Чтение онлайн

Обстоятельства международного положения Англии, влияние Анны Болейн и Томаса Кромвеля, подспудно взращивавших у короля мысли о том, что он стал религиозным реформатором, как пишет К. Хейг, привели к тому, что Генрих VIII пошел на контакты с лютеранами и обсуждение с ними доктринальных вопросов, что ранее казалось немыслимым. На эти действия короля толкала и опасность международной изоляции Англии{813}. Затем в январе 1536 г. умерла Екатерина Арагонская, католические Франция и Испания были заняты европейскими делами — Франциск I в феврале 1536 г. захватил Савойю, Карл V увяз в Италии, и желание пойти на уступки лютеранам у Генриха VIII заметно ослабло, но король соглашался сохранять контакты с ними{814}.

Изменилась и обстановка при дворе после выкидыша у Анны Болейн в январе 1536 г. Протестантский историк XVI в. Джон Фокс всячески восхвалял добродетели и набожность Анны Болейн, что трудно согласовать с большинством свидетельств остальных современников. Сварливая Анна вызывала всё большее недовольство, и группа консервативных по убеждениям придворных во главе с Николасом Кэрью (Carew) проталкивала к Генриху VIII новую кандидатуру в жены — Джейн Сеймур. Эта группировка предлагала королю жёсткую позицию в отношении дальнейшего распространения протестантизма. К ним неожиданно примкнул Томас Кромвель, уже считавший Анну Болейн проигравшей и опасавшийся разделить её судьбу, не переставая быть сторонником религиозных реформ{815}. По инициативе Кромвеля 29 апреля 1536 г. был арестован один из музыкантов Анны, и в ходе последующих активных допросов «признался» в сексуальных контактах с ней. После этого Анна, её брат лорд Рочфорд с их ближайшими друзьями в первых числах мая были отправлены в Тауэр. Николас Кэрью планировал только развод с Анной, а Кромвель создал условия, когда она со своими мнимыми любовниками была казнена. Кромвель затем избавился от группировки консерваторов, с которыми он был в сговоре. Они убедил Генриха VIII, что эти люди уговаривают его дочь от Екатерины Арагонской Марию не признавать короля главой церкви. Мария под давлением подчинилась требованиям о признании короля главой церкви, чтобы спасти их, но её удалили от двора, и эти консерваторы потеряли влияние на Генриха VIII. Кромвель же заполнил окружение короля протестантами из числа своих сторонников{816}.

Для поддержания возможности заключения союза с лютеранами король своей волей навязал конвокации принятие 10 статей, трактовавших вопросы доктрины, которые были опубликованы в августе 1536 г. К. Хейг отмечает, что историки толковали эти статьи и как свидетельство распространения лютеранских взглядов, и как показатель того, что консерваторы в церкви сопротивлялись — по его мнению, в этих статьях проявились следствия и того, и другого{817}. Как пишет К. Хейг, 10 статей несут в себе все признаки поспешно составленного промежуточного по характеру соглашения, в котором трудные вопросы пришлось замолчать или отложить. В них признавалось лютеранское оправдание верой, сопровождавшееся различными оговорками. В конце августа 1536 г. Кромвель выпустил также «Предписания» духовенству, где впервые в истории церкви Англии появилось распоряжение ректорам в приходах обеспечить возможность для прихожан читать текст Библии и на латыни, и по-английски, но епископы молчаливо игнорировали это предписание, чему помогло Северное восстание 1536 г.{818}

В марте 1536 г. было объявлено о роспуске малых монастырей. Король в это время не стремился к религиозной реформе, а искал новых доходов, потратившись ещё и на подавление ирландского восстания 1534 г.{819} Уже на этой стадии к Томасу Кромвелю стали обращаться знать и джентри с просьбами предоставления монастырской земли, но были также и просьбы о сохранении любимых монастырей. Как отмечает К. Хейг, все детали прохождения через парламент билля о подавлении монастырей неизвестны, но Тайный совет предчувствовал возражения на этот билль даже в палате общин, и, предположительно, в этой палате билль представлял лично Генрих VIII, чтобы обеспечить его прохождение{820}. Даже на этой стадии К. Хейг не видит в политике Генриха VIII намерения полностью ликвидировать монастыри. Известны факты, что некоторые монастыри тогда откупились от роспуска. Более того, король из нескольких распущенных монастырей, собрав монахов, учредил новые монастыри, объединив их{821}.

