Станция спасенных грез
Шрифт:
Восторг охватил меня. Я протянул руку к перламутровой сфере, но та испарилась, оставив после себя запах кедровых орехов и мяты. Совсем как... СОВСЕМ КАК ТОТ, КОТОРЫЙ Я ЧУЯЛ ПО НОЧАМ! Совсем как тогда, когда дядя Коля семенил по платформе. Совсем как в ночь его смерти... Густой, резкий запах кедра и мощный аромат мяты, от которого слезились глаза.
Но от этого ли?
– Оул?
Я моргнул и одним скользящим движением вытер глаза.
– Да просто...
– я предательски шмыгнул.
– Запах этот. Мята... Ну, резкий такой.
Туман кивнул.
– Да, резкий.
– И за это я был ему благодарен.
– Не сразу привыкаешь.
– Куда она исчезла?
– спросил я, меняя тему. Правда, вышло немного обиженнее, чем я планировал.
– Не торопись! Ишь, захотел чего. Это твоя первая в жизни фанталь. Я вообще удивлен, что ты смог создать ее.
– Что, я так плох?
– Нет, просто мало кому удается. Она была слаба. Контуры никакие, содержимое - тоже. В общем, нежизнеспособна.
Несмотря на неприятные ассоциации, в душе я ликовал. У меня получилось сделать настоящее заклинание! И это намного интереснее, чем... Чем...
О Господи. Я же о чем-то думал. Когда создавал фанталь. Что это было? Куда оно пропало?! Подвиг? Полет в небе? Спасение мира? Я НИЧЕГО НЕ ПОМНЮ!
– Туман.
– Еле живым голосом сказал я.
– А. Вижу, понял.
– Куда делось то, о чем я... Э-э-э... Фантазировал?
Впервые что-то смогло обмануть мою память и выветрилось, не оставив ничего.
– Туда же, куда и фанталь.
– То есть?
Хорек развел лапками.
– То есть - в никуда. Именно поэтому все Хранители Грез сперва обучаются на фантазиях и лишь потом - и только в крайних случаях!
– используют мечты.
У меня перехватило дыхание.
– А фанталь уже все?
– Эта - все, - кивнул Туман.
– И не вернуть?
– Нет.
– У-у...
И как-то сразу стало грустно. Все-таки у любой медали есть обратная сторона.
То есть, выходит, вот так просто можно взять и лишиться мечты? Да это же опасно! Чем я стану лучше дымчатых, лишенных грез? Быть таким же?.. Ради чего?!
– Я знаю, о чем ты думаешь. О чем переживаешь. Именно потому я и обучу тебя - не бояться. Сохранять мечты и считаться с ними. Беречь их. Не только свои. Всех людей, за которых ты отвечаешь.
– Но мечты! Пропадут!
– вскричал я, расстроенный двойной неудачей - лишением фантазии и лопнувшей фанталью.
– Ты научишься беречь их, - с нажимом повторил Туман.
– И ухаживать за ними. Прибегать к мечтам в последнюю очередь. Но это потом. Ну, чего расстроился?
Я пнул камень. Тот слетел с платформы и звонко ударился о рельсу.
– Несправедливо как-то... Можно же и опустошиться.
Глаза Тумана сузились.
– Именно это произошло с жителями, да?
– спросил я.
– С бабушкой, с дедушкой.
– Да. Но эти мечты можно вернуть.
– Но ты сказал, что они пропадают!
– Потраченные на фанталь - да. Но не во всех случаях. Мечты же сами по себе никуда не пропадают. Закон сохранения энергии, Оул. Их пожирают Едоки. Убей его, и ты вернешь мечту. Этим тебе, кстати, тоже предстоит заниматься. Убей вовремя, пока Едок не украл мечту! А если и украл, то не дай ему отправить мечту Хмури, иначе он займется кражей следующей.
– То есть?
