам?

— Разве я могу солгать «шепчущему»? — тихо спросил Бранн Киву, задумчиво глядя куда-то в одну точку. — Вы ведь использовали на мне способности одного из ваших полукровок, противиться которым я не способен.

— Тогда каким образом «костяной» отреагировал на его приказ? — спокойствие румына еще больше разозлило Стоуна, и он сорвался на крик. — Проклятье, я смотрю на вас и не понимаю, на чьей вы стороне? Зачем глава вообще принял вас в совет?

— «Костяной» отреагировал не на приказ. Он поддался страху. Но вы зря так огорчились, мистер Стоун. Они всего лишь поменяли одного врага на другого. Дмитрий Лесков — не супермен, чтобы разогнать всех этих существ. Как вы помните, ему с трудом удавалось усмирить восьмерых.

— К чему вы клоните?

— Я предлагаю отключить роботов, пока их окончательно не разломали, и позволить Лескову разбираться со своими четырехногими защитниками.

— Они в здании! Могут сидеть там хоть до скончания века! Рано или поздно «костяные» разбредутся.

— Тогда надо любезно уговорить Дмитрия и его соратников покинуть здание. Полагаю, несколько беспилотников будут достаточно убедительны.

С этими словами Бранн встретился взглядом с Энтони Стоуном, и в его взгляде заместитель главы совета прочел поразительное равнодушие. Только сейчас мужчина понял, что Киву давно определился, на чьей он стороне.

Визг «костяного», раздавшийся у главных ворот Адмиралтейства, пронзил хрупкую тишину омертвевшего города. Вначале ничего не происходило. Несколько секунд присутствующие пытались оправиться от этого отвратительного звука, но затем он начал доноситься откуда-то издалека. Перекличка «костяных» напоминала эхо, которое волнами прокатывалось по Петербургу, и вскоре в Александровском саду появилось еще несколько ящеров. В предрассветном мраке они походили на белые тени, которые сновали по территории парка, подобно призракам.

Роботы даже толком не успели обстрелять здание, в котором затаились Дмитрий и его группа. Потревоженные «костяные» бросились защищать свою территорию с такой яростью, что в первую же минуту было уничтожено восемь машин. Они набрасывались на робота стаей, валили его на землю и старались отломать руки и ноги. А ящер, прежде подчинявшийся Лескову, немедленно бросился на помощь своим уродливым собратьям.

Глядя на происходящее, Энтони Стоун уже жалел, что не послушался совета Бранна отключить машины сразу. Он посчитал, что роботы успеют убить «ублюдков» раньше, чем набегут «костяные». Вот только он не знал, что неподалеку от Адмиралтейства были расположены сразу несколько гнезд.

Тем временем группа Ермакова пыталась решить, что делать дальше. Ученые закончили свою работу лишь наполовину. Большая часть потолка арки по-прежнему поблескивала темным стеклом, ясно давая понять, что в ближайшее время уйти не получится. К тому же рюкзаки, наполненные полученным материалом, оказались гораздо тяжелее, чем предполагалось.

— Если мы сегодня не сдохнем, по возвращению на базу я немедленно женюсь на первой встречной, — воскликнул Тимур, когда звуки выстрелов снаружи стали более редкими.

— Ты смотри, я же тебе напомню, — нервно усмехнулся Бехтерев. То, что роботы «процветающих» терпят поражение, придало ему немного уверенности, однако это чувство тут же испарилось, когда Иван на секунду выглянул в окно и увидел, сколько снаружи «костяных».

— Твою мать! Они сюда стекаются, как бомжи к шведскому столу, — озвучил его мысли Алексей. — Всё больше и больше, зараза!

— Главное, что они снаружи, — отозвался Дмитрий. — Ждем, пока они не переломают всех, а потом… Проклятье!

Лесков оставил свою мысль незаконченной, потому что в этот миг воцарилась гробовая тишина. Выстрелы, точно по щелчку, смолкли, давая понять, что «процветающие» не стали ждать, пока всех их роботов уничтожат. Они попросту отключили машины, решив приберечь их на тот момент, когда будут «выкуривать» русских из здания. Несколько ящеров еще грызли отключенных роботов и валили на землю тех, которые оставались на ногах, но в целом битва для них была завершена. Теперь морды этих тварей были обращены непосредственно к зданию, из которого доносился запах лихтина. На вкус этот материал был отвратителен, но то, что в нем содержалось, было гораздо вкуснее полуразложившихся трупов. Ноздри ящеров расширились, втягивая запах «пищи», и существа начали уверенно окружать крепость, пытаясь найти проход.

— И что теперь? Ждем, когда эти твари придумают, как до нас добраться? — спросил Стас, осторожно выглянув в окно.

— Именно так, — нарочито спокойным тоном отозвался Дмитрий. Он опустился на пол и принялся заряжать автомат.

— Сдать тебя «процветающим» было бы куда проще, — произнес Руслан, не сводя с Лескова ненавидящего взгляда. — То, что ублюдок вроде тебя, еще находится рядом с нами…

— Еще одно слово, и ты выйдешь из этого здания, — глаза Дмитрия угрожающе окрасились медным. Ему надоело терпеть нападки в свой адрес.

— Прекратить! — снова вмешался Кирилл Матвеевич. — Я тебе напомню, Гаврилов, что именно Дмитрий выступал за то, чтобы «владимирские» оставили тебя в живых. А тебе, Лесков, я запрещаю угрожать своим товарищам! То, что ты — полукровка, не делает тебя особенным.

Дима не ответил. Он продолжил заряжать патроны в магазин автомата, однако его действия сделались более резкими, что выдавало его злость. Гаврилов либо был беспросветно глуп, если не понимал очевидного, либо сказывалось отсутствие левого глаза, раз он в упор не видит происходящее. Впрочем, в чем-то Лесков сам был виноват. Надо было рассказать о своей причастности к проекту раньше, чем отправляться с Русланом на вылазку.

Что касалось Эрика Фостера, то он, как и Альберт, сделался поразительно неразговорчивым. Вайнштейн предпочитал молчать, потому что так ему было легче абстрагироваться от чужой энергетики, в то время как американец попросту не мог вернуть себе былую язвительность. Парень был бледен, как полотно, и единственное, что его сейчас волновало, это предстоящее задание. Он сидел на полу, прижавшись спиной к стене, и нервно постукивал пальцами по рукоятке автомата. Сказать, что он был напуган — это ничего не сказать.