Окончательное решение о подавлении монастырей К. Хейг датирует весной 1538 г., и тоже связывает его с событиями во внешней политике: сближением Франции и германского императора Карла V, что побуждало Генриха VIII на уступки лютеранам. Из-за отказа подчиниться королевской политике были казнены аббаты монастырей в Колчестере, Гластонбери и Ридинге, часть бывших монахов оставили без пенсий{822}.

Оценивая взгляды Генриха VIII, К. Хейг отмечает, что король понимал практически-политическую целесообразность движения навстречу протестантам, но при этом в своих религиозных взглядах не отказывался от веры в действенность месс за страдающие в чистилище души, был впечатлён «Благодатным паломничеством» 1536 г., за которым стояли 40 тыс. участников, что формировало у него недоверие к новациям, страх перед новыми внутренними конфликтами{823}. При оценке восстаний 1536–1537 гг. на севере Англии К. Хейг призывает не забывать, что их участников объединили религиозные лозунги, и они были уверены, что выступили в защиту дела Божьего. Свое знамя с пятью ранами Христа они приняли не из-за каких-то соображений удобства, а под влиянием убеждений. Светские требования восставших были, но его мнению, позднейшими добавлениями к исходным религиозным требованиям, а не наоборот. Восставшие восстановили по крайней мере 16 из 26 северных монастырей, распущенных к тому времени. У современников из этого региона страны было ощущение, что все восстание — дело рук монахов{824}. По результатам северных восстаний было казнено 47 человек в Линкольншире, 132 участника северного «паломничества», 74 были повешены во время военных действий{825}. В южных графствах Англии обнаруживались следы сочувствия северным восстаниям и были попытки поднять волнения, заканчивавшиеся казнями организаторов{826}.

Генрих VIII не желал далеко идти в уступках лютеранам — на переговорах с ними консервативные епископы отказывались отменить безбрачие духовенства, ввести причастие под обоими видами, отменить частные мессы, и король поддерживал этих епископов{827}. На этой стадии своей политики, как пишет К. Хейг, король переключился на другой «модус» в своем поведении, выискивая еретиков и благосклоннее относясь к консерваторам. Генрих VIII не принимал лютеранской доктрины оправдания верой, был сторонником учения о свободе воли в духе Эразма Роттердамского и флорентийских платоников, был против устной исповеди, а в целом в своих религиозных взглядах старался оставаться при своем собственном мнении. Дж. Скарисбрик называет Генриха VIII пелагианцем, а созданное при нем церковное устройство «католицизмом без панства»{828}.

По мнению К. Хейга, король был умелым политиком, который намеренно поддерживал противоборствовавшие религиозно-политические партии в динамическом равновесии. В такой обстановке пытался активно маневрировать Томас Кромвель, подставляя для расправы Генриху VIII тех консерваторов, которых можно было представить как опасных папистов, очистив от консерваторов ближайшее окружение короля. Но королю надо было ещё подбросить на уничтожение также еретиков, и Кромвель вынужден был отдать на заклание Джона Ламберта, известного кембриджского протестанта, за отрицание реального присутствия Христа в Евхаристии, который был сожжён 22 ноября 1538 г. Была также выпущена прокламация, требовавшая от анабаптистов в течение 10 дней убраться из страны, а также запрещавшая печатание и ввоз в страну Библии на английском языке, настаивавшая на признании учения о реальном присутствии Христа в Евхаристии, соблюдении всех церемоний в церкви, о том, что церковные служители не должны заключать браки и это противно Писанию{829}. 

