Чтение онлайн

– Ради всего святого, скажи мне!

Мой голос был громче, чем я хотела.

Он моргнул и отвернулся.

– Я клянусь, что она ничего не знает, Каро. Это просто…

Он сделал паузу.

– Просто что?

– Кое-какое дерьмо, которое говорил мой отец. Это ничто.

– Расскажи мне!
– сказала я решительно.

Себастьян злобно на меня посмотрел.

– Мой отец сказал, что ты горячая цыпочка и что ты не была бы такой скованной сучкой, если бы твой муж хорошо трахал тебя.

Меня затошнило.

Я подошла к раковине на кухне и наклонилась над ней.

– Так... так люди думают обо мне?
– пробормотала я.

– Нет! Боже, нет! Мой отец - мудак, Каро. Никто не думает так. Митч, Билл, Чес - все они считают тебя замечательной. Я имею в виду, да, они думают, что ты красивая, но кто так не думает? Но я уверяю, что они никогда не говорили ничего подобного!

Я медленно выпрямилась и повернулась к нему лицом. Он стоял с вытянутыми руками, как будто хотел прикоснуться ко мне, но боялся.

– Ты голоден?

Он был смущен внезапной сменой темы, уходящей от моего самобичевания.

– Голоден?

– Да. Ты ел сегодня в клубе?

Его руки опустились по бокам, и на мгновение он устало закрыл глаза, прежде чем подошел ко мне и обнял.

Я пыталась сопротивляться, все еще расстроенная из-за слов его отца.

– Каро, не отталкивай меня.

Он обернул руки вокруг моих плеч и держал меня.

– Извини, ладно. Извини, что рассказал тебе то, что сказал этот мудак. Черт, ты должна услышать, как он иногда называет меня... ну, может, и нет. В любом