Чтение онлайн

Творение мира у кельтов почти как у греков — тоже атлантическое. Кельтское творение мира было позже переосмыслено в ирландских мифах как освоение Ирландии несколькими эшелонами «переселенцев». То есть образ мира был смоделирован в образе Ирландии. Каждая волна «переселенцев» вносила сой вклад: одни покоряли стихии, преображали природный облик острова, другие упорядочивали общественные отношения, приносили навыки ремёсел, магических искусств. Во главе переселенцев стояли чудесные герои, кладущие пределы первозданному хаосу, побеждающие демонических противников.

Кельтское «творение мира» эсхатологично также как и греческое: оно построено на древнейшей (и, видимо, общей для индоевропейских и восточных племён) схеме деградации мира от «золотого века» творения к «веку вырождения» последних времён, когда жизненные и нравственные силы совсем иссякают; космическая катастрофа в стихии огня и воды губит одряхлевший мир, чтобы открыть отсчёт новому циклу творения. Мотивы этого очень удобного для глобализаторов эсхатологического мифа мы рассматривали когда говорили о древнегреческой мифологии — о том что она несёт людям и зачем это миф глобализаторам. [344] Скажем здесь лишь то, что этот общий для древних культур эсхатологический миф нашёл своё позднее выражение в Новом Завете — канонической основе библейского христианства — как последняя его глава, известная под названием Апокалипсис.

Кельты обожествляли короля, персона которого была окружена сакральным магическим ореолом, свойственным «священным царям» архаичного периода (в Древней Греции — VII–VI вв. до н. э.). Что тоже характерно для многих толпо-“элитарных” дохристианских цивилизаций, наследовавших опыт жизни как бы из «золотого века».

Последнее на чём стоит остановиться, это на особой мистичности кельтов, их крайней склонности к эгрегориальным культам и эгрегориальной магии, что не могло не найти своего отражения в современной деятельности наследующих культуре кельтов Орденов. Магия играла огромную роль в религиозных представлениях кельтов. Глубокий след кельтского магизма лежит на ирландских сагах. Всё в них — и битва, и любовь и каждое хоть сколько значимое событие — имеет примесь магии. Особо практиковалась магия слова, формула заклинания, что как принято считать — дарует необыкновенную силу или насылает немощь. [345] Одним из важных разделов религиозного знания кельтов была, по-видимому, магия числовых соответствий. Ключевой формулой кельтской нумерологической магии был знак троичности. Возможно что кельты владели триединством — в определённой мере. И эти навыки не утрачены до сих пор. Тогда появляется разумное объяснение особой популярности и живучести кельтских Орденов — типа друидов: для всех в толпе было «нормально» четыреединство, а для внутреннего употребления Ордена хранили и применяли (более осознанно и целенаправленно) триединство, к тому же ещё и грамотно манипулируя не только словами, но и числами. Некоторые боги имели образы трёхголовых антропоморфных существ. Были и козлоногие, рогатые боги. [346]

Направления древней кельтской магии были самые разные. Очень распространена была военная магия с её ритуалами «обнажённых мечей». Меч был объектом почитания и предметом магического ритуала. Возможно что от кельтов идёт обычай возлагать меч на голову (либо плечо) инициируемого в Орден новичка. Культы в древности были замкнуты на иерархию пантеона богов. Установление этой иерархии затруднено вследствие скудных сведений. Но многие боги были аналогами греческих и римских богов: ничего особо нового по содержанию эгрегориальной пирамиды. К общим богам добавлялся, как и везде, сонм “специальных” богов (земледелия, погоды, воды, леса, лугов, огня и прочих), был сонм животных духов-оборотней (бык, вепрь, медведь, волк, ворона). Одной из основных была культовая магия жертвоприношений, как мы уже знаем — неотъемлемая процедура любой неправедной толпо-“элитарной” духовной системы. Кельты были достаточно кровожадны: они сжигали живых людей, вешали, перерезали горло и т. п. в жертву богам. Распространены были обряды гаданий, колдовство, заговоры против людей, насылание гибели и прочие магические эгрегориальные ритуалы. Главные общеродовые ритуалы производились сообща по специальному календарю.

Всем управляли “жрецы”-друиды. Ежегодно в «священном месте» собирались друиды со всех земель на кельтский межплеменной союз. Его деятельность требовала единого культурного центра и общих «священодействий» ради отправления которых собирались друиды. Характерно, что в кельтском религиозном центре собиралось именно “жречество”. У друидов была своя межплеменная организация, построенная иерархически: известно, что на собраниях избирался верховный “жрец”, занимавший эту должность пожизненно. В социальной структуре отдельных кельтских сообществ друиды составляли влиятельные корпорации, попасть в которые можно было только после многолетнего обучения «тайному знанию», заговорам и чарам. [347] Высокая степень выделенности религиозного статуса [348] друидов и их коллегий не приводила, однако, к формированию замкнутой религиозной группы. То есть это была духовная иерархия по посвящению, не боящаяся своей внешней открытости обществу. Друиды жили отдельно, освобождались от воинской службы и в их обязанности входило отправление коллективных жертвоприношений, контроль за священнодействиями, гадание, толкование знамений, магическая практика, хранение и передача сокровенного знания.

