Чтение онлайн

То ли тогдашние странники действительно так считали, то ли летописцы хотели представить это так – как бы то ни было, плодотворно поддерживалась идея о том, что Константинополь – в высшей степени священная, центробежная сила, где есть все, что значимо для монотеизма. В 460 г. человек, которого впоследствии назовут святым Даниилом Столпником и который большую часть своей сознательной жизни провел в монастыре, а затем еще девять лет прожил в бывшем языческом храме (по общему мнению, бесноватый), забрался на столп в 4 милях к северу от Константинополя, в местечке, которое сейчас называется Куручешме и находится на полпути из Анаплоса (ныне Арнавуткёй) в Ортакёй на европейском побережье Босфора {291} .

Из подробного жизнеописания Даниила, написанного в V в. одним из его последователей, нам известно, что для города он стал тотемом – он сидел, глядя на Босфор, и, невзирая на искушения блудниц и странствующих еретиков {292} , разбирался с духовными и физическими нуждами жителей. Перед лицом таких потрясений, как Великий пожар в 475 г. (уничтоживший Большую библиотеку и сокровища Лавса, в том числе и самый главный шедевр), а также падение Рима в 476 г., люди остро нуждались в утешении, и Даниил принял на себя роль оракула.

Рельеф с изображением блаженного столпника – Симеона, старшего или младшего – из Сирии. Примерно в V–VI вв. монах поднимается по приставной лестнице, неся курильницу

С его мнением начали считаться, и он раздавал советы местным влиятельным лицам и вельможным гостям (даже царским особам!) по различным вопросам: начиная с того, что делать со вторгшимися германскими войсками, и заканчивая спорами с соседями-раскольниками. Когда правоверие оказалось под угрозой, Даниил сошел со столпа и беседовал с епископами и императорами. У подножия столпа основали монастырь, где хранились и мощи Симеона Столпника.

Говорят, что Даниил, проведя на столпе тридцать три года – ноги его покрылись язвами, а сам он был побит фракийскими ветрами, – просил у Господа милости окончить свои дни в благочестии. А перед самой смертью обратился к своим последователям так: «Стремитесь к смирению, будьте послушны, любите странноприимство, посты, бдение, нищету… блюдите веру истинную, чуждайтесь еретических лжеучений и ни в чем не отпадайте от матери вашей – святой Церкви… Написав своим духовным детям такое духовное завещание, преподобный велел его прочитать им, а они плакали, готовясь к разлуке с ним» {293} . Даниил умер там же, где и жил – на своем столпе. Тело его тут же снесли вниз, пока правоверные не растащили его на части и на мощи. После этого его тело ремнями приторочили к доске и выставили как икону. Очевидцы рассказывали, что в небе над его телом появилось три креста в окружении белых голубей.

Сейчас историки и нейроученые вместе пытаются выяснить, каковы же причины этого небесного представления. По данным интересного исследования гарвардских ученых, если вера крепка, можно увидеть все, что захочешь {294} . Погружение в религию активизирует экстраперсональные мозговые системы.

Прежде чем махнуть рукой на жителей Константинополя как на легковерных и истеричных представителей Темных Веков, следует вспомнить, что видения в небесах и сейчас способны убеждать людей. Во время недавнего исследования, которое я проводила в Индии, один очень здравый бывший правительственный чиновник рассказал мне, что масса людей видели, как его собственная мать после смерти поднималась в небеса на пылающем облаке. С тех пор эту женщину, которая не пила ничего, кроме буйволова молока, стали боготворить, и отныне в небольшом, но оживленном храме на окраине Джодхпура ее почитают как богиню – точно так же, как почитали богинь начиная с бронзового века. Здесь верующих созывают на молитву, трубя в раковину, и они возносят богине хвалу, поднимая руки в orans (стоя, с локтями близко к бокам тела и с вытянутыми руками ладонями вверх – раннехристианская молитвенная поза).

Жизнь Даниила – это наглядное изображение жизни эпохи, когда публичная демонстрация благочестия была повальной. Известно, что Геласий – человек, чьи земли Даниил избрал для своего религиозного марафона, – сначала не желал, чтобы столп возводили на этом месте, где «над ним пролетел белый голубь» {295} . Это – такой «предваряющий славу» аспект: обывателю из Константинополя было совсем не до пустынника, который водрузился здесь со своими странными затеями и досадным столпом.

Стоит задуматься об обычных стамбульцах, которые тысячелетиями были язычниками и не всегда были в восторге от того, что их земли превратили в какой-то религиозно-оккультный луна-парк.

К IV в. отличительной чертой Константинополя стало присутствие могущественного третьего пола. Теоретически греки и римляне всегда презирали евнухов. Хотя из сочинений Геродота, отца истории, известно, что в 580 г. до н. э. коринфяне посылали евнухов в Персию. Пленных мальчиков и мужчин подвергали обряду кастрации – согласно Геродоту, такая судьба постигла детей мужского пола, попавших в руки Ксеркса после восстания на островах у побережья Малой Азии.

Оскопление мужчин шло вразрез с широко распространенными у римлян идеями о мужской силе и целомудрии. При этом, однако, в Риме пугающую популярность приобрел культ восточной богини Кибелы и ее оскопленного сына, возлюбленного и почитателя, Аттиса. Почитатели Кибелы (напомним – любимой византийской богини) в набожном безумии отрезали себе гениталии, красились и носили платья в честь своей богини.

Похоже, значение евнухов оценил император Диоклетиан, сидевший на Востоке, в Никомидии. Галерий захватил гарем персидского императора и оставил себе евнухов, положив начало помешательству двора поздней Римской империи на евнухах. В угоду христианским императорам и высокородным дамам оскопленных рабов везли из Армении и Персии и с Кавказа. Во времена правления сыновей Константина ввели должность cubicularius, китонит (верховным китонитом был praepositus sacri cubiculi), пост с исключительными привилегиями, который могли занимать только скопцы. Авторитет, влияние, а значит, и власть этих стражников священной опочивальни неуклонно росли.

Высокопоставленные евнухи не только выполняли свои официальные функции – капитана личной стражи, хранителя личной императорской казны, личного финансового управляющего, камердинера, секретаря, верховного китонита, – но и, как поговаривали клеветники, предлагали сексуальные утехи. Они были доверенными стратегами, которых посылали подавлять мятежи и разрешать религиозные споры. О разрушении храма Марны ходатайствовал от имени епископа Газы Амантий, евнух Евдоксии. Во время военных походов Юстиниана I бок о бок с ним блестяще сражался его оруженосец, Нарсес. Симеону Благоговейному разрешили взойти на гору Афон – именно этот евнух и основал монастырь евнухов в Фессалониках. Евнухами были многие патриархи, лидеры размещавшейся в Константинополе православной церкви. Пожалуй, благодаря присутствию в городе этого третьего пола, усложнявшего разделение людей по половому признаку, и женщины пользовались необычайно большой властью – эта традиция сохранялась 1500 лет, даже после завоевания города Османской империей в 1453 г.