– Съев одну мечту, Едок становится сильнее, съев вторую - он начинает терять контроль. Сила переполняет его. Потому он отправляет мечту Хмури, оставляя себе первую, которая делает его мощнее. А Хмурь копит мечты. Однажды она переполнится и не сможет впитывать новые. И тогда... В общем, Едоков надо убивать.
У меня заболело в висках.
– Потрясающе. Я еле-еле создал фанталь, она сразу исчезла, зато мне НАДО УБИВАТЬ ЖУТКИХ МОНСТРОВ, которые... Которые дядю Колю...
– Научишься!
– сказал хорек, отсекая мое недовольство.
– Ну, давай еще попытку. Чтобы не было, как в первый раз, придумай что-то прямо сейчас. Что не расстроит тебя после исчезновения. Выудив фанталь, попробуй ее удержать.
– Как?
– Ну, например, представь, что она в защитном коконе. Или имеет толстый контур. А потом попытайся вобрать ее обратно в себя. Только не спрашивай, как...
Хорошо, что он предупредил. Я вовремя успел прикусить язык.
– В нашем деле важна визуализация. И вера. И чем тверже вера, тем проще будет постигать умения. Закрывай глаза.
Вдали стучали колеса поезда. Я представил, как он мчит по поверхности Луны, а вокруг - необъятные просторы космоса, холодного и колючего.
На Луне светло, поверхность неровная, поезд едет прямо по тверди, колеса погружаются в мягкую пыль...
Поезд проносился мимо.
Повсюду барханы и кратеры, насыпи пыли, пустые русла рек, вдалеке - дивные хребты гор, намного выше земных, а сам я, оказывается, еду по дну моря.
Так, надо определиться: либо дно моря, либо более высокая точка, где я смогу видеть все остальное. А то нелогично.
Фантазия искажалась и менялась. Слайды перескакивали туда-сюда, будто календари с двойными картинками-голограммами, и я никак не мог выбрать, на чем остановиться. Когда закружилась голова, я таки решил, что буду где-нибудь выше, чем морское дно. Так можно разглядеть больше необычного.
Картинка обрела статичность.
Я сложил руки вместе, ладонь к ладони, и повел ими вверх, словно выныривал из воды. Поезд, дно, кратеры, Луна - все осталось далеко внизу. Плавно, аккуратно, размеренно. Как на большом воздушном шаре. Я смотрел на бледную сферу, ставшую не больше арбуза. Как удобно! Можно сразу и взять!
Я протянул руки и бережно ухватился за Луну. Теплую, будто вытащенную из печки. Не оборачиваясь, сверху вниз рассек звездную поверхность мыслью, и когда обернулся, примерно знал, что меня ожидает. В ледяной тьме космоса зияла брешь, аккуратная, практически хирургическая. Ее просвет мерцал сине-зеленым. Я вытолкнул фантазию прямо туда, и, как только Луна скрылась в разрезе, открыл глаза.
Фанталь получилась странной - неровной и бугристой. Подрагивала. И совсем не походила на аккуратную форму далекой Луны. Я присматривался, еще не осознав, хорошо получилось или плохо. Фанталь подрагивала в такт колесам поезда. Но тот проехал без остановки. И чем дальше уносился состав, тем слабее билась фанталь. Как будто бешено колотящееся сердце потихоньку восстанавливало спокойный ритм.
Все тише и тише. Пульсация почти прекратилась. Фанталь замирала. Ой, а о чем она? Как бы не...
– Ай!
СНОВА ЛОПНУЛА! Возникло облачко не то пара, не то дыма или тумана. Все нутро заполнилось едким запахом мяты и кедровых орехов.
– Отвлекся...
– я решил опередить хорька и признать свою вину, показать, что и сам все прекрасно понимаю.
– Понимает он, - оскалился Туман. Мне все больше начинало казаться, что он умеет читать мысли.
– Ты не только рассеян. Умерь свое любопытство. Хотя бы в такие моменты. Сосредоточенность и вера - все, что тебе нужно.