Чтение онлайн

Высокие фигуры треножников под темным небом навеивали панический ужас, даже несмотря на изрядное количество адреналина, гулявшего в каждом из нас. Проявлять геройство и состязаться в мощи с техникой пришельцев способны только идиоты. Бульвум к таковым не относился, он был умненький мальчик, а потому первым прыгнул в скрытую под деревьями ложбину. Я тоже понял, что сейчас разумнее будет укрыться, и, схватив за рукав Степана Макарыча, дернул его за собой - врытая в землю конструкция, похожая на здоровенный, опутанный трубами трансформатор, выглядела настоящим укрепсооружением. Едва мы повалились в колючие стебли дикой малины, как участок земли возле корабельного борта накрыло морем огня.

Заходясь от истеричного визга, обвитые спиралями пушки выпускали плазму волну за волной. Над нашими головами начал орудовать гигантский огненный меч. Воздух моментально раскалился. Земля сотрясалась от грохота разрывов. Столбы огня и черного грунта взметались в небо то справа, то слева… Один из выстрелов угодил в установку, за которой мы прятались. Врытые в почву конструкции содрогнулись, но выдержали удар, только оплавились спереди - во все стороны распространился запах горелой изоляции. Над ложбиной, в которой укрылся Бульвум, несколько сосновых стволов разнесло в щепы, и щуплую фигурку пришельца засыпало ворохом сучьев и иголок, перемешанных с землей. Пришелец неподвижно лежал под ними, свернувшись калачиком и накрыв ладошками большую голову. Остановить могучие залпы ему было явно не по силам, хотя я и продолжал всей душой надеяться, что он снова совершит чудо. Потому что, признаюсь откровенно, больше надеяться было не на что.

–  Долго мы так лежать будем?
– прокричал дед.
– Если подойдут - хана. Раздавят как тараканов.

–  Знаю, дед! Я думаю!

–  Думай быстрее!

Я поглядел назад: не отступить ли нам обратно под защиту корабельных стен? Широкий вход ангара заманчиво темнел на широком стальном борту. Не получится. Трижды огнем накроют, прежде чем доберемся. Но даже если окажемся там - что дальше? Нас зажмут в этом ангаре, как в тисках.

Орудийный огонь, тем временем, стих. Ветер согнал полотнища дыма, открыв взору развороченный воронками пейзаж. Лощину, в которой прятался Бульвум, я едва нашел среди множества появившихся ям и кратеров. Пришелец был засыпан землей и выглядел мертвым, только грудная клетка поднималась и опускалась, выдавая, что сердцу еще требуется кислород. Глаза закрыты, лицо сосредоточенно. Ни страха, ни растерянности - пришелец выглядел так, словно прекрасно знал, что будет делать дальше. Мне бы тоже хотелось это знать, поскольку о наших дальнейших действиях я не имел ни малейшего представления.

–  Вот черти!
– пробормотал Степан Макарыч, осторожно поднимая голову и разглядывая сквозь переплетение труб поле перед нами. Я последовал его примеру и обнаружил, что шагающие танки сократили дистанцию метров до восьмидесяти. Между их ног, растянувшись цепью, бежали биороботы в серебристой защите.

М-да, неприятный расклад: два беглых пленника и старый дед против инопланетного взвода, усиленного трехногой бронетехникой. И нам даже нечем их встретить. С биороботами мой трофейный бластер еще как-то поборется, но пробить броню шагающих танков ему точно не светит… Я обнаружил, что индикатор заряда померк, и сменил магазин. Подвеску с боеприпасами удалось подобрать еще по пути в тюремный бокс: два магазина, три ребристые гранаты, крохотный патронташ со шприцами-стимуляторами, которые я сразу выбросил (может, кто-то и получит кайф, вколов себе инопланетное обезболивающее, но только не я, увольте-с). В общем, в распоряжении было не так много средств, способных остановить врага. Так что нам оставалось лежать и не высовываться.

Поделиться этим соображением со Степаном Макарычем я не успел. Просунув ружье между труб, дед сощурился и шмальнул из одного ствола так, что у меня заложило правое ухо.

–  Дед!
– крикнул я с упреком.

–  Ну извини, Валерочка, не сдержался. Больно удачно на мушку лег.

–  Их так не завалишь. Они в защите.

–  А как завалишь? Лежа на жопе? Надо же что-то делать!

Диалог оборвал накатившийся ответ в виде орудийных залпов, к которым добавились несколько очередей. Под напором огненной лавины "трансформатор" несколько раз основательно вздрогнул. Мы вжались в землю, прячась за ним. Снова запахло паленой изоляцией - снаружи наше укрытие сильно оплавилось.

Когда обстрел смолк, я выглянул между труб. Пехота и треножники уже находились метрах в сорока. Земля подо мной начала едва заметно подпрыгивать от стальных шагов. Скоро меня и Степана Макарыча будет видно из башни, как на ладони. Удар прямой наводкой - и нас можно смело вычеркивать из Книги Жизни! А засыпанный землей Бульвум по-прежнему не двигался, только бок его вздымался и опускался, вздымался и опускался. Не желает участвовать в битве. Не знаю, почему. Но Степан Макарыч прав, что-то надо делать!

Я снял с подвески одну из гранат и, повозившись в поисках кнопки активации, бросил в сторону нападавших. Стоило пластиковому цилиндру отделиться от ладони, как на его боках щелкнули расправившиеся крылышки и он полетел самостоятельно. Через секунду бухнул взрыв. Раздались крики на нечеловеческом языке, и снаружи в наше укрытие снова полилась плазма. В этот раз огонь был таким отчаянным, что стало ясно - пришельцы решили окончательно снести наше укрытие. Конструкция задрожала, по земле побежали трещины, полетели отколотые металлические элементы. Огонь не прекращался, погружая нас в бушующий ад.

Я оглох от грохота канонады и потерял ориентацию. Вздрагивающая земля указывала, что треножник совсем близко, но я не мог даже поднять голову, чтобы это проверить.

–  Твою ма-а-а-а-а-а-а-а-ать!!!
– заорал Степан Макарыч, держась за разбитый лоб, раскроенный осколком.

В этот момент поднялся Бульвум.

Щуплая фигурка выросла на вершине земляного холма, обвитая дымом и гарью. На темном лице гневно сверкали глаза. В рядах наступающих что-то звонко лопнуло, и стройность ведущегося по нам огня нарушилась. Лучи перестали попадать в укрытие и хаотично засверкали с разных сторон.

С огромной осторожностью я высунул голову.

Левый треножник, оставшись на двух ногах, медленно заваливался набок. Третья нога с разломанным на конце суставом падала в противоположную сторону. Орудие на башне отчаянно поворачивалось, словно с помощью этой манипуляции танкисты пытались сохранить равновесие машины, однако это было бессмысленно. С ревом разрывая воздух, покалеченный треножник тяжело рухнул на землю, придавив нескольких пехотинцев… Волшебная сила Бульвума опять переломила ход боя в нашу пользу. Однако мы с дедом тоже были причастны к успеху. Ферг воспользовался тем, что огонь атакующих сосредоточился на нас. Пока противник равнял с землей наше укрытие, головастик отлеживался и копил силу, после чего встал и опрокинул треножник.

Второй шагающий танк резко изменил траекторию и попер навстречу маленькому инопланетянину. Туда же повернулись стволы пехоты, но мы со Степаном Макарычем не позволили им навалиться на Бульвумчика скопом и врезали по строю всеми средствами, которые оставались в нашем распоряжении. Понимая, что грудные доспехи из ружья не пробить, дед стрелял ниже пояса и четырьмя меткими выстрелами сумел вывести из строя двоих нападавших. Мой бластер, полоснув по фигурам, опрокинул еще двоих, а бросок гранаты добавил хаоса на правом фланге атакующих.

Тем временем, расстояние между Бульвумом и вторым треножником неумолимо сокращалось. Боевая машина наступала на пришельца, ноги с яростью вонзались в дно распадка, орудие направлено на одинокую фигуру, застывшую на пригорке. На прущую на нее трехногую каланчу моя большеголовая Керри глядела исподлобья. Я ждал, что ферг нанесет один решающий сокрушительный удар, однако он почему-то тянул с развязкой.

Воздух загудел от электричества. По обвивающей орудие спирали побежали легкие искры. Само орудие словно напряглось, готовясь выстрелить и разнести пришельца на элементарные частицы. Я даже мысленно увидел этот поганый исход и успел содрогнуться…