В религиозной жизни более общего плана отдельное место занимали поэты-песнопевцы (галльские барды, ирландские филиды). Их песнопения обладали высоким религиозным смыслом: их песни содержали основные мифы кельтов. Король-правитель стоял во главе религиозной иерархии.

Скорее всего некоторые навыки владения магией слова, чисел, триединством и прочими «тайными знаниями» кельтов дошли до наших дней и воплотились в тайной религиозной культуре Орденов «старого света» — в первую очередь связанных с друидами. Это обусловлено тем, что для поддержки особой притягательности Орденов и проведения кадровой политики скорее всего применяются многие магические методики древности для внутреннего употребления. Так после инициации и обязательной клятвы на пожизненную верность Ордену, новичок автоматически в ходе магии инициации включается в алгоритмику эгрегора Ордена — на своё место в его иерархии, согласно знаниям, и психологическим предрасположенностям, полученным при посвящении. Особая кадровая политика внутри Ордена и дисциплина держится на давно известных приёмах духовной поддержки (в случае послушания) и «порчи», «запугиваний», вплоть до запуска эгрегориальной программы на самоуничтожения ослушника (в случае непослушания). Поскольку субъект подключен к эгрегору Ордена — после этого с ним в принципе можно делать всё что угодно (если, конечно он не поднимется над духовностью друидов). Ведь Орден владеет достаточно высоким уровнем эгрегориальных технологий (магия слова, магия чисел, триединство, широкий образный спектр представлений, привлекательная древность и мифологизация…). В период становления известного нам масонства готовыми структурами и навыками скорее всего просто воспользовались на новом этапе становления всемирного толпо-“элитаризма”. А через «надёжные» кадры уже проще делать и глобальную политику. Ведь не надо забывать, что именно Великобритания несколько веков была центром колонизации — распространения культуры Библии во многие регионы мира.

Германцы — общее название ряда племён, происходящих также от индоевропейского корня и выделившихся из состава древнеевропейцев. О ранних этапах истории древних германцев, локализации племён, путях миграции — мало достоверных сведений. Археологические данные указывают на причастность прагерманцев к культуре общей для многих других древнеевропейских народов. Обособление германцев в отдельное сообщество по-видимому произошло около XI в. до н. э. Ареалом формирования прагерманских племён была Северная и Центральная Европа. До II–I в. до н. э. южный рубеж германских племён проходил по прирейнским землям. С конца II в. до н. э. боевые дружины и племена германцев теснили соседей на своих южных и западных границах. Военная экспансия и хозяйственное освоение в течение последующих пятисот лет значительно расширили территорию германцев, потеснивших соседей, в первую очередь, кельтов на землях Западной Европы.

Германский мир, раскинувшийся на территории островной и континентальной Европы, представлял собой огромный конгломерат племён, в котором обычно выделяют северогерманские, западногерманские и восточногерманские группировки. Выделяют их так, потому что они находились на разных ступенях развития и имели разные темпы исторических изменений. Западногерманские группировки в силу территориального соседства с кельтами и римскими владениями развивались быстрее, отчасти кельтизировались и романизировались. Северогерманская ветвь оставалась более архаичной (древней) и традиционной.

Вообще же в историко-культурном отношении германцы имели много общего с кельтами. Близость германцев и кельтов приводила к тому, что античные авторы часто путали этническую принадлежность некоторых из этих племён. Однако, такого иерархически выделенного единого «жреческого» клана, как у кельтов — у германцев не было.

Древний германский племенной мир по условиям формирования и развития не мог выработать единого религиозного мировоззрения. Размеры территории, особенности ландшафта препятствовали регулярному общению древних племён. Архаичная германская религия — по сути, религия племён и племенных объединений. Говорить о древней общегерманской религии можно лишь с учётом значительных религиозных различий в германской среде.

Базовыми ячейками религиозной организации древних германцев были семья и племя. Семейная община держалась на культе предков, а главным действующим лицом домашних ритуалов был глава семьи. Племенная религиозная жизнь вплоть до “христианизации” (IV век н. э.) сохраняла шаманский религиозный уклон. В почёте были племенные боги (Алки, Бадугенны и пр.) и тотемы (следы тотемизма отмечены в названиях некоторых германских племён).

Организация племенной религиозной жизни сочетала пережитки культуры общинной магии и с зарождающейся классовой государственностью и её древними атрибутами — жречеством и царями древних германцев. Царь и “жречество” объединяли под своим руководством несколько древнегерманских племён при довольно «демократических» началах (общие собрания) — в сочетании с зародившейся религиозной иерархией (“жрецы” и царь). Как можно понять из описаний древнегерманских религиозных культов, “жречество” представляло собой обособившийся в иерархию клан (в прошлом шаманов), который формировался вокруг царя. В то же время германские племена объединялись в духовные союзы, в которых почитали общих богов, имели общие святилища и держались провозглашённых заклятий, скреплявших эти союзы. В силу неоднородности всей германской общности в одних географических районах ещё доминировал древний шаманизм и тотемизм, а в других — уже существовали обширные очаги ведически-знахарской культуры с присущими ей иерархиями “жрецов” (выполняющих роль культовых работников) и царей, и племенными союзами.