Чтение онлайн

Сессор, не моргнув, ответил:

– Вечером мне назначен приём.

Жрица Зик Эрильнерна назначает приём сразу же по получению запроса? Это слишком подозрительно. Провидец почувствовал укол досады, почему Затмение не намекнёт никак в таких ситуациях?

– Куда мы сейчас-то едем?

– Как куда, к Элизабет, конечно!

– Я тебе зачем?
– пожалуй, Мариэль давно не был так несогласен со своим приятелем, как сейчас.

Сессор прищурился на что-то за окно. Город оледеневал под влажным суровым ветром, поблескивал сосульками в мутном от облаков солнце.

– Действительно, - медленно и задумчиво произнёс он, потирая подбородок, - Иди-ка ты к моим на обед.

Если бы кто-то поинтересовался у Мариэля, что он думает касательно всей этой странной вереницы событий, в которую они погрузились сразу после выпускного, провидец вряд ли стал бы выбирать выражения. На его взгляд, Сессор натурально пользовался тем фактом, что у Мариэля не было друзей кроме него.

Баньши пугали Мариэля больше всего. Сессор странно-поверхностно воспринимал угрозу спонтанного убийства, как будто не понимал, что это дело стоит внимания, по крайней мере, Королевских Стражей Магического Порядка. Впрочем, рискнул бы он сам обратиться к закону за защитой, если они оба грешны перед ним?

И этот Шеши Уничтожитель... Провидец знал о них только то, что их истребили накануне Перерождения, то есть порядочное количество столетий назад. А также, что они были государственными палачами. История умалчивает, зачем их всех перебили, и что стало с самим понятием Уничтожителя - ведь это были ненаследуемые маги, их специально обучали и тренировали, и человек, выбранный в Уничтожители, должен быть рожден под Руиндолом, а не под Луттар. Сейчас же превалировало магическое население, которое настырно выбирало в короли тех, кто был под Руиндолом - будто из боязни прогневать Двуликую.

Ко всему прочему, эта совершенно идиотская и безумная затея с баллотированием. Выборы Короля длятся не один день, и даже не год. Его выбирают десять лет, с двух сторон: от населения выбираются кандидаты, от текущего короля - из предложенных кандидатов, плюс выдвигаются на выбор населения Ставленники. К этой зиме были уже известны все кандидаты от всех городов, провинций и областей, был уже семь лет как обучен и предложен Ставленник - кстати, даже его характеристики заранее специально продумали, и выбрали мага воды. Осталось только увидеть, что покажут результаты собеседований с кандидатами. Каким образом Сессор собирался пробиться наверх за такое короткое время? Заработать репутацию и связи в одночасье - задача не из лёгких.

Конечно, Сессор был прав: они ничего не теряют. Мариэль всё ещё не понимал своего места в обществе, и, конечно, просто помогать дальше своему другу делать всякие странные дела он был не против, но сидеть у него в комнате и с пятью мал-мала-меньше кроить агитационные листовки (чем он занимался уже не первый месяц)? Это по крайней мере странно. Ему и без этого хватало своих кошмаров и не менее кошмарных Затмений.

Был четвертый час по полуночи, когда в прихожей небольшого дома семейства Ицио раздались приглушенные, недовольные голоса, шорохи и возня.

Однако Мариэль не успел испугаться, различив злобный шёпот Сессора и шипение Даледена, старшего из братьев после собственно Сессора.

Они спорили, вероятно, по причине сломанного голема и того, как побеги из дома влияют на здоровье их матушки. Голема Даледен сломал в результате неудачной попытки усовершенствовать, обоснованной тем, что ранее применённое заклинание работало и было испытано. А побеги у Даледена совершались регулярно, и, к счастью, в традиционный набор мест, и старшему брату не было особого труда выловить гневающегося или провинившегося пацана. В любом случае, разрешение муниципалитета на нового голема получить в этом году уже не судьба. И старшей сестре придётся бросить работу, чтобы поспевать за хозяйством и уходом за больной матерью.

Сессор грубовато пихнул брата в спину, отправляя спать, и грузно вошёл в кухню, где за чаем сидела его сестра Герден и Мариэль.

– Простите за шум. За хлопоты, - тяжело пробубнил маг, - Хочу спросить... готова ли партия листовок?

Мариэль только утомлённо кивнул на коридорчик-предбанник, весь будто в праздничных флажках, в белых аккуратных прямоугольничках.

Провидец допил чай, приготовившись подняться, чтобы проследовать за другом в его коморку, однако Сессор вместо того, чтобы снять тёплую робу и напоясные сумки, вытащил откуда-то с верхних полок огромный рюкзак, и начал набивать её домашними заготовками на зиму.

– Сессор, ты-

Мариэль не успел закончить.

– Всё очень не очень, Мари,- маг бросил многозначительный взгляд на приятеля, и, к удивлению последнего, не продолжил.

– Как это 'не очень'?
– шёпотом попросил уточнить Мариэль.
– Вы поссорились или что?

Сессор сначала на него очень странно посмотрел, как будто не понял, о чём это он, а потом легонько усмехнулся.

– О, Мари...Нет, мы не поссорились. Хотя всё равно всё плохо.
– он вздохнул, бросил на пол рюкзак, достал из кармана ленту и стал заплетать косу, - Но, к счастью, исправимо.

Провидец устало накрыл рукой глаза, потирая их, и жестом попросил друга не тянуть.

– Я отправляюсь в Семь Дорог, - как можно тише сообщил Сессор, косясь на сестру, которая понемногу сдавалась сну.

– Зачем?
– выдохнул Мариэль, не находя в себе сил для возмущения.

– Чтобы избавиться от баньши.

– Чего?

– Не волнуйся, у меня есть план.

Мариэль скептически нахмурился.

– Королём стать, я так полагаю, ты перестал хотеть?

– Нет. План по баньши как бы включён в план становления королём.

Сессор настолько слабо улыбнулся, что Мариэль на целую минуту углубился в свои сомнения касательно ментального здоровья своего приятеля. И вдруг по краям его зрения поголубело, и он приготовился увидеть видение Затмения, которое как раз весьма вовремя...

– Милостивая Луттар, - в ужасе он воззрился на единственное, что изменилось для него в комнате: лоб Сессора. И алые буквы на нём: "Скажи да". Что он тут же и сделал, что бы оно ни значило.

– Что "да"?
– недоумённо спросил маг, оглядываясь.

– Езжай, - встряхнув головой, буркнул провидец, немного настороженно осознавая, что это уже третье видение не по правилам, которое он увидел с тех пор, как с него сняли Ученический Затвор.

В саду было тихо, вечер оседал на листья и травы, будто пепел. Атна Трель Зимы попивал домашнее вино, приглядывая за сидевшей в беседке парочкой. На душе у него было подозрительно спокойно.

Элизабет вполуха слушала Руфу, позволяя себя обнимать за плечи, смотря в сторону, следя за бликами факелов в ручье. На ней было пышное платье, красно-белое, не самое скромное из её гардероба. Она привыкла одеваться к Ставленнику пооткровеннее, но сегодня ей приходилось сдерживать свою руку от того, чтобы прикрыть слишком глубокое декольте или защитить голое плечо от его прикосновений.