В ноябре 1538 г. папа Павел III обнародовал своё решение об отлучении Генриха VIII от церкви и призвал к организации крестового похода против Англии. После этого в религиозной политике, полагает К. Хейг, Генрих VIII придерживался мнения, что нужно проводить такую линию, которая не дала бы повода для организации католиками против Англии каких-либо военных действий, что привело к принятию в 1539 г. в качестве парламентского статута консервативных по характеру «Шести статей» по религиозном вопросу. Против протестантской политики Томаса Кромвеля интриговали герцог Норфолк и епископ Гардинер. Генрих VIII в это время развёлся со своей четвертой женой Анной Клевской, которая происходила из полулютеранской семьи северогерманского герцога Клевского, и консерватор герцог Норфолк «подставил королю в жёны свою племянницу Екатерину Хауэрд». Весной 1540 г. Кромвель боролся за свою жизнь, но Генрих VIII всё же дал согласие на его арест и обвинение в измене. 28 июня 1540 г. Кромвель был казнён, а 30 июня были казнены еще три протестанта. С этого времени Генрих VIII прекратил переговоры с немецкими лютеранами и законодательно запретил исповедовать некоторые лютеранские верования. К. Хейг считает, что в это время в религиозно-политической жизни Англии закончилась стадия, которую он называет «первой реформацией»{830}.

Генрих VIII маневрировал во внешней политике. По его поручению консерватор епископ Гардинер ездил в Германию, делал вид, что разрыв Англии с Римом может быть не окончательным, пробыл там до июня 1541 г. и вёл переговоры с Карлом V о европейских делах и о Франции{831}. Король при этом не отказывался от использования Библии на английском языке, но выразил намерение исправить Большую Библию 1539 г. от протестантских акцентов в переводе. К. Хейг полагает, что усиление консервативных настроений у короля в это время проявилось также под влиянием широко проявившейся враждебности к религиозным преобразованиям в народе. Генрих VIII отвергал только те протестантские доктрины, которые не находили отклика у многих священников и прихожан: об отрицании пресуществления во время Евхаристии, отрицании целибата духовенства, исповеди, месс по обету. Консервативные настроения в эти годы возобладали и в центре, и на местах, и традиционная приходская религия существовала в прежнем виде с малыми уступками реформам{832}. В целом, как считает К. Хейг, народная религия под влиянием «первой реформации» заметно не изменилась{833}. После казни Томаса Кромвеля Реформация даже казалась обратимой{834}. В Кентерберийской епархии в среде духовных лиц и части мировых судей составился консервативный заговор против архиепископа Кранмера с целью сместить Кранмера или заставить его активнее преследовать еретиков{835}. В то же время К. Хейг находит ряд признаков того, что Генрих VIII лично не давал консерваторам окончательно возобладать в церкви и прямо заступался за архиепископа Кранмера{836}.

Пересмотр доктрины церкви в консервативном направлении привел к появлению в мае 1543 г. сочинения под названием «Необходимая доктрина и эрудиция для каждого христианина», которое называли ещё «Книга короля», поскольку она была составлена под руководством монарха и выпущена по его распоряжению. Ей была придана сила закона, и, согласно её распоряжениям, ограничивалось чтение Библии, разрешавшееся теперь легально на родном языке только представителям социальных верхов. К весне 1543 г. из завоеваний Реформации в Англии сохранились, в сущности, только разрыв с Римом и диссолюция монастырей{837}.

Существует мнение, что после того, как в 1541 г. была казнена за измену супругу Екатерина Хауэрд и в июле 1543 г. Генрих VIII женился на Екатерине Парр, открылась новая возможность влияния на короля со стороны протестантов{838}. Но К. Хейг полагает, что преданность Екатерины Парр протестантизму поначалу не была очевидной — эти черты в ней раскрылись позднее и преувеличены историками. При дворе также укрепил свои позиции протестантски настроенный герцог Гертфорд. С его помощью было выдвинуто обвинение в папизме против нескольких членов семейства Томаса Мора и их друзей, сюда же попал племянник Гардинера, в результате чего 7 марта 1544 г. семеро из них были казнены{839}. Но, как считает К. Хейг, в 1544 г. консерваторы не потеряли контроль над королем, «поскольку и ранее никогда в действительности не имели его».