Чтение онлайн

Теорема 14.

И

стинное познание добра и зла, поскольку оно истинно, не может

препятствовать никакому аффекту; оно способно к этому лишь

постольку, поскольку оно рассматривается как аффект.

5

34

Д

оказательство. Аффект (по общему определению аффектов) есть

идея, которой душа утверждает большую или меньшую, чем прежде, силу существования своего тела; а потому (по т. 1) он не имеет в себе

ничего положительного, что могло бы быть уничтожено

присутствием истинного; и, следовательно, истинное познание добра

и зла, поскольку оно истинно, не может препятствовать никакому

аффекту. Оно (по т. 7) может препятствовать ему лишь постольку, поскольку оно составляет аффект (см. т. 8) более сильный, чем тот, который нужно сдержать; что и требовалось доказать.

Теорема 15.

Ж

елание, возникающее из истинного познания добра и зла, может

быть подавлено или ограничено многими другими желаниями, возникающими из волнующих нас аффектов.

Д

оказательство. Из истинного познания добра и зла, поскольку оно

(по т. 8) составляет аффект, необходимо возникает желание (по

1 опред. аффектов). И это желание бывает тем больше, чем больше

аффект, из которого оно возникает (по т. 37, ч. III). Но так как это

желание (по предположению) возникает вследствие того, что мы

приобретаем истинное уразумение чего-либо, то оно, следовательно, проистекает в нас в силу того, что мы активны (по т. 1, ч. III).

Поэтому (по опр. 2, ч. III) оно должно быть понимаемо через одну

только нашу сущность; и, следовательно (по т. 7, ч. III), его сила и

возрастание должны определяться единственно человеческой

способностью. Далее, желания, возникающие из волнующих нас

аффектов, бывают тем больше, чем сильнее эти аффекты; поэтому их

сила и возрастание (по т. 5) должны определяться единственно

могуществом внешних причин, которое (по т. 3) при сравнении с

нашей способностью беспредельно ее превосходит. А потому

желания, возникающие из подобных аффектов, могут быть сильнее

того, которое возникает из истинного познания добра и зла; и

поэтому (но т. 7) они могут его ограничить или подавить; что и

требовалось доказать.

5

35

Теорема 16.

Ж

елание, возникающее из познания добра и зла, поскольку это

познание относится к будущему, может быть еще легче ограничено

или подавлено желанием вещей, приятных для нас в настоящем.

Д

оказательство. Аффект к вещи, которую мы воображаем будущей, слабее, нежели к вещи настоящей (по кор. т. 9). Но пожелание, возникающее из истинного познания добра и зла, хотя бы это

познание касалось вещей, которые хороши в настоящее время, может

быть подавлено или ограничено каким-либо безрассудным желанием

(по пред. т., доказательство которой всеобще). Следовательно, желание, возникающее из такого же познания, поскольку оно

относится к будущему времени, еще легче может быть ограничено

или подавлено и т.д.; что и требовалось доказать.

Теорема 17.

Ж

елание, возникающее из истинного познания добра и зла, поскольку

оно касается вещей случайных, может быть еще с гораздо большей

легкостью ограничено пожеланием вещей, существующих в

наличности.

Д

оказательство. Эта теорема доказывается из кор. т. 12 так же, как

предыдущая.

С

холия. Я думаю, что я показал, таким образом, причину того, почему

люди руководствуются более своими мнениями, чем истинным

разумом, и почему истинное познание добра и зла возбуждает

душевные волнения и часто уступает место вожделениям всякого

рода. Отсюда родилось известное изречение поэта: «вижу и одобряю

лучшее, а следую худшему» *. То же самое разумел, кажется, и

Экклезиаст 17, сказав **: «увеличивающий свое знание увеличивает

свое страдание». Я говорю это не с той целью, чтобы заключить

отсюда, что лучше не знать, чем знать, или что в обуздании аффектов

нет никакого различия между разумным и глупым, но потому, что

необ-

__________________

*

Ovidii, Metamorphoses ( Овидий, Метаморфозы), VII, 20 и след.

*

* Экклезиаст, I, 18.

5

36

ходимо знать как способность, так и неспособность нашей природы, дабы иметь возможность определить, на что способен разум в

обуздании аффектов и на что нет. Я сказал уже, что в этой части я

буду иметь дело с одной только человеческой неспособностью, ибо о

могуществе разума над аффектами я предположил говорить

отдельно.

Теорема 18.

Ж