Чтение онлайн

Все закончилось.

…Я вышел на открытый участок. Откуда-то сверху посыпались камушки и раздался глухой дребезжащий окрик:

–  А ну стоять! Ни с места!

Я подчинился. Вокруг было темно, еще примут за вражину и нашпигуют пулями по самую маковку без лишних дискуссий. Попробуй потом докажи что-нибудь! По откосу из-за деревьев ко мне спустились двое спецназовцев в бронежилетах и бронешлемах. Вооружены "Абаканами" с подствольниками. Лица спрятаны под масками противогазов. Держатся недружелюбно - наверняка успели покрошить инопланетных тварей, что зарядило их соответствующим настроением.

–  На колени… на колени, кому сказано! Руки за голову.

–  Братцы, да свой я.
– Голос дрожал от нахлынувших чувств.
– Свой! Капитан Стремнин. Я здесь по приказу.

Они замерли. Ну слава богу, знают такую фамилию.

–  Стремнин, говоришь?

–  Он самый.

–  Очень хорошо. Как раз тебя ищем.

Тяжелый пинок под ребра свалил меня на холодные камни. Я распластался на них, беспомощно глотая воздух и ничего не понимая.

–  Стойте, братцы…

–  Мы тебе не братцы, - прогудел сквозь переговорник маски ударивший меня спецназовец.
– Твои братья - верзилы красноглазые.

Тонкая пластиковая полоска стянула запястья, врезавшись в раны, оставленные проволокой пыточного стола.

–  Да что происходит! Это какая-то ошибка! Я здесь по приказу полковника Стремнина, моего брата!

–  Заткнись.

Спецназовец поднял рацию.

–  Оса-два вызывает Шмеля, - запросил он.

Короткий шум в динамике.

–  Шмель слушает.

–  Нашли его, Сергей Павлович!

Меня охватило недоброе предчувствие.

–  Тащите его сюда.
– Голос брата прозвучал холодно и презрительно. При этом он не добавил, как обычно, ни "мразь", ни "недоносок". По отношению ко мне это означало, что Сергей Палыч по-настоящему в гневе. Черт побери, что же происходит?

К вертолету меня вели быстрым шагом. Истощенный и измотанный, с дикой головной болью я несколько раз спотыкался и растягивался на земле. Спецназовцы, не церемонясь, подгоняли меня тычками стволов и пинками… Все происходящее выглядело громадной, как пришельческий комплекс, ошибкой, но я все-таки надеялся, что она разрешится, стоит мне поговорить с командиром этих орлов. Я продолжал так считать, пока мы не добрались до вертолета, где я воочию увидел брата. Он стоял возле намалеванной на борту большой красной звезды. На Сереже был оранжевый комбинезон биологической защиты; защитный колпак откинут на затылок, волосы взмокшие, профиль лица решительный, как у древнеримского полководца. Вокруг со всех сторон сновали военнослужащие без опознавательных знаков, озабоченные какими-то делами.

Если бы лицо брата выражало презрение или гнев, я бы чувствовал себя легче, потому что в таких случаях знаю, как себя вести, какие отпускать фразы и шуточки. Но сейчас он глянул на меня так, словно нас ничто не связывало, словно мы вообще не знакомы. Я попытался к нему приблизиться, но меня остановил ствол одного из спецназовцев. Сергей Павлович в тот момент принимал по рации чье-то сообщение. Усталый голос монотонно докладывал об уничтожении летательных аппаратов над речкой со сложным алтайским названием. Выключив рацию, Сергей Павлович отдал короткое распоряжение стоявшему возле него офицеру, после чего повернулся ко мне.

–  Это хорошо, что ему не удалось сбежать, - сказал старший Стремнин спецназовцу за моей спиной.

–  Сергей, что происходит!

–  Мы прорвали блокаду и устраняем последствия инцидента, - спокойно ответил он.
– Очищаем тайгу от всякой мрази.
– Взгляд полковника многозначительно скользнул по мне.

–  Почему со мной так обращаются? Почему ты со мной так разговариваешь? Я сделал все, о чем мы условились!

–  Неужели? Тогда где капсула?

На этот вопрос было нечего ответить. Мне и самому интересно, где она.

–  Слушай, я зверски замерз и у меня раскалывается голова. Я несколько дней шел по тайге, чтобы добраться до распадка. Я преодолел охрану и уничтожил всех главных пришельцев! Я дошел до…

–  Тебе не кажется, что ты слишком часто употребляешь местоимение "я"?

–  На что ты намекаешь?

–  Все такой же эгоист, как и прежде.
– Замечание прозвучало без грусти, без сожаления, просто холодная констатация факта.
– Только на сей раз из-за твоего эгоизма пострадали люди.

–  Какие? Где?

–  Штильман все нам рассказал. Он вышел на радиосвязь.

–  Штильман? Где этот сучий потрох?!

–  Он предупреждал о твоей реакции, - усмехнулся брат.
– Он говорил, что пытался тебя остановить, но ты ударил его камнем по голове… Он все видел. Видел, как ты приехал в поселок на снегоходе, как потом туда явились пришельцы. Когда тебя схватили, ты выдал жителей Ускута, прячущихся в подпольях.

В голове перекатывался расплавленный свинец, поэтому я с трудом соображал, о чем он говорит.

–  Что за бред?

–  Косвенно, его слова подтверждает снегоход, найденный в одном из домов. Но это не самое главное. Теперь я догадываюсь и о том, кто рассказал пришельцам об устройстве Научного. Какие-то сведения они могли получить от Симоновой, но она не владеет техническими деталями.

–  А я владею?

–  Ты бывший военный. Ты все знаешь об устройстве военных объектов. Кроме того, ты был внутри!
– Он вдруг с ненавистью посмотрел на меня.
– А тебе известно, что в вентиляционную трубу бункера пришельцы запустили взрывное устройство? Какую-то летающую гранату? Она детонировала в помещении, в котором находилось мирные граждане. Погибла женщина, двенадцать человек были ранены. Жертв могло оказаться гораздо больше… - Он тяжело перевел дыхание.
– Тебя взяли в плен, и ты стал колоться, как последняя мразь, спасая драгоценную шкуру. Все что знал, рассказал этим тварям. Абсолютно все.

–  Да это… - Я зажмурился, перебарывая тяжелейший приступ мигрени.
– …Штильман предатель! Хорек трусливый! Они взяли его… - Даже руку из-за спины не вытащить, чтобы дотронуться до виска.
– …взяли во время атаки на вездеходы, он сразу лапки кверху вздернул и запел соловьем.

–  Не переваливай свою вину на других! Что у тебя за клеймо на плече?

–  Я не вру! Это он меня камнем двинул! Это он всех сдал!

–  Мне сейчас некогда слушать твои оправдания, которые похожи на детский лепет. У меня полно дел!
– отрезал старший Стремнин.

–  Почему Штильману ты веришь, а мне - нет?

Он преодолел разделявшую нас дистанцию, положил ладонь мне на плечо и заговорил с притворным участием:

–  Понимаешь, братишка, этот поступок полностью соответствует твоему характеру. Тебе понадобилось выбраться из тюрьмы - и ты стал меня шантажировать, когда я оказался в безвыходном положении. Тебе понадобилось спасти шкуру, попав в плен - и ты заключил сделку с дьяволом. Пойми, из вас двоих я склонен верить ему, потому что тебя я слишком хорошо знаю.