Чтение онлайн

Солнце сегодня пекло нещадно. Морщась от головной боли, я шел по Зеленой, держась тени деревьев. Не зря эту улицу прозвали именно так - в каждом дворе росла либо ива, либо клен, либо тополь. Дома стояли тесно, кроны деревьев тянулись друг к другу и сплетались, образуя непрерывную зеленую аллею, шелестящую на ветру. На улице никого не было.

Пустота.

Под ногу попался камень в форме... Как будто взяли облако дыма и сделали слепок. Вот такой. Я в сердцах пнул его.

В районе затылка расцвел импульс боли. Я остановился и схватился за забор. Аккуратно, цепляясь за каждую доску, прошел к лавке, что стояла возле какого-то дома, и сел. Вряд ли хозяева будут против.

В ушах звенело. Я зажмурился и спрятал лицо в ладонях. Не помогло. Звон никуда не делся. Наоборот, он стал громче и превратился в дребезжание. Оно нарастало. Меня охватила паника. А ЧТО ЕСЛИ НОВЫЙ ПОЕЗД ВДРУГ СЕЙЧАС С ПЛАТФОРМЫ СОЙДУТ ИЛИ СХОДЯТ ТЕ САМЫЕ ЕДОКИ И НАПАДУТ НА ДЫМЧАТУЮ НАДО СРОЧНО К ДЯДЕ КОЛЕ!

БРЕНЬК.

Что это?

БРЕНЬК. БРЕНЬК.

Что-то знакомое.

БРЕНЬК-БРЕНЬК-БРЕНЬК.

Нет, это не поезд.

– Привет, мечтатель! О чем задумался?

Я поднял голову.

– Ой, теть Даш, здравствуйте...

Сидя на лавочке, я воспринимал ее как еще одно высокое дерево. На которое повесили много-много побрякушек.

Так вот что звенело! НУ КОНЕЧНО ЖЕ!

– А вы... Тетя Даша!!!
– выкрикнул я, пораженный внезапному открытию.

– А кто же еще?
– рассмеялась мамина подруга.

На ее лице не было никакой тени. Глаза ясные, без помутнений. Да что там говорить - она первой подошла ко мне и поздоровалась! И речь: она почти всегда задавала вопрос. Любой. Будто боялась, что беседа прервется и заглохнет.

Растерянный, я готов был обнять эту женщину. Радость переполняла. Тетя Даша... Вернулась? Стала прежней?

Значит, лекарство существует... Не могла же эта напасть исчезнуть просто так.

– Да что с тобой, Сашка?

– Просто... Просто рад вас видеть. Соскучился по всем очень!

– Мама с тобой?

Ох уж этот интервьюер...

– Нет, уехала.

Тетя Даша поджала губы.

– Одна?

– Да.

Не хотел говорить об этом. У меня было другое желание - не терпелось как можно скорее сообщить Тину радостную новость.

– Ну, я побегу!

– Беги-беги, - улыбнулась тетя Даша и взмахнула рукой. Браслеты послушно зазвенели.
– Еще увидимся. Правда?

– Конечно!

Я побежал к Тину. Неужели дело сдвинулось с мертвой точки? Ведь возвращение тети Даши - это настоящее открытие!

Неладное я почуял уже во дворе Мишкиного дома: повсюду валявшиеся провода смотаны и брошены в одну лохматую кучу, гараж заперт, машины нет. Дома никого. Но самое главное - отсутствовал Винтик. Там, где раньше стоял отсвечивающий каркас, остались следы примятой травы. От них шли две глубокие борозды, ведущие к гаражу. Туда, где обычно стоял автомобиль. Сейчас его не было.

Наверняка, Тин уже на заводе, раз не выходит.

Не ошибся. Пробираясь через заросли крапивы, я слышал скрежет ножовки по металлу. Полог был откинут в сторону. Тин согнулся и распиливал трубу, прижимая ее ногой.

– Мишка...
– поток радости так захлестнул меня, что я продолжил не сразу.
– Тетя Даша!

И никаких "КТО СЕГОДНЯ?"!

Тин отложил ножовку и посмотрел на меня. Он почесал подбородок, оставив на коже масляные следы и прилипшую к ним металлическую крошку.

– Что?

– Она стала нормальной!

– Как так?

– Даже и не знаю.

"Даже и не знаешь?" - спросил я сам себя. Почему-то голосом хорька.

И тогда меня озарило. Вспышка понимания едва не расколола мой череп пополам. Я покачнулся.

Ночь. Хорек.

"Только что к кому-то вернулась мечта".

– Что-что?
– переспросил Мишка.

Неужели я сказал это вслух?!

– Да это...

Я замялся. Тин явно был не в духе.

Рассказать? Нет, не лучшее время. Он не поверил в поезда, так с чего бы верить в остальное?

– В общем, с ней все нормально!
– заверил я, стараясь не смотреть другу в глаза.

– А с остальными?
– его голос дрожал. Точнее, он напоминал натянутую струну. Дерни посильнее, и она порвется.

– Только с тетей Дашей...

– А.

Я заметил, что и Тин не спешит поднимать глаза. Он пнул моток алюминиевой проволоки.

Что с ним такое?

– Ничего. Думаю, все наладится, Мишк. Ведь началось уже...

Он ухмыльнулся. Желчно и обреченно.

– Не мешало бы.

Я не ответил. Тин схватил ножовку и вернулся к работе. Его движения были резкими, отрывистыми и неловкими. Руки дрожали. Спустя полминуты он отбросил ножовку, рывком снял очки и скинул их на землю. Едва слышно выругавшись, Мишка проковылял к сиденью и опустился вниз. Схватился за волосы, ладони погрузились в кудри по самые кисти.

– Ты чего?
– спросил я.

Тин молчал. Его плечи содрогались. Он плакал.

Я подбежал к нему и сел рядом.

– Мишка! Что случилось?!

Мое сердце колотилось так, что стало больно в груди. По телу пробежал озноб. Догадывался ли я в тот момент, что произошло? Пожалуй. Боялся ли тогда признаться в этом? Еще как.

– Отец.

– Что?
– внутри меня как будто лопнул ледяной пузырь. Моя кровь стала ниже нуля, вены превратились в прорубленные в вечной мерзлоте тоннели, по которым пустили алую перемороженную жижу.

– Он... Всё...
– Мишка гнусавил и громко всхлипывал.

– ЧТО?!

Неужели ты лишился еще и отца? Боже, нет, только не это, ПОЖАЛУЙСТА!

– Теневик!

От сердца, конечно, отлегло, но...

– Как?!
– вскричал я.
– С чего ты решил?

Дядя Володя был одним из немногих островков среди нетронутых людей. Мы надеялись на его смекалистый ум и планировали привлечь к нашему расследованию. Помочь ему вырваться из депрессии.

– Это случилось утром, - рассказал Тин.
– Он проснулся уже никакущий... Обычно варит кофе, а тут пожевал вчерашний бутерброд, запил водой и уехал. Забрал с собой робота, компьютер и часть инструментов. Сказал, что сдаст за ненадобностью.