Чтение онлайн

А Дмитрий молчал, лишь нетерпеливо похлопывая себя рукой по коленям. Весь его вид выражал полное согласие с уходом Ларисы.

— Андрей, пошли, — жестом позвала Патрушева Лариса.

— Вали, вали! — Филимонов вскочил и схватил Патрушева за руку. Тот начал вырываться.

— Пойдем, Андрей, мы еще вернемся вечером, — невозмутимо говорила Лариса. — К тому времени Дмитрий отдохнет, и все будет нормально.

Патрушев, посомневавшись еще немного и вырвавшись из объятий Филимонова, недовольно вышел в прихожую и, очутившись затем на лестничной площадке, бросил на Филимонова взгляд, полный укоризны и возмущения. Филимонов опустил глаза.

— Ну, Дмитрий, смотри у меня! — погрозил пальцем Патрушев. — Если что…

Недоговорив, он порывисто бросился вниз по лестнице. Филимонов посмотрел ему вслед, и в этом взгляде Лариса неожиданно прочитала жалость и печаль. Этот взгляд был, пожалуй, самым человеческим за все время общения с Дмитрием в этот день. Она хотела было вернуться и постараться снова продолжить разговор, но Филимонов к тому времени уже вошел в квартиру и закрыл дверь.

Лариса последовала за Патрушевым. Сомнений в том, что Филимонов причастен к убийству Аткарского и предполагаемой смерти шизофренички Оли — не зря ведь он говорил о двух трупах за неделю — у нее уже почти не осталось.

Лариса с Патрушевым спустились вниз.

— Что ты думаешь по этому поводу? — тяжело дыша, спросил Андрей, остановившись прямо около подъезда.

— Что его одного оставлять нельзя. Сейчас я звоню в милицию, потом в психушку.

И Лариса решительно зашагала к машине, где оставила мобильник. Патрушев в нервном возбуждении последовал за ней.

Карташов оказался на месте и снова был недоволен звонком Ларисы. Он долго выяснял, кто такой Филимонов и почему он должен попасть в поле его зрения. Потом извинился, сослался на то, что к нему в кабинет зашло начальство, и три минуты сотовый телефон Ларисы работал вхолостую. Затем взял трубку и попросил перезвонить попозже. Через десять минут, при повторном разговоре она его все-таки убедила в том, что Филимоновым заняться необходимо. И пропавшей шизофреничкой тоже.

С того момента, как они расстались с Дмитрием, прошло уже около получаса. Лариса перевела дух после разговора с Карташовым, закурила и уже хотела было вызывать психиатров, как Патрушев вдруг с ужасом в глазах указал ей пальцем на группу людей возле подъезда, из которого они недавно вышли.

Там стояла молодая мама с маленькой девочкой, к которым присоединились две пенсионерки. У всех у них головы были задраны вверх. Девочка тоже показывала пальцем вверх и просила маму обратить внимание на что-то.

— Мам, посмотри!

Мать напряженно глядела ввысь. Однако первой поняла, в чем дело, одна из пенсионерок. Она всплеснула руками и закричала на весь двор:

— Господи ты боже мой! Да что ж это творится-то!

Лариса с Патрушевым, не сговариваясь, быстро выскочили из машины и через несколько секунд были там, где стояли задравшие вверх головы люди. И увидели, что с лоджии восьмого этажа свисал крупный мужчина, обвернутый в красную материю. Он был похож на вырванный изо рта, обагренный кровью красный язык…

…Карташов с группой оперативников прибыли примерно через сорок минут. Олег вылез из машины и устало посмотрел на Ларису.

— Ну, там, где Котова Лариса Викторовна, там всегда что-нибудь да случается, — ехидно заметил он.

Лариса же, потрясенная видом повесившегося Филимонова, не в состоянии была парировать колкость майора. Она вместе с Патрушевым только наблюдала за тем, как тело Филимонова снимают с балкона, а несколько минут спустя — как это самое тело, закрытое простыней, грузят в машину «Скорой помощи».

Выпроводив Ларису и Патрушева, Филимонов вернулся и сел в кресло. Он вытянул ноги и откинул голову назад. И был уже почти спокоен, пытаясь здраво оценить ситуацию.

Итак, он боялся. Боялся сесть в тюрьму на многие годы. Несправедливо было бы сидеть за убийство Аткарского, который явно заслуживал такой участи. Действительно заслуживал!..

Филимонову опять вспомнился последний разговор с экстрасенсом, когда он пришел к нему просто за поддержкой, за тем, чтобы Аткарский оправдал его, Филимонова, в его же собственных глазах. Ведь казнь бедной шизофренички была использована для каких-то целей, которые он, Филимонов, до конца не понимал и не знал.

Почему Филимонов пошел на это? Аткарский сумел его убедить в том, что косоглазая шизофреничка не является полноценным человеком. Ко всему прочему, она женщина. А Филимонов после двух неудачных браков относился к женскому полу без особого пиетета. Понимая все это, Аткарский совершенно правильно выстроил для Филимонова идеологическую подкладку для мотивировки его действий.

Перед глазами Филимонова прошли, словно в калейдоскопе, все этапы большого пути, в течение которого он попал под влияние Кирилла Аткарского. История знакомства на вечеринке у одного влиятельного чиновника, первоначальный скепсис Филимонова по поводу способностей нового знакомого, посещение сеансов — сначала психологических, потом по снятию алкогольной зависимости… А дальше — подсознательное желание делать так, как советует Кирилл.

И вообще — он такой понимающий, всегда готовый помочь. Поставляющий, если надо, девочек. Если надо — ссужающий деньгами. Правда, потом отдавать приходится чуть больше — ну и что…

Да, деньги… Собственно, Аткарский, отчасти используя свои гипнотические способности, играя на экзистенциальной пустоте существования самого Филимонова, а отчасти играя на жадности и любви к деньгам, склонил его к роли убийцы. Да, и существовал какой-то человек, ради которого, собственно, это и устраивалось. Аткарский действовал в интересах этого самого человека.

Кирилл исподволь готовил Филимонова к этой роли. С интересом узнал о том, что Дмитрий вступил с ней в связь. Потом начал высмеивать ее, говорить, что она годится только для групповушки, да и то после большого количества выпитого. Затем ударился в философию, убедил Филимонова в полной никчемности существования таких, как она, и, наконец, посулил деньги.

Дмитрий не знал, как ему самому относиться к тому, что он сделал, но при этом понимал, что должен оценить свою роль. Филимонов считал себя сильным человеком и думал, что не побоится взглянуть в глаза правде. И ему хотелось разговора открытого и дружеского.

Именно за этим и пришел он спустя несколько дней к Аткарскому домой. Кирилл выглядел недовольным и поглядывал на часы: ждал кого-то с визитом.

Но Филимонову было это неважно: он пришел, чтобы поведать о психических отклонениях, появившихся у него после той самой страшной казни шизофренички.

Там было еще два каких-то грязных страшных мужика, которые перед этим ее изнасиловали, а потом предоставили сцену Филимонову. И он выполнил свою роль — набросил удавку. А потом, по приказанию Аткарского, отрезал бедняжке язык.