Чтение онлайн

Франция более других стран была заинтересована в «нейтрализации» Германии, но ее дипломаты вели себя довольно непоследовательно. После злодейского убийства Барту в Марселе его преемником стал Пьер Лаваль. Посредством последнего 2 мая 1935 года в Париже был подписан договор о взаимопомощи между Францией и СССР. Почти сразу Лаваль, уже в качестве главы правительства, приехал в Москву и был принят Сталиным, что свидетельствует о том, насколько важное значение придавали в Москве франко-советским договоренностям. Лаваль же, признавался близким ему людям, что подписал пакт лишь с целью большего давления на Берлин. В не менее трудный и мало удовлетворительный в политическом отношении союз, Сталин был вынужден заключить и с Чехословакией.

Англия традиционно ведет политику «баланса сил». Самый молодой британский министр Энтони Иден начинает свои вояжи в Берлин и Рим. Лишь после саарского плебисцита Англия соглашается на совместное англо-французское коммюнике, в котором правительства обоих государств не признавали за Германией права односторонне отходить от Версальского договора.

С целью «умиротворения» Гитлера в Берлин отправляются оба министра иностранных дел Англии: «старший» — Джон Саймон и «младший» — Энтони Иден. Последний, отпрыск седьмого барона Идена, затем отправляется в Москву.

Британскому аристократу многое не понравилось в СССР. Все казалось ему огромным, «серым, печальным и бесконечным». Ощущения Идена весьма сходны с впечатлениями леди Астор. Для которой «благосостояние страны определялось изысканно одетыми леди и джентльменами, проплывающими в роллс-ройсах мимо сияющих витрин», забитых дорогими товарами и аксессуарами к ним.

В Кремле Идена принимали Сталин и Литвинов. Он сразу понял, что советские представители прекрасно осведомлены о делах международных и их прогнозы оказались значительно более точными. В заключительной стадии визита Идена было согласовано совместное коммюнике, точно отражавшее позицию Москвы, но совсем не соответствовавшее истинной позиции Лондона. В то же время вояж высокопоставленного посланца британской короны в СССР имел для него немалое значение, поскольку впервые чиновник капиталистического мира такого уровня официально посещал Москву.

Зарево грядущего мирового пожара между тем начинает разгораться. В начале октября 1935 года вооруженные силы фашистской Италии вторглись в Эфиопию. Началась итало-эфиопская война.

Одной из самых крупных и трагических по своим последствиям акций для мирового сообщества явился антиправительственный мятеж в Испании. На Пиренейском полуострове летом 1936 года началось выступление, возглавленное представителями испанского генералитета против легитимного республиканского правительства. Развернулась кровопролитная гражданская война.

Наспех сформированные правительством войсковые соединения терпели поражения. Генерал Баамонде Франсиско Франко бросил свои силы на Мадрид, его войска приближались к столице четырьмя колоннами. В начале октября один из наиболее видных мятежных генералов Эмилио Мола, выступил по радио. Охарактеризовав ситуацию, он добавил, что наступление на правительственный центр будет начато пятой колонной, которая уже находится внутри Мадрида. К тому времени столица Испании уже была наполнена слухами о повсеместном распространении предательства и измены в стране. Испанская пресса стала широко использовать термин «пятая колонна» в качестве прозвища для хорошо замаскированного противника.

События на Пиренеях явились наиболее яркой прелюдией к грядущей всемирной бойне. Словно предчувствуя ее, наиболее дальновидные представители рода человеческого всполошились и откликнулись на отчаянные воззвания слабого в военном отношении республиканского правительства о помощи ко многим странам. Муссолини и Гитлер, предполагая во Франко собрата по духу, оказывают ему действенную помощь.

Осторожный Сталин не собирался первоначально принимать активного участия в конфликте в стране на другом конце Европы, памятуя о конфузе в Китае. К тому же у СССР «не было даже дипломатических отношений с Испанской республикой, а экономические и культурные связи сводились к спорадическим контактам».

Однако он вынужден был менять свою позицию, когда окончательно стало ясно, что Германия, Италия и присоединившаяся к ним Португалия в отличие от Франции и Англии не прекращают вмешиваться во внутренние дела Испании. К тому же общественное мнение в СССР, при всей его условности, склонялось к поддержке республиканцев. Уже 3 августа 1936 года больше 100 тысяч москвичей пришли на Красную площадь с лозунгами в поддержку законного правительства и призывами оказать материальную помощь трудовой Испании.

Поскольку в собственной стране «хлопот был полон рот», не без сомнений и колебаний, Сталин решается помимо санкции на поддержку общественную, оказать более действенную помощь государственную. Отнюдь не безвозмездно организовывается закупка и отправка в Испанию партий оружия и военных материалов, техники и снаряжения, в том числе отечественного производства. Решено было также направить за Пиренеи весьма ограниченный контингент волонтеров-командиров в качестве военных советников и специалистов для консультаций по созданию регулярной республиканской армии. Добровольцам-консультантам категорически возбранялось вмешиваться во внутренние дела республики.

Тем самым, изначально они попадали в парадоксальную ситуацию. Так как само их присутствие там уже являлось вмешательством в дела другого государства. Не все добровольцы избежали искушения существенно превысить строго очерченные рамки своих полномочий и, главным образом, поэтому по возвращении домой были сурово наказаны. Их двусмысленное положение весьма осложняла, также ожесточенная борьба за власть между различными группировками в верхних эшелонах республиканской Испании.

Наиболее заинтересованные в скорейшем урегулировании конфликта в близкой им Испании страны — Франция и Англия, все больше склоняются к поискам компромисса с Германией и Италией. Они надеются за счет третьих государств обеспечить безопасность своих интересов. У советского руководства, соответственно, с новой силой возродились былые антианглийские и антифранцузские предубеждения. Надежды на реальное сотрудничество с западными демократиями становились все иллюзорнее.

Бездеятельность правящих кругов Англии и Франции побуждали Гитлера действовать еще более дерзко и агрессивно. Германия и Италия лихорадочно вооружались и совместными усилиями готовились вести новую мировую войну. Планы Берлина и Рима встречали полное одобрение в Токио. 25 ноября 1936 года в Берлине было подписано соглашение между Германией, Италией и Японией, вошедшее в историю под названием «Антикоминтерновский пакт». Треугольником Рим — Берлин — Токио завершилось политическое, но не военное, оформление блока агрессивных государств.

Известный литератор Константин Симонов, несмотря на то что как он сам выразился, был еще «молод и глуп», точно передал живительную атмосферу той эпохи — «мира прекрасного и яростного». «Атмосферу и единства, и общей целеустремленности, и веры в будущее страны, и свершение всех намеченных планов».

Но начинающий писатель глядел на мир преимущественно сквозь розовые очки. Хотя волей обстоятельств Симонов уже поглубже ткнулся «носом в жизнь». Его отчима-комбата, «мерила ясности и честности», незаслуженно подвергали аресту на четыре месяца. Двумя годами позже Симонов полтора месяца провалялся в больнице, превращенной в изолятор для больных брюшным тифом. Эпидемия была последствием той голодной зимы, когда в Москву приезжали и скапливались на вокзалах отчаявшиеся люди.