Чтение онлайн

Син Хэрян приподнял бровь и пояснил:

— Каждое первое число, как только падает зарплата. Обычно собирается человек двадцать — из шахтерской бригады и из инженерных команд. Играют в покер или маджонг. Скажите, к вам уже кто-то подходил с просьбой одолжить денег или предложением сесть за стол?

Он спросил это на полном серьезе. Я сразу вспомнил своих пациентов из Deep Blue и, будто защищая их, сказал:

— Пока что нет. Я ведь здесь совсем недавно, зарплата в этом месяце смешная будет. А вообще зачем устраивать эти игры?

— Жизнь на станции однообразна. Если нет хобби, делать попросту нечего. Лучше бы спортом занимались, но даже этого не делают.

Да хоть бы зубной нитью баловались, толку было бы больше. Вот это нормальное и полезное хобби — во всяком случае, для их зубов.

— Есть такие, которым без ставок играть скучно до безумия. Особенно в день зарплаты — там ставки максимальные, — сказал Син Хэрян.

— А участие добровольное?

— Я, например, играю только раз в три месяца.

Ого. Реже, чем я ожидал. Я-то думал, он там завсегдатай.

— А вы как выигрываете? — спросил я осторожно, не особо рассчитывая на ответ.

Может, карты его любят? Или у него там целая система расчетов в голове?

Син Хэрян даже не моргнул:

— Жульничаю.

Я аж завис, а Чжэхи сначала застыл с открытым ртом, а потом ухмыльнулся. Видно, впервые об этом слышал.

— Если слух пойдет, Хао Ран вас прикончит, — довольно протянул он.

— Пусть попробует, — спокойно бросил Син Хэрян.

АЗАРТНЫЕ ИГРЫ

Часть 2

— А если вас на жульничестве поймают, что будет? — заинтересовался и я.

Син Хэрян только усмехнулся. Похоже, пока он ни разу не попадался. Удивительно. Но ведь там же зарплаты на кону. Попадись он, его бы точно избили до полусмерти. Хотя я сильно сомневался, что за тем столом вообще найдется кто-то, кто решится отделать Син Хэряна. Карточный шулер как ни в чем не бывало сказал:

— На одном везении далеко не уедешь.

Ну да. А я-то чего думал? Поверил в сказку, будто он выиграл право дать название острову одним везением. Наивный.

Чжэхи глянул на него с любопытством:

— А бывало, что выигрывали чисто на удаче?

— Бывало.

— И что приятнее: выиграть честно или жульничая?

Син Хэрян пожал плечами:

— Без разницы. Деньги есть деньги.

Вот оно как. Я-то шулеров только в кино видел: карты в рукаве, зеркала, сигналы.

Лично я никогда не доверял удаче: когда ставил на нее, почти всегда обжигался, поэтому меня поражал сам факт, что люди играют в азартные игры. Как можно ставить на кон деньги, добытые потом и кровью? Причем за столом всегда найдется парочка шулеров. Я бы туда сунулся и сразу остался бы без штанов.

— А подсадных используете? — не удержался я.

Он покачал головой:

— Среди моих людей нет тех, кто мог бы потянуть такую роль.

— А Чжихёк или Эён?

— Обоих пробовал — толку мало. От Чжихёка больше пользы, если он просто стоит сзади с кислой рожей. А Эён я вообще не хочу таскать на такие сборища.

Син Хэрян на секунду задумался и вдруг добавил:

— Если уж кто из наших и подошел бы… так, пожалуй, Чжихён.

Чжихён? Ли Чжихён из команды «Ка»? Человек, который, скорее всего, в покере полный ноль?

— Не думаю, что Чжихён для этого подходит, — заметил я.

— Именно поэтому и справилась бы, — спокойно ответил Син Хэрян.

Пока я обдумывал этот странный довод, Чжэхи встрял:

— А как же замком?

— Слишком честная. По лицу сразу видно, что у нее на уме.

Чжэхи ткнул пальцем в себя:

— А я?

Син Хэрян некоторое время молча смотрел на него, потом вздохнул:

— Ты чересчур бросаешься в глаза. Все решат, что это подстава. Если мы сядем за один стол, а ты будешь таращиться на людей и улыбаться, никто играть не станет.

— Хм. Я ведь и правил-то толком не знаю. А если я не буду улыбаться?

— Тогда народ разбежится еще до игры.

Я невольно усмехнулся. Да они вдвоем за столом выглядели бы как матерые шулеры, готовые ободрать всех подчистую. Особенно Чжэхи: глянешь на его протез и в голову полезет что угодно, от «прячет карты в пальцах» до «поймали на шулерстве и отрубили пальцы». На деле, конечно, несчастный случай, но вид у него такой, что поневоле поверишь в страшные истории.

Но при его вечном безразличии, татуировке на шее и ядовито-красных волосах он уже с порога производил впечатление карточного гуру. Сиди да молчи, и все поверят.

— А как вы… Точнее, нет, это, наверное, коммерческая тайна, так что не буду лезть. Но можно хотя бы спросить, где вы такому научились?

Сказал и сам удивился. Считается ли шулерство коммерческой тайной? Это что, тоже к интеллектуальной собственности относится? Син Хэрян, тебе вообще такое мне рассказывать можно? Если я где-нибудь брякну, тебя потом не повяжут?

— Дед, — спокойно ответил Син Хэрян. — После пары рюмок он начинал учить нас вот таким вот штукам.

Что ж за дед такой, уважаемый господин? Сидел, выпивал прямо рядом с детьми и обучал их шулерству? И рядом не нашлось никого из взрослых, кто бы это пресек?

Мой дед в доме престарелых, помнится, в хато34 резался. Может, и во мне дремлет талант к шулерству, о котором я даже не подозреваю? Хотя вряд ли.

Я вздохнул и спросил:

— А этому любой может научиться?

— У кого ладонь побольше, тем проще. — Син Хэрян расправил пальцы, как пианист, берущий октаву.

Пораженный его спокойной откровенностью, я засыпал его вопросами:

— До станции тоже играли?

— Хотите верьте, хотите нет, но впервые я попробовал именно здесь.

Я однажды соврал родителям и прогулял урок, и то сердце в пятки ушло. А он впервые в жизни кинул людей на деньги перед толпой свидетелей? Неужели не страшно был?

— На играх много пьют, курят, мат-перемат?

— Да.

— А бывало, что проигравшие требовали вернуть деньги?

— Да.

— И вы возвращали?

— Нет.

— А кто-нибудь когда-нибудь переворачивал стол?

— Да.

— Вы?

— Нет.

Наверное, я и правда пересмотрел боевиков. Там же как: стоит кому-то проиграть — и вот уже стол летит вверх ножками...