Чтение онлайн

Син Хэрян продолжил:

— Пока я ждал его на вертолетной площадке, подошла группа инженеров и спросила, откуда я. Я ответил, что из Кореи. Они переглянулись, засмеялись… и предложили проводить меня до общежития. Только повели меня почему-то в Хёнмудон — тогда этот сектор назывался не Хёнмудоном, а горнодобывающим.

Что за бред? Инженеры ведь не живут в Хёнмудоне.

— Насколько я знаю, раньше инженеры жили в Чхоннёндоне, разве нет?

— Верно. Тем более Чжихёк заранее назвал мне номер комнаты. Поэтому я удивился, но все равно пошел за ними.

Он удивился, но пошел? Эй, тебе никто не объяснял, что, если тебя тащит в неизвестное место подозрительная компания, нужно не удивляться, а бежать со всех ног и орать?

— Если вы понимали, что происходит что-то странное, то зачем пошли?

Чжэхи фыркнул от смеха, но я так и не понял, что именно его рассмешило в моем вопросе.

Вдруг вспомнилось, как меня в первый день у вертолета встречала Кан Сучжон. Тогда я решил, что это для галочки, — и посылку принять, и новичка поприветствовать. Но после рассказа Син Хэряна у меня по спине пробежал холодок.

Он кивнул:

— Вы правы, доктор. Повторять мою ошибку не стоит. Если чувствуете опасность, надо сразу уходить.

— Ну вот, вы это прекрасно понимаете. Тогда почему пошли с ними?

Черт, нельзя просто так идти за кем попало. Ты вообще уверен, что это были инженеры?

— Через два месяца после меня должна была приехать Эён. Я решил, что лучше сам проверю, какую ловушку они устроили, чем потом попадется она. Второй раз один и тот же трюк провернуть они бы не решились.

Что это, смелость или полное отсутствие инстинкта самосохранения? Впрочем, логика в словах Син Хэряна была: если никто не ведется, то и охота расставлять сети пропадает.

— Привели меня в комнату, где уже ждали трое. Видно было, что их недавно кто-то избил. Судя по всему, правша ростом под метр девяносто пять явно приложил остальных.

Кто это мог быть? Неужели Чжихёк? Неужели не только Син Хэрян тут размахивал кулаками, но и Чжихёк тоже?

Почему-то легко представилось, как Чжихёк с широкой улыбкой бьет в челюсть всякого, кто к нему лезет, а когда спрашивают имя, невозмутимо отвечает: «Син Хэрян». Брр. Чжихёк, которого я знал, любил сладкое, был душой компании, шутником… но в то же время — да, он бы мог. Голова закружилась от этой мысли.

— Они сказали, что хотят поприветствовать новичка из Кореи. После минут пяти пустой болтовни выяснилось, что раньше эти люди обирали корейских сотрудников, спускали их зарплаты на азартные игры и другие развлечения. Корейцы один за другим сбегали или исчезали. С Чжихёком они тоже пытались провести «беседу», но толку не вышло, вот они и решили немного припугнуть меня. В итоге выяснилось, что моя комната и правда в Чхоннёндоне, и они проводили меня туда.

Син Хэрян говорил о «беседе», но, похоже, был мордобой. «Приветствие новичка» в формате драки насмерть… такого я еще не встречал.

Чжэхи подпер кулаком подбородок и сказал:

— Говорят, тогда у вас чемодан развалился, и эти же ребята помогли вам дотащить вещи до общежития.

— Я велел им отремонтировать чемодан, а они заявили, что не могут. Извинились, сунули мне рулон изоленты: мол, заклей. Потом действительно помогли перетащить вещи. Я тогда еще плохо понимал специфику этой работы… Думал, инженеры могут чинить все, кроме людей.

Честно, удивительно было слышать, что когда-то Син Хэрян вообще не разбирался в инженерии. Смотришь на него — кажется, что он родился командиром команды «Ка». Сам факт, что он умудрился за такой короткий срок вырасти до командира, сам по себе поражал.

— А дальше что было? — спросил я.

— В Чхоннёндоне я встретил Чжихёка. Он, оказывается, искал меня. Тогда соседняя с Чжихён комната пустовала, но в ней то музыку врубали, то по стене долбили. В итоге комнату отдали мне. После этого случая решили: когда приезжает новый сотрудник из Кореи, его обязательно должен встретить кто-то из команды.

Как всегда, пока гром не грянет, никто и не почешется. Я вспомнил, что номер комнаты мне сообщили сразу же, а чемодан ждал меня там целым и невредимым… Все это, оказывается, появилось благодаря таким вот «случаям». Почему Син Хэрян в первый же день не написал заявление об увольнении? Я бы, честное слово, вплавь в Корею рванул.

— Вы знали о том, что творится на станции, когда соглашались на работу?

— Чжихёк кое-что объяснил, — спокойно ответил он.

Ага. «Кое-что». А ведь Чжихёк и сам тогда не проработал и месяца. Похоже, и он, и Ли Чжихён, и Син Хэрян не знали, во что ввязываются. Я так вообще сорвал джекпот: через пять дней после трудоустройства станция начала тонуть, а пациенты оказались либо сектантами, либо психами с проблемами самоконтроля, либо людьми, которые давно спустили мораль в унитаз.

Я не удержался и задал вопрос:

— И все-таки, какое у вас осталось впечатление от первого дня на станции?

Син Хэрян немного подумал, потом ответил:

— Я тогда решил: «Ну не так уж все и плохо. Ожидал куда большего бардака».

С первого дня коллективное избиение, и это «не так уж плохо»? Я опешил:

— Серьезно? А чего же вы ожидали?

— Чжихёк сказал: здесь чувствуешь себя так, будто оказался безоружным в самой гуще гражданской войны. А как прошел первый день на станции у вас, доктор?

— Ну… переживал, как буду открывать клинику в одиночку, но в целом ничего ужасного не случилось, — промямлил я.

Если вспомнить, то да, первый день не показался мне катастрофой. Интересно: у остальных такие же впечатления? Я повернулся к Чжэхи — уж очень хотелось узнать, что он думал, когда сюда устраивался.

— Чжэхи, а вы знали, куда попали?

Он улыбнулся, выпрямился и спокойно ответил:

— Я устроился сюда, потому что Церковь Бесконечности мне приказала.

Без комментариев. Я тяжело выдохнул.

Чжэхи посмотрел на меня с легкой жалостью и добавил:

— Наш спаситель еще ни одной зарплаты не получил, а тут уже такое. Завтра ведь расчетный день.

— Да хоть вообще без зарплаты, лишь бы выбраться отсюда, — сказал я, и это было чистой правдой.

Чжэхи какое-то время молча глядел на Син Хэряна, потом спросил:

— Завтра тоже пойдете играть?

— В этом месяце не пойду, — равнодушно ответил Син Хэрян.

Вид у него был такой, будто азартные игры его мало прельщали. Ладно бы он сливал там всем подряд, но ведь играет он, как говорят, хорошо. Что, надоело выигрывать?

— Эти игры что, регулярно проходят? — спросил я.