Чтение онлайн

– Кому же предназначались деньги, Маше?

– Трудно сказать. Но раз передали Маше, значит ей.

– А те двое парней в Красноярска?

– Мне кажется, была цепочка, парни в Красноярске, Валя во Владивостоке и старик. Ведь сначала старик интересовался деньгами, а потом успокоился. У этой мафии есть такое правило, если они потеряют что-то, то хоть из под земли, но найдут. Однако здесь старик не очень применял свои способности, значит... он узнал, что деньги у Маши и сразу успокоился.

– Черт возьми, я был в Машу влюблен и не о чем не мог догадаться.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Прошло три года.

После учебы в академии меня направили во Владивосток в Отдел безопасности Морского департамента России.

В это время в морях вокруг Индонезии, Филиппин, вдоль побережья Китая развилось пиратство. Наши траулеры, грузовые и пассажирские суда стали подвергаться беспрерывному нападению и грабежу. Особенно свирепствовали китайцы. По этой причине и был создан в 1992 году в России Отдел безопасности при морском департаменте.

Мой начальник, в отличии от меня моряк, капитан второго ранга Игнатьев Валентин Иванович, сразу принялся вводить в курс дела.

– Петр Андреевич, я вам скажу кратко. Пиратство свирепствует в морях очень давно и на борьбу с ними встали почти все государства в мире. В 1988 году в Риме была собрана конференция 76 государств, в том числе и наше, где была подписана Конвенция по борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства. В 1991 году несколько стран, обладающих мощным торговым флотом, подписали Каула-Лампурское соглашение, о создании международных военно-морских сил против пиратов. Наши бюрократы посчитали, что это весьма накладно для российской экономики и несмотря на ежегодные приглашения, отказались участвовать в объединенных силах. Наконец, когда пираты допекли нас так, что стали наносить нашей стране ощутимый материальный урон, связанный с человеческими жертвами, решили создать наш отел безопасности. Я хочу предложить вам в отделе работать в группе иностранного представительства. Вы женаты?

– Нет, - удивился я такому переходу

– Это уже неплохо.

– А почему вы так спросили?

– Мы уверены, что пираты имеют везде своих людей, а может даже связаны с местной мафией и активных наших сотрудников будут знать в лицо. Если бы у вас были здесь родственники или семьи, то вполне вероятно давление на них или угрозы расправы.

– Во Владивостоке они тоже есть?

– Есть. В этом я не сомневаюсь. По нашим данным самая крупная группировка во Владивостоке в руках, главаря по кличке "старик", а он имеет международные связи с бандитами.

– Вы сказали, "старик"?

– Да. Вы что знакомы с ним?

– Три года тому назад, когда я был спец агентом в аэрофлоте, я встречался здесь с одним главарем с такой кличкой.

– Интересно. Ну ладно, сейчас вы поднимите архивные данные, а так же всю информацию по компьютеру и просмотрите материалы о последних происшествиях в Желтом и Восточно- Китайских морях.

Вечером я решил пообедать в ресторане при гостинице. Народу было много и только я присел к столику с какими-то иностранцами, как любезный официант вдруг сказал мне.

– Простите, вас хочет видеть дама.

– Дама? Где она?

– Вон за тем столиком у большого цветка.

Я иду к указанному столику.

– Валя...

– Узнал все-таки. Я говорила тебе, что мы еще свидимся.

На ней темно-синее бархатное платье, открывающее плечи. Она совсем не изменилась и обворожительная улыбка все так же покоряет окружающих. Два охранника сидят здесь же за столиком и настороженно смотрят на меня.

– Надо же, военный, - продолжает она, - да еще капитан. Я тогда даже предположить не могла, что ты служишь в министерстве безопасности.

Два типчика за столом напряглись при этих словах.

– Да столько произошло изменений за это время. Как здоровье старика?

– Слава богу, здоров. Так же активен и деятелен. Когда ему сказали, что видели тебя в морском департаменте, он просил передать тебе привет.

– Спасибо.

– Правда он был три года назад очень обижен на тебя за то, что ты убрал его людей, но видно тебя оберегал бог и старик все простил.

– А ты как. Как муж?

– Никак. Мужа убили. Осталась с сыном. Теперь помогаю старику.

– Я всегда знал, что у вас хорошо налажена служба информации и попав к вам в поле зрения, понимаю, что ты не зря появилась здесь.

– Ты ведь пришел сюда поесть? Я уже заказала все. Вон официанты идут.

Нам на стол навалили всякой аппетитной жратвы. Мы с Валей чокнулись за встречу и навалились на бифштексы с салатом.

– Да, я действительно пришла ради тебя. Все ждала, а вдруг позвонишь. Боялась, что женишься, а ты все неугомонный, такой же.

– Валь, брось. Я рад тебя видеть, ты стала еще красивее.

– Правда. Если бы папа не попросил меня поговорить с тобой о деле, я бы...

– Валя, выпьем за встречу.

Мы чокаемся и выпиваем бокалы.

– Что твой папа хочет?

– Мы сразу поинтересовались куда ты устроился в морском департаменте и конечно, когда узнали, меня сразу же послал на эту встречу.

– Может мы с тобой потанцуем?

Она внимательно смотрит мне в глаза.

– Потанцуем.

В центре зала на небольшом пятачке трясется несколько пар. Мы выходим с ней и почти прикасаясь грудью друг к другу начинам под такт изгибаться телом.

– Моих мальчиков боишься, что могут весь разговор услышать?

– Твоих мальчиков я не боюсь. А говорить в их присутствии действительно не хочу.

– Ладно. Папа предлагает тысячу баксов в месяц за информацию о том, что происходит у тебя в отделе.

– Валя, опомнись. Ты же догадываешься, как я люто ненавижу всю уголовную шушеру. Это у меня в крови, еще когда убили моего деда хулиганы на улице. Просто так, взяли для развлечения и убили. Нет.

– Пять тысяч.

Валя смотрит умоляющими глазами.

– По-моему, ты не поняла...

– Десять тысяч. Это же бешеные деньги.

– Нет. Валя, кончай об этом.

Мы танцуем и она уже обречено смотрит на меня.

– Ты просто ходишь по лезвию ножа. Тебя могут убить.

– Я военный, а они на фронте всегда погибают. Сейчас не перестройка, сейчас настоящий фронт. Оголтелые преступные элементы против нормальных граждан, которых я должен защищать. Кто кого и там, и там, будут жертвы.

Валя уже ничего не говорит и когда кончается танец, мы подходим к столу. Мы опять чокаемся и Валя продолжает свою мысль.