Спящая красавица
Шрифт:
– Конечно! – с энтузиазмом воскликнула принцесса, – Пока эти сони проснутся, а мы уже вернемся. Ну, пожалуйста!
– Хорошо, – решилась волшебница, – но с условием, вести себя хорошо…
– Что я маленькая?
– Да! – строго ответила её спутница, – Но не очень, это уже радует. Ну что, пошли?
Они быстро выскользнули из комнаты, и, девушка весело кинулась к лестнице. Укоризненное покашливание заставило её замереть на месте и обернуться. Волшебница стояла у двери и смотрела на неё.
– Что ты забыла сделать? – строго осведомилась она.
– Ой! – Этайн с раскаянием опустила голову, – Охраняющее заклинание…
– Именно! Ты не дома. Неужели тебя так плохо учили, что ты не запомнила самых элементарных правил безопасности?
– Прости, – виновато повторила та.
– Здесь прощаю, но не вздумай проявить такую забывчивость в школе. А об этом случае я доложу Магистру. Думаю, что твоих учителей ждет очень не приятный разговор…
– Не надо! – принцесса чуть не расплакалась, – Они не виноваты.
– Это как сказать. Ну что, пошли?
Ещё через пару минут они вышли из гостиницы и окунулись в пёструю ярмарочную толпу.
Когда их спутники, наконец, проснулись, и, приведя себя в порядок, наконец-то собрались позавтракать, то выяснилось, что ни Фаты, ни Этайн в гостинице нет.
– Где они? – с беспокойством поинтересовался Гориас.
– Понятия не имею, – пожал плечами его друг и подозвал хозяйку, которая лично руководила служанками, накрывающими на стол, – Где моя сестра? – строго поинтересовался он.
Трактирщица присев в низком реверансе бурно вздохнула, от чего её пышная грудь соблазнительно колыхнулась, и, искоса глянула на принца, отреагировал или нет. Но тот был настолько встревожен, что даже не обратил на её маневр внимания. Он и княжич вопросительно смотрели на неё, а военноначальник придвинувшись вплотную к юношам, словно невзначай положил руку на рукоять меча.
– Госпожа встала очень рано, – с наигранной робостью пролепетала хозяйка, – она умылась и позавтракала, а потом, со своей подругой, из соседней комнаты, пошла на ярмарку…
– Ага, – кивнул, успокаиваясь Эохайд, и с одобрением заглянул за корсаж.
– Вот бессовестные! – возмутился Гориас, – Не могли нас разбудить!
– Одно радует, с ней госпожа Фата, – философски заметил начальник стражи, и более не интересуясь ничем, прошел к столу.
Но не успели они приступить к трапезе, как в зале появилась сияющая от удовольствия принцесса и недовольно поджимающая губы Фата, хотя, надо отметить, что поджимала она их, скорее всего, чтобы скрыть добродушную усмешку.
– Ой! Что мы видели! – вместо приветствия затараторила она плюхнувшись на свой стул, – Вы не поверите!
– С добрым утром, – вежливо поздоровался посол.
– С добрым! – спохватилась принцесса, – Ешьте скорей, вы должны это увидеть!
– Если ты будешь так кричать, – ухмыльнулся брат, – то ради сохранности собственных ушей, я предпочту, остаться голодным…
– Тебе просто завидно, я уже на ярмарке побывала, а ты соня!
– Зато мы выспались, – успокоил её Гориас и предложил ей рыбы.
Некоторое время все наслаждались завтраком и относительной тишиной и спокойствием, так как Этайн в нетерпении крутилась на месте, ей нетерпелось показать всем интересное зрелище. Когда все наелись, она вскочила на ноги, но её ждало большое разочарование.
– Ладно, – улыбнулся Эохайд, – пожалуй, действительно, надо бы сходить на ярмарку. Только без тебя, стрекоза, ты там уже была…
– Как ты можешь! – обиделась сестра.
