Срывая маски
Шрифт:
— Я поставил Корнелию одно условие, — произнес Эльдар, ставя ее на террасу. — Прежде чем полностью заняться делами княжества, мы с тобой закончим Академию.
Майя удивленно посмотрела на него. Уж чего она не ожидала, так это его желания вернуться к учебе, которую он начал с ошейником на шее.
— Это твоя мечта, я помню, — сказал Эльдар. — Не только же Маскарону исполнять твои желания.
Майя просияла. За последние месяцы она запретила себе думать об учебе в Тайлогос — заветная мечта, что привела ее в этот город, казалась утраченной так же, как ее прошлая жизнь. Но если бы у нее появился выбор…
— Конечно, это будет не так, как раньше, — продолжил Эльдар. — Нас будут готовить управлять Чарогорьем. И мне ведь теперь двойку никто не рискнет поставить.
Майя хмыкнула.
— Ты только поэтому хочешь продолжить учебу? Смотреть, как перед тобой будут трястись учителя?
Он одарил ее той кривой улыбкой, которую она полюбила еще с учебных дней.
— Как быть на уроках пленником, я уже знаю. Не могу себе отказать в удовольствии узнать, как быть там князем.
Майя рассмеялась и обняла его. К ним подошел господин Ждан, держа в руках деревянную шкатулку.
— Господин Яхонт Красный, — произнес он. — Он готов.
Эльдар с благодарностью принял шкатулку, и отец Луки вернулся за стол.
— Что это? — спросила Майя.
Вместо ответа Эльдар открыл шкатулку. Внутри на черном бархате оказался Царь Самоцветов, оплетенный золотой спиралью и прикрепленный к золотой цепочке.
— С посохом я точно не буду ходить, но оставлять его болтаться в мешке тоже неправильно. Это самое ценное наследие Яхонтов Красных, — произнес Эльдар.
Майя вынула крупный рубин и подняла перед собой, любуясь, как его множество граней играют бардовыми, алыми и пурпурными бликами. Вдруг прохладная гладь камня потеплела в ее руках. Внутри затеплился свет.
— Ой, — выдохнула Майя. — Что с ним?
Оба удивленно воззрились на горящий огонек внутри самоцвета. Словно чье-то маленькое сердечко билось в его глубине.
— Да неужели… — Сзади вдруг вырос профессор Белозор. Он даже придержал очки, словно подумал, что ему чудится.
— Что происходит, профессор? — спросила Майя. На сколько она знала, камень признавал только магию Заклинателей Рубинов. И никак не отзывался в других руках. — На что он реагирует?
— Не на что, а на кого, леди Майя, — учитель широко улыбнулся. — Святые древа услышали меня!
Конец