Чтение онлайн

– Ва-аась. Ты нужду в ванную справляешь? – До меня начинает доходить, что в спешке я скрылась за первой попавшейся дверью.

– Да… то есть… сначала руки помою. – спохватываюсь и выскакиваю из ванной. Яр ловит меня и прижимает к себе. Меня протаскивает по кубикам, как по стиральной доске. Ощущение такие же. – ЧТО ТЫ ОТ МЕНЯ ХОЧЕШЬ?

Голос срывается. Хватаюсь рукой за горло и потираю его.

– Ты руки так и не помыла. – Замечает Годзилла. ФСБ работает хорошо, ничего не упускает.

– И что?

– Ни-че-го. – Когда он выпускает меня, я забегаю в туалет и сажусь на унитаз, не замечая, что не включила свет. Сижу в темноте и грызу ногти, слыша гулкое биение сердца. Выгляжу, конечно, как дура.

Всё дело в похмелье. Да да. Алкоголь стал выходить. Сейчас посижу и пройдёт всё. Перестанет так таращить от обычного пресса и здоровенного болта в трусах. Очень здоровенного. Нет, огромного. Он же своим глазом смотрел на меня, подошел и нагло пялился.

Чёрт.

Ярослав включил свет, я дёрнулась и перестала дышать. Ждала, что он скажет что-нибудь, пошутит, но не было ни звука. Парень никак не стал комментировать моё странное поведение.

Через десять минут я выбралась из засады, надеясь, что меня отпустило. Я старалась идти тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания к себе.

Годзилла стоял на кухне и нарезал ветчину. Увидев меня, он ухмыльнулся и тут же спрятал улыбку, заставляя меня снова покраснеть. От него ничего не укрылось, просто душных Яр решил поберечь мои нервы и сделать вид, что ничего не понял.

– Выпей крепкого чая с лимоном и поешь. – Он придвинул ко мне аппетитные бутерброды и чашку с чаем. – Потом мыться и спать.

– Так точно. – отдаю ему честь и сажусь на стул. – Не расскажешь, как стал работать в ФСБ? Или хотя бы кто ты по званию.

– Меньше знаешь, крепче спишь.

– Яр. – пинаю его под столом. Годзилла щёлкает меня по носу. – Ты обещал.

– Ничего я тебе не обещал, пьянь. Тебя ждёт ещё наказание за твои танцы в клубе. – Давлюсь бутербродом от смеха, хочу сказать ему что-нибудь колкое, но заметив выражение лица парня, понимаю – он не шутит. – А как ты хотела? Вертеть жопой безнаказанно?

– Чистый сексизм. Девушке уже и потанцевать нельзя!

– Окей. Завтра я тогда в стриптиз, ты же не против? Что мне на девочек нельзя посмотреть?

– Ну и иди.

– Ну и пойду. Сниму напряжение за одно. Моя девушка же не даёт мне, держит на сухом пайке.

Выливаю на него чай, подскакивая на ноги. Делаю это непроизвольно, меня просто клинит, когда я представляю Ярослава с другими девушками. Пора признать, я ревную. Готова кадык выдрать и глотки ему за такие мысли.

Парень шипит и отбрасывает в сторону нож, быстро вытирает полотенцем покрасневшую кожу.

– Блин. Прости… У тебя есть пантенол? – Не знаю, где у него может быть аптечка. Как дура начинаю заглядывать в каждый ящик на кухне, пока Ярослав не останавливает меня, мягко не кладёт руки на ягодицы.

– Ты успокоишься?

– А?

Мужские руки скользят по ягодицам под трусики, натягивая кружевную ткань. Я выгибаюсь, опираясь о кухонную стойку и прижимаясь к нему сильнее. Делаю это непроизвольно, тело как само собой податливо выгибается и идёт к нему в руки.

– Хватит бегать по квартире, как заяц от волка из «Ну, погоди». – Шепчет он примирительно. – Обещаю не торопиться. Не притронусь к тебе, пока ты сама не попросишь.

Разочарование или радость? Не могу разобрать реакцию.

– А что ты сейчас делаешь? – Наглые пальцы пощипывают булки. – Если ты так не трогаешь, то боюсь представить…

Кусаю себя за язык, отрезвляя голову. Ну конечно, Ярослав говорит совсем о других ласках.

– Разгоняю кровь. Полезно для сердца.

– Ага ага. Оно и без и твоих рук замечательно работает. – Выдыхаю, у меня от его разгона крови уже в ушах шумит. Ужасно признавать, но я реагирую на Ярого аномально, как оголённый провод. Искрю от возникающего напряжения. Ещё парочка таких ласк и можно будет вызывать пожарных.

Ярослав шумно вдыхает мой запах, пряча нос в волосах.

– Мыться пойдёшь? – Яр слегка шлёпает меня по попе. – Пахнешь бомжатиной.

– Да иди ты! – надуваю губы от обиды. Принюхиваюсь, чтобы проверить его слова, но ничего не чувствую. Принюхалась или провокатор опять всё придумывает? – Обязательно меня постоянно оскорблять и подначивать?

Ярослав поднимает руки, и я сразу же выскальзываю и бегу в ванную, закрываюсь в ней и долго принимаю душ. Деру мочалкой старательно кожу, не хочу пахнуть бомжами.

Спустя полчаса я выхожу в пижаме из ванной, немного топчусь в коридоре и затем иду в зал на приглянувшийся мне диван. Чтобы он не посягал на меня, я надела просторную пижаму с длинными брюками и рубашкой. До меня не сразу доходит, что происходит. Я замираю в зале, кручу головой и удивлённо развожу руками.

– А где диван? – Теперь в гостиной огромная дыра. Уютный диванчик из центра комнаты исчез, а когда я уходила мыться, диван стоял в гостиной.

– Какой? – Ярослав, у которого ответ был написан на лице, появился в дверном проёме. – Старый? Я его выбросил.

– Ты же специально это сделал, чтобы мне негде было спать! – Диван не был старым, он был шикарным.

– Почему негде? А кровать? – Вот ехидна, а не человек.

– Тогда ты спишь на полу! – упираю руки в боки. – Понял меня?

– Вась. – Годзилла начинает смеяться.

– Что? – Не понимаю, что его так рассмешило.

– Тебе нежарко в зимней пижаме летом?

Осматриваю свой наряд и остаюсь довольна. Ни сантиметра оголённого тела, ни малейшего повода к домогательствам. А жар костей не ломит, знаете ли.

Расплываюсь в довольной улыбке. Со стороны выгляжу как психически больная, но плевать.

– Нет. – Протягиваю так, словно выиграла в лотерею. Ярослав крутит у виска. После чего обходит меня как ни в чём не бывало и идёт в душ. Я проводив его взглядом, несколько минут мнусь на месте, а потом пожимаю плечами и иду спать.

Выключаю в комнате свет и укладываюсь на кровати поудобнее. Годзилла пусть спит на полу, сам выбросил диван. Его выбор. Имеет право.

Постепенно сон берёт надо мною вверх, и веки тяжелеют. Я слышу, как Ярослав выходит из душа и выключает в ванной свет, потом он закрывает окна (зачем?) и идёт в спальню.