Чтение онлайн

— Знаю! – Соврал Владимир Владимирович.

— Подожди, какой «кипишь»? – Путилин сообразил, что выказывать волнение не к лицу зомби, перешел в тональность робота. – Наша задача – страховать обмен и сопровождение груза к бункеру. Зачем этим бедолагам на своих ведрах с гайками с нами связываться?

Напротив мощного полувоенного автомобиля сопровождения дымил синим выхлопом тюнингованный листами железа УАЗ. С обеих сторон из бойниц задних дверей выглядывают дула РПК.

— Виктор Андреич нас на ХАММЕРы посадил, такую технику выдал, полный комплект вооружения, боезапас на маленькую войну. Третье отделение грузовики пригнали, сразу в десантном отделении БТРа места занимают. Нет, груз получим, и в дальние края личной охраной первых жоп нашей губернии. А груз, судя транспорту наших друзей, партия отравы. Причем такая, что оставшиеся два месяца весь мир будет у нас в кармане. При таком раскладе всякое может случиться.

Предсказатель погладил трубу гранатомета, лежавшего на моторном отсеке.

— Так, смотри. — Бербенцев откинулся от борта, уставился в боковое стекло. – Дядя возвращается к своей шестерке. Так, но садится в кабину грузовика. Навстречу двинулась Нива. Вот, похоже, то, что нам нужно.

Когда до переднего грузовика Ниве оставалось несколько метров, в наушника прозвучал знакомый по предвыборным кампаниям голос:

— Ахтунг! Команда «Вижн» охранному отряду № 3! – Зомби Бербенцевского отделения 3 взвода превратились в сжатые пружины.

— Захватить автомобиль Нива белого цвета, другой транспорт и живую силу противника уничтожить. Файт! — Нажал на спусковой крючок Трахов.

Бербенцев молниеносным движением сдвину люк, разжался в крышу с гранатометом наизготовку.

Семена могли бы запросто просмотреть, если бы он заранее не обозначил ориентир по рации. Разведчик поднялся у много раз прострелянного дорожного знака. Маскхалат в снегу, видимо, как пошел снег, Семен без движения оставался на посту. Доктор выбежал из УАЗа, подхватил бедолагу под руку. Через секунду Кабанов подхватил под другую. Пока ковыляли в машину, Семен, стуча зубами, докладывал:

— П-под–дъехали 15 м–минут н–назад. Д–десять грузовиков, водители вышли, собрались у БТРа в конце колонны. Две машины сопровождения – Хаммеры первой модели. Подозрительных движений до подхода колонны не заметил.

— Чуть не околел! Ничего, сейчас согреешься, давай к Доктору садись, сапоги снимай сразу.

— Ничего, командир, я «Озверину» себе вколол, когда замерзать начал.

В километре вниз по дороге вытянулась колонна автомобилей с жизненно необходимым грузом.

— Иваныч, твой выход. – Кабанов склонился к водительской двери шестерки. – Проверь все не спеша, обстоятельно, как ты умеешь. Рацию включил на общую связь?

— Не переживай, Петрович. Наше дело правое, сам понимаешь, победа будет за нами.

Топору тесно на заднем сиденье. Ноги расставлены над тоннелем кардана, на бедрах приклады пулеметов, макушка упирается в потолок. Леха склонил голову, через бойницу пристрелял рельеф

Вражеский Хаммер караулил студент. На этот раз он больше водитель, чем стрелок. Компактные размеры карабина позволили разместить любимое оружие на соседнем сиденье. Игорь прикинул расстояние – для гарантированного выстрела далековато. Квадраты двойных стекол Хаммера одного цвета с кузовом. Пленки на задней поверхности и между стекол образуют приличную защиту даже от выстрела в упор.

Тревожный возглас нарушил тишину радиоэфира. Иви предупреждала об опасности. Вновь пугающее и радостное чувство всемогущества овладело Студентом. Такое же, как там, в поселке, от победы в рукопашной. Такое же, когда разбил стеклянный детонатор в самодельной бомбе. Перепонки задубели, грохот пулемета отдалился, Тремасов в оскале открывает рот, в потолок бьются гильзы,

По губам Игорь понимает: газуй!

Вместо этого, хватая карабин, другой рукой давит на пружину защелки. Стальной лист падает на борт двери, увеличивая обзор.

Игорь глух, нем и бесчувственен. Руки сплавились с карабином, глаза обросли линзами оптического прицела. Отчетливо видны грубые морщины на лбу врага. Водитель Хаммера допустил ошибку, задумав приблизится. Джип медленно переваливается по заброшенной пашне. Вычленив алгоритм движений, снайпер делает необходимое упреждение. За тысячную долю до завершения хода спускового крючка Игорь уже знал, куда влетит пуля. Хэд шот! Голова пулеметчика дернулась назад, тело обмякло в салон.

Семен согрелся, печка дула в ноги, кровоснабжение в ступнях восстановилось, подошвы сапог уверенно вымеряют ход педалей. Сознание взвинчено военной фармакологией, последствия бессонной ночи впереди. Тахикардия, раздражительность, холодный пот, крики во сне. А сейчас обостренное зрение замечает нарушение геометрии в верхней части Хаммера.

— Держись! – Кричит Семен одновременно с всполохом дыма на крыше вражеской машины.

Не допуская резкого обогащения смеси, Семен плавно давит педаль газа. Утяжеленный защитой УАЗ с подключенными передними редукторами бросился вперед. Реактивный снаряд через секунду взорвался между следами пробуксовки колес. Задний мост подкинуло взрывной волной, Доктор ударился локтем о каркас переднего сиденья, боли не почувствовал, сбил прицел, спартанский салон наполнился словами межклассового русского гнева.

Говорить Иви Ченг начала сразу на двух языках. Родители дали установку, что родной — китайский. Билингвальность позволяла думать одновременно о разных вещах.

В тонированном по кругу Рэнж Ровере сумрачно и пахнет мужчинами, порохом и бензином. Иви поставила автомобиль левым боком к месту предстоящей сделки. Девушка опустила стекло, в лицо задул свежий ветер, в глазах кольнуло от ваты облаков над снежным полем. Резким контрастом дорога, колонна грузового транспорта, автомобили сопровождения, темные полосы колес.

С высоты птичьего полета бандитские, по сути дела, разборки как занятная стратегия на мониторе. Еще три дня назад подобную картину военный переводчик Иви Ченг наблюдала с борта вертолета. Генерал Ли, нахватавшись по верхам вражеских выражений, заметил с улыбкой: «Русских только могила исправит». Ли все время командировки пытался флиртовать. Иви это нравилось, ничего предрассудительного не находила, если по прибытию к месту дислокации генерал пригласит ее отужинать с дальнейшим продолжением. Два часа полета над нейтральной территорией, два – над землей, навсегда выбывшей из состава России, и вполне китайский город Сибай. Разрушенные здания восстановлены, в ресторанах военным подают утку по–пекински…

Вряд ли доведется в ближайшее время помакать утиное крылышко в устричный соус. Генерал Ли мертв, а Иви ужинает с бандитом.

Оперативная информация о Кабановской группировке стала поступать сразу, как группы диверсантов в качестве языков начали захватывать вооруженных людей в гражданской одежде. Для допроса пленных привозили в штаб армии. В подвалах Иви Ченг, не обращая внимания на красные пузыри слюней, переводила и расставляла по смыслу бессвязные русские слова.

Анализируя противоречивую информацию, специалисты склонялись к выводу, что русский бандит по прозвищу «Кабан» или «Гитлер», бывший работник правоохранительных структур, тщательно планирует операции, при грабежах других группировок, нападениях на жилища ранее считавшихся богатых земляков придерживается принципов равного перераспределения ценностей. Под его защитой находились славянские поселки за излучиной Волги. Имелись сведения о сотрудничестве с татарским бандами. Пленные татары рассказывали о деловой хватке Кабана – «как лиса хитрый!» А ненавидели до трясучки Кабанова цыгане и грузины. Пена летела из черных ртов при описании, якобы творимых Гитлером зверствах.