Чтение онлайн

— Степан, вылезай. Я тебе обновки принёс. — Крикнул я, заходя в комнату и кидая вещи на диван рядом с ним.

Любопытная голова высунулась из-под одеяла. Внимательно осмотрев меня, Степан не смог сдержать улыбку.

— Классная одежонка!

— Могу для тебя принести большие женские рейтузы. Видел целую пачку. Будешь выглядеть ещё круче. — Предложил я. Потом серьёзно добавил. — Выбирайся из-под одеяла и одевайся. Возможно, придётся сваливать отсюда по-быстрому.

— Это ты там шумел? — Встревожился он, хватаясь за кофту.

— Сначала вот эту одень. — Указал я ему на другую кофту, размер которой был немного меньше. — Потом штаны, а сверху уже эту. Встретил местного охранника, который любит плющить людей, и пробовал с ним пообщаться.

— Я думал, мне показалось. Под одеялом плохо слышно.

— Нечего там слушать. Ответ у него простой: увижу — убью. Еле дождался, когда он уйдёт.

— А носков нет? — Степан натягивал штаны и шарил глазами по оставшимся вещам.

— Сделай портянки из постельного белья. В валенках не замёрзнешь.

— А ты так и пойдёшь в туфлях? — Он кивнул на мои ноги.

Летние туфли из тонкой перфорированной кожи для зимы не сильно годились.

— Придумаю что-нибудь. — Ответил я. — Переодевайся. Сейчас перекусим на дорогу и пойдём потихоньку.

Вода в кастрюле оставалась. Промёрзнуть она не успела, но корочка льда начала образовываться на поверхности. Я подал энергию на руны и пошёл на кухню за кружками. Настало время попробовать местные сублиматы.

— На вкус полная дрянь. — Несмотря на замечание, Степан доел свою порцию толчёнки, сдобренную приправами, но с полным отсутствием жиров. Возможно, из-за этого её вкус, казался пенопластовым.

— Согласен, но другой еды у нас нет, поэтому будем плеваться и есть. Надеюсь, пайки для ваших вояк составляли не только маркитанты, но и лекари. — Я отставил свою опустевшую кружку в сторону. — Иди на кухню и выбери себе нож. Если не найдёшь подходящего, посмотри в других квартирах на этом этаже. Ниже не спускайся, скоро уходим.

Я подтянул к себе оставшуюся фуфайку и отрезал у неё рукава. Потом оторвал две полоски ткани от простыни. Убедившись, что Степан ушёл, я быстро сполоснул кружки и ложки в оставшейся воде и сложил их в пространственный карман. Туда же отправились пакетики с продуктами, которые мы не съели. Воду из кастрюли вылил на пол, а её спрятал в карман. Сковороду решил не брать, лишь затёр руны у неё на дне.

Пришло время заняться ногами. В рукава вдел ноги прямо в туфлях. Дальше локтя они не пролезли, но мне хватило и этого. Излишки рукавов обрезал. Потом получившуюся «обувку» плотно обмотал тканью. Получилось ужасно, в эстетическом плане, а практичность своего изобретения выясню довольно скоро на практике.

— Как я и говорил, накопителей здесь по-прежнему много. — Степан продемонстрировал мне целую горсть разнообразной мелочёвки, потом небрежно убрал её в карман. — Артефактов не заметил. — Добавил он.

— Для артефактов мы слишком мало воевали. Точнее, мы совсем ещё не воевали. — За время поисков я нашёл всего две заготовки, что косвенно подтверждало моё предложение.

— Мне артефакты не нужны. — Степан пожал плечами. — Что делаем дальше? Ты хотел ждать ночи.

— Я передумал. Русские так и не сняли запрет на огнестрел. По-моему они сделали его ещё жёстче. Значит, можно не опасаться выстрела издалека.

— Стрела из лука или арбалета тоже доставит много проблем.

— Может. — Согласился я. — Но из лука трудно стрелять очередью, и никто не мешает тебе уворачиваться. Идём.

Я взял Степана за плечо и потащил в стену.

— Что со мной будет, если ты меня отпустишь раньше времени? — Спросил он на той стороне.

— Наверное, ты простудишься. — С иронией ответил я, подходя к окну. — Предлагаю прокатиться, а не бить ноги. Свистеть умеешь? Громко.

По дороге медленно ехала колонна грузовиков. Большие машины, крытые тентами. Начало и конец колонны в наше поле зрения не попадали. Что они везли, понять было невозможно. Двигалась техника медленно и практически бесшумно. На каждой машине, за кабиной, поверх тента была установлена сидушка, на которой сидел наблюдатель и крутил головой во все стороны.

— Думаешь стоит? Их много. — С сомнением уточнил Степан и неожиданно свистнул. — Нас всё равно заметили. — Объяснил он.

Я тоже видел, что один из наблюдателей углядел нас в окне и резко задёргался. После свиста Степана остальные повели себя аналогично, увеличивая и без того большое количество вопросов. Колонна встала, но больше ничего не произошло. Никто не бежал с шашкой наголо и не целился в нас из лука. Даже наблюдатели перестали дёргаться, продолжая следить за нами.

— Нихера не понимаю. Что здесь вообще происходит?

— Не знаю. — Ответил Степан. — Я думал, ты во всём разбираешься.

— О дурдоме и его внутреннем распорядке я не имею ни малейшего представления. Судя по всему, мы прямо в нём и находимся.

Мы переговаривались вполголоса сильно не скрываясь, неудивительно, что ближайший наблюдатель смог расслышать наш разговор в наступившей тишине.

— Qui es-tu? (Кто такие? франц.) — Спросил он с видимым облегчением.

— Лягушатник. — Констатировал я, узнав язык по характерным звукам. — Русские мы! Где вы, сволочи, пленных держите? — Под конец я радостно улыбнулся.

Наблюдатель опять судорожно задёргался на своей сидушке. Смотреть дальше я не стал. Отошёл от окна и сбросил вниз верёвку.

— Спускаемся! — Скомандовал я, подавая пример.

Степан соскользнул следом.

— Что бы ни случилось, веди себя спокойно и не пытайся вырваться. — Начал инструктировать Степана, стоя возле стены. — Если я отпускаю твоё плечо, сразу отпрыгивай мне за спину или падай на землю. Идём.

Я примерно рассчитал, чтобы из стены мы вышли на уровне земли. Но получилось немного ниже. Со стороны этого заметно не было, так как землю покрывал слой снега. Следов после себя мы тоже не оставляли, что прекрасно заметил сидящий намного выше нас наблюдатель.

Его сдавленное лопотание остановило бросившихся в нашу сторону солдат с колюще-режущим инструментом наготове. При виде их радостных лиц Степан сначала дёрнулся, но удержался от попытки сбежать.

— Представь, что наступаешь на ступеньку и поднимаешься вверх. — Шепнул я ему и постарался синхронизировать наши движения.

К счастью, у нас получилось. По моим ощущениям, мы теперь двигались в рыхлом снегу, немного выше уровня земли. Осознав этот факт, я прикинул, что с таким же успехом смогу ходить по воде. Надо непременно проверить эту возможность, а то плавание по морю для меня каждый раз, словно игра в рулетку. Меня натурально пугала глубина Чёрного моря.