Чтение онлайн

Феодосий I, человек, расставивший материальные приоритеты в Константинополе и установивший духовные догмы во всем мире, стал последним императором и на Востоке, и на Западе. Свою смерть – жуткую, от отеков – он встретил в Милане 17 января 395 г. Но его тело доставили в Константинополь, где 9 ноября того же года его похоронили с великой скорбью и большой помпой. Вот оно, соперничество между Новым Римом и Древним: в Риме находились могилы Петра и Павла, зато Константинополь якобы был царством самого Христа. Так где же еще пожелает быть похороненным любой император?

В Афинах, на берегу реки Илисос, которая с 1956 г. скрыта под асфальтом и в которой когда-то омывал ноги Сократ, возмущая афинскую молодежь, так вот, восседает на этом месте некая расщелина золота, которая рассказывает тома историй {259} . Речь здесь – о монете, отчеканенной в Константинополе императором Аркадием в тот год, когда сыновья Феодосия разделили Римскую империю между собой: Аркадий, которому было 12 лет или около того, стал правителем Востока из Константинополя, а Гонорий, возрастом около восьми, – Запада. На этой монете Аркадий изображается победителем со штандартом в руках, а на реверсе – крылатая Ника попирает ногами пленника {260} .

Она представляет собой сочетание греко-римской символики и знаменует момент разделения мира, когда Запад обратил взгляд на Восток, а Восток – на Запад. Вместе с этой монетой в Византийский музей, расположенный в центре Афин, передали целый ряд предметов – «реликвии беженцев». Произошло это в 1923 г., после обмена населением на территории бывшей Османской империи, когда 1,3 миллиона греческих христиан пришлось покинуть Малую Азию, а 500 000 македонских турок и мусульман – оставить свои дома на континентальной части Греции. У большинства перемещенных жителей была с собой только надетая на них одежда и ручная кладь. Многие шли пешком по Эгнатиевой дороге – в обоих направлениях.

Это было примитивное разделение по идеологическому, конфессиональному и этническому признакам, а семена раздора были посеяны еще в Античности – в преданиях, повествующих о незримой границе между Востоком и Западом. Мы и сейчас пожинаем его скорбные плоды. Потому-то происхождение этой монеты и других находок точно не известно, зато более пространных легенд об этих предметах ходит множество.

Аркадий во многом был сыном своего отца. Он правил Константинополем в те времена, когда язычество и христианство были готовы вот-вот столкнуться.

В подтверждение ничтожности влияния эдиктов Феодосия на умы народа вновь запретили жертвоприношения, курение ладана и развешивание подношений на деревьях (хотя эти ритуалы продолжают исполняться во всем христианском мире и по сей день). При дворе в Константинополе чувствовалось недовольство. Религиозная реформа была задачей, которую нужно было завершить из принципа – скорее, для укрепления авторитета, чем из религиозных чувств. Затевать провокационный снос ряда языческих святынь в самом Константинополе было слишком рискованно, ведь в ходе программы по строительству церквей уже разрушили несколько святилищ. Многие с ужасом и отвращением наблюдали за тем, как воинственная толпа христиан в 404 г. ломала здание сената, однако в провинциях случаи таких нарушений еще встречались.

Накал праведного гнева православных особенно остро чувствуется в том, что произошло с храмом Марны в палестинской Газе {261} . Здесь была одна-единственная церковь, возглавляемая епископом Порфирием. Его так не любили, что, как утверждают, однажды преградили ему путь в город терниями, и епископу пришлось спасаться от разъяренной толпы язычников по плоским городским крышам. Газа долго сопротивлялась идеям христианства, при Диоклетиане здесь с удовольствием замучили множество христиан, и даже после водворения христианства как государственной религии епископам разрешалось владеть землями лишь за пределами городских стен.

В Газе поклонялись Марне (воплощение Зевса, у древних греков он отождествлялся с древним богом плодородия Дагоном) в храме, изначально построенном императором Адрианом. Епископ Порфирий специально ездил в Константинополь испрашивать разрешения ликвидировать языческие храмы в Газе. Его просьба достигла ушей, с большой охотой услышавших их – образованной, беззаботной и прославившейся своей красотой жены Аркадия, Евдоксии. И вот перед нами один из самых привязчивых образов на страницах истории Константинополя – могущественная и влиятельная императрица.

Бронзовая гиря для весов в виде бюста. Относится примерно к 400–450 гг. н. э. Бюст, вероятно, изображает одну из первых императриц Константинополя – возможно, Евдоксию

Евдоксия обладала влиянием и хваткой. В 1847 г. во время раскопок в центре города был найден пьедестал для скульптурного изображения императрицы, выполненного из серебра для ее прославления {262} .

Как утверждают некоторые источники, императрица Евдоксия, при потворстве своего личного евнуха Амантия, сговорилась с Порфирием: надо покарать Газу в назидание другим. Однако местные язычники оказались такими неподатливыми, что пришлось применять особые меры. В 402 г. солдатам, которые прибыли по приказу самой императрицы, вооруженные новым оружием, велели окружить и разрушить храм Марны. Защитники храма забаррикадировались. Десять дней христианские войска ломали другие святилища города, а потом вернулись к храму Марны. Верующие и жрецы так и сидели внутри, как в ловушке. На бронзовые двери храма люди императора нанесли смесь из нефти, серы и свиного жира {263} , а потом метнули горящий факел.

Так вот, бронза плавится при температуре 950 °C. Температура в костре, в среднем, всего 427 °C. Т. е. эта яркая история эпохи раннего Средневековья (написанная Марком Диаконом и приведенная в начале этой главы) с описанием событий 402 г., на первый взгляд, попадает в разряд восторженного эсхатологического мифотворчества. Поэтому я вместе с группой химиков отправилась в пустынный карьер и попробовала восстановить ход событий {264} . Через несколько секунд после того, как мы намазали смоляную смесь на бронзовые двери в каменной раме и подожгли это варево, металлические двери выцвели и покоробились. Жар стоял жуткий. Свиной жир горит долго и медленно – через четыре часа температура в центре пламени составляла 980 °C. В тот день 402 г. небо Палестины, должно быть, окрасилось красным от огня, воздух дрожал от жара, а на улицах было не продохнуть от едкого черного дыма. Запертые внутри храма люди, которые, скорее всего, до последнего молились своим языческим богам, если не сгорели заживо, то задохнулись.

В 407 г. на месте развалин храма выросла церковь. Ее возвели в честь императрицы, растащив оставшуюся после пожара кладку. Теперь в Палестине был новый храм, названный храмом Евдоксии. В самом же городе прекрасными мраморными плитами из языческого храма, которые были столь совершенны и священны, что ступать на них запрещалось, вымостили дороги – исключительное проявление неуважения.

Вполне возможно, что массовое истребление населения Газы было местью за вольную расправу с христианами, что творили столетие назад. Страшилки о гонениях так полюбились народу, что истории о кровавых преступлениях рассказывали детям на ночь. Например – предание о Перпетуе, которую где-то в 202–203 гг. н. э. предали мученической смерти на арене, чтобы развлечь правителя Африки Гилариана в его день рождения, а грудь ее товарки Фелицитаты сочилась молоком, ведь она только что разродилась {265} .