– Я пошутил, – думаю, что Фата составит тебе кампанию.
– Можно подумать, мне больше делать нечего, – немедленно среагировала та, – господин Финдиас меня уже пригласил на прогулку.
Военноначальник молодцевато подкрутил усы, предложил даме руку, и они моментально исчезли из зала. Гориас увидев, что девушка готова расплакаться от обиды, легонько тронул друга за плечо и подойдя к ней склонился в учтивом поклоне.
– Разреши мне пригласить тебя на ярмарку, – весело предложил он, – а то мы так и не поговорим.
– С удовольствием!
Молодые люди быстро выскользнули за дверь. Они не заметили, как за ними из темного угла скользнула еле заметная тень, а во дворе ещё две.
– Ну и что ты хотела нам показать? – поинтересовался Гориас, когда они вышли на улицу.
– Там такое! – принцесса фыркнула, – Хотя, думаю, что они уже ушли. Вы так долго ели.
– Извини.
Чтобы шумящая толпа не разъединила их, юноша крепко взял Этайн за локоть, а чуть позже полуобнял её. Довольный, что она не возмущается, он с удовольствием отдался водовороту ярмарочной жизни. В отличии от Этайн, он не однократно бывал и на ярмарках, и на других народных гуляниях. Причём, чаще всего, принимал в них участие отнюдь не на трибунах для знатных гостей. С тех самых пор как ему исполнилось тринадцать, Гориас всегда находил возможность улизнуть от строгих наставников и повеселиться вволю. Конечно, за ним следовали хорошо подготовленные слуги, князь Аванк ни за что не допустил бы, чтобы его сыновья в одиночку бродили в толпе в столь юном возрасте, но делалось это как можно более незаметно. И даже этим опытным сопровождающим иногда было трудно поспеть за княжичем. Обо всём этом юноша узнал, когда ему исполнилось шестнадцать. Вместо того чтобы возмутиться, как это сделал в своё время и его отец, и тот же Эохайд, он только пожал плечами и стал брать с собой своего слугу, чем несказанно порадовал князя. Тот никак не ожидал от своенравного сына такого здравомыслия. Правда, когда ему, в итоге, стало известно, какие места посещают они, и чему там его научили, он долгое время не знал смеяться ему или плакать, но ограничился тем, что засадил сыночка под арест на два месяца, а у слуги вычел заработок за год. Как объяснил потом княжичу советник, отец решил, что «грязный бой» и умение общаться с отбросами общества, необходимы любому правителю или военноначальнику. Ну а мягкость наказания объяснялась просто, Гориас остался жив и здоров… Потому-то сейчас, он выполнял для своей подружки те функции, которые исполнял несколько лет назад его слуга.
К вечеру, едва стоя на ногах, они вернулись в гостиницу. Этайн до одури накружилась на каруселях, закачала себя и Гориаса до морской болезни на качелях, оставила целое состояние у мужика, который катал детей на маленькой мохнатой лошадке, объелась леденцов и сахарной ваты, а еще накупила гору крестьянских вышивок, платков, серёг, ожерелий и прочей дребедени.
– Ну, и зачем столько денег тратить? – с укором поинтересовался княжич, когда они вошли в гостиную, – можно подумать, что ты это будешь носить.
– Интересно же. И не красиво, быть на ярмарке и ничего не купить…
– Хорошо, но леденцы эти мерзкие зачем? Ты что без сладкого сидишь? Или пони эта грязная?
– Это он.
– Не понял.
– Пони – он! Ты что не заметил? И вообще, мне понравилось, а ты не будь занудой! Мне совсем мало гулять осталось. Как к Лакантику приедем, так и прощаться будем. Мне там не отдыхать. Максимум на недельку задержимся.
Гориас глянул на принцессу и задумчиво кивнул головой.
– Слушай! – оживленно поинтересовалась она, выглядывая в окно, – А ты Эохайда на гулянке заметил?