Чтение онлайн

пропорцию движения и покоя.

15.Н

о так как душа есть модус мыслящей субстанции, то она могла бы вместе

с субстанцией протяжения познать и любить и эту и, соединившись с

субстанциями (всегда остающимися теми же), сделать себя самое

вечной.

1

11

Х

отя некоторые из того, что природа человека без атрибутов, признанных нами субстанцией, не может ни существовать, ни

быть понята, стараются доказать, что человек — субстанция, но

это имеет основанием ложные допущения. Ибо, так как природа

материи или тел уже существовала раньше, чем возникла форма

человеческого тела, то эта природа не может быть присуща

человеческому телу, потому что ясно, что она никоим образом не

могла принадлежать природе человека, пока еще не было человека. О

ни выставляют в качестве основного правила, что природе вещи

принадлежит то, без чего она не может ни существовать, ни быть

понята; но мы не признаем этого правила, ибо мы уже доказали, что

без бога ни одна вещь не может ни существовать, ни быть понята, т. е. что бог должен существовать и быть понятым прежде, чем

эти отдельные вещи существуют и доступны познанию. Но мы

также доказали, что роды не относятся к природе определения, но

что те вещи, которые не могут существовать без других, не могут

быть также поняты без них. Если это так, то какое правило мы

установим, по которому можно знать, чт'o относится к природе

вещи?

Э

то правило таково: к природе вещи относится то, без чего она не

может ни существовать, ни быть понята; но этого недостаточно; нужно, чтобы это предложение всегда могло быть обращено, т.е.

чтобы сказуемое также не могло без вещи ни существовать, ни

быть понято.

И

так, мы будем рассуждать об этих модусах, из которых состоит

человек, в начале следующей первой главы.

ГЛАВА I

О МНЕНИИ, ВЕРЕ И ЗНАНИИ

Н

ачав говорить о модусах, из которых состоит человек, мы скажем: 1) что они такое, 2) об их действиях и 3) об их причине.

Ч

то касается первого, то мы начнем с тех, которые нам знакомы

прежде всех, именно с некоторых понятий или сознания того, что

мы познаем о нас самих и о вещах, находящихся вне нас.

Э

ти понятия мы получаем или (1) только через веру (происходящую из

опыта или понаслышке), или (2) через истинную веру, или

(3) посредством ясного и отчетливого познания.

П

ервое обыкновенно подвержено заблуждению. Второе и третье, хотя

различаются между собой, однако не могут заблуждаться.

Ч

тобы яснее понять все это, мы дадим пример, взятый из тройного

правила, а именно: некто только слышал, что если в тройном правиле

умножить второе число на третье и разделить на первое, то можно

найти четвертое число, находящееся в том же отношении к третьему, как второе к первому. Несмотря на то, что сказавший это мог

солгать, он согласовал с этим свою работу, зная, правда, о тройном

правиле столько же, сколько слепой о цветах. Потому все, что он мог

сказать по этому поводу, он болтал подобно попугаю, повторяющему

то, чему его учили.

Д

ругой, более сообразительный, не позволяет себе руководствоваться

только услышанным, но производит испытания путем нескольких

отдельных расчетов, и,

1

13

когда он находит, что они согласуются с правилом, он дает ему веру.

Но мы недаром сказали, что и этот подвержен заблуждению, ибо как

он может быть уверен, что опыт нескольких случаев может служить

ему правилом для всех?

Т

ретий, не довольствуясь ни услышанным, что может обманывать, ни

опытом нескольких случаев, который не может быть правилом, допрашивает истинный разум, который при правильном

употреблении еще никогда не обманывал. Разум говорит ему, что

благодаря свойству пропорциональности в этих числах не могло

быть иначе.

Ч

етвертый же, имеющий самое ясное познание, не нуждается ни в чем, ни в том, что он услышал, ни в опыте, ни в искусстве

умозаключения, так как он своей интуицией сразу видит