Спиноза Б. Избранные произведения
Шрифт:
злом, одинаково его ужасающим, вследствие чего он и не знает, которого из двух ему избегать (см. об этом т. 39 и сх. т. 52; о
малодушии и смелости см. сх. т. 51).
43. Л
юбезность или скромность есть желание делать то, что нравится
людям, и удерживаться от того, что им не нравится.
44. Ч
естолюбие есть чрезмерное желание славы.
О
бъяснение.
Честолюбие есть желание, увеличивающее и
укрепляющее все другие аффекты (по т. 27 и т. 31); поэтому оно едва
ли может быть побеждено. Ибо, пока человек одержим каким-либо
желанием, он необходимо одержим вместе с тем и этим. «Самый
лучший человек, — говорит Цицерон, — всего более
руководствуется славой. Даже философы на тех книгах, в которых
они пишут о презрении к славе, подписывают свое имя» и т.д.
4
5. Чревоугодие есть неумеренное желание или любовь к пиршествам. 46. П
ьянство есть неумеренное желание и любовь к вину.
47. С
купость есть неумеренное желание и любовь к богатствам.
48. Р
азврат есть также желание и любовь к половым сношениям.
О
бъяснение. Будет ли такое желание половых сношений умеренно
или неумеренно, оно обыкновенно называется развратом. Затем эти
пять аффектов (как я говорил в сх. т. 56) противоположных себе не
имеют. Ибо скромность составляет вид честолюбия, о котором
смотри сх. т. 29. Далее, умеренность, трезвость и целомудрие, как я
также говорил уже, указывают на способность души, а не на
страдательное состояние. И хотя и может случиться, что человек
скупой, честолюбивый или трус удерживается от излишней пищи, питья или половых сношений, однако же трусость, честолюбие и
страх не противоположны чревоугодию, пьянству и разврату. Ибо
скупой весьма часто страстно желает утонуть в чужой пище и питье.
Честолюбивый же, если только он надеется, что это останется в
тайне, не будет знать себе никакой меры, и если
5
18
он живет среди пьяниц и развратников, то вследствие того, что он
честолюбив, он будет еще склоннее к этим порокам, чем они.
Наконец, трус делает то, чего не желает: бросая в море свои
богатства ради того, чтобы избежать смерти, он тем не менее
остается скупцом; так и развратник, хотя он и подвергается
неудовольствию вследствие того, что не имеет возможности
удовлетворить своему сладострастью, не перестает быть
развратником. И вообще эти аффекты не столько указывают на
самые акты пиршеств, пьянства и т.д., сколько на самое влечение и
любовь. Таким образом, этим аффектам можно противопоставить
только великодушие и мужество, о которых впоследствии.
О
пределения ревности и остальных колебаний души я прохожу
молчанием как вследствие того, что они возникают из сложения
аффектов, уже определенных нами, так и вследствие того, что
многие из них не имеют особых названий, что показывает, что для
потребностей жизни достаточно знать о них только вообще.
Впрочем, из данных нами определений аффектов вытекает, что все
они возникают из желания, удовольствия или неудовольствия или, лучше сказать, ничего не составляют кроме трех этих аффектов, из
которых каждый обыкновенно называется разными именами
сообразно с их различными отношениями и внешними признаками.
Если мы захотим обратить внимание только на эти первоначальные
аффекты и на то, что мы сказали выше о природе души, то, поскольку аффекты относятся к одной только душе, мы можем дать
такое определение их.
ОБЩЕЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ АФФЕКТОВ
А
ффект, называемый страстью души, есть смутная идея, в которой
душа утверждает большую или меньшую, чем прежде, силу
существования своего тела или какой-либо его части и которой сама
душа определяется к мышлению одного преимущественно перед
другим.
О
бъяснение. Я говорю, во-первых, что аффект, или страдательное
состояние духа, есть «смутная идея», ибо мы показали (см. т. 3), что
душа пассивна только постольку, поскольку имеет идеи
неадекватные или смутные. Далее
5
19
я говорю: «в которой душа утверждает большую или меньшую, чем
прежде, силу существования своего тела или какой-либо его части», так как все наши идеи о телах (по кор. 2 т. 16, ч. II) более указывают
состояния нашего тела, чем природу тела внешнего; та же идея, которая составляет форму аффекта, должна указывать или выражать
состояние тела или какой-либо его части, которое имеет тело или
какая-либо его часть вследствие того, что его способность к
действию, иными словами, сила существования, увеличивается или
уменьшается, способствуется или ограничивается. Но должно
заметить, что, когда я говорю «большую или меньшую, чем прежде, силу существования», я не подразумеваю, что душа сравнивает
настоящее состояние тела с прошедшим, но что идея, составляющая
форму аффекта, утверждает о теле что-либо, на самом деле
заключающее в себе более или менее реальности, чем прежде. А так
как сущность души (по т. 11 и т. 13, ч. II) состоит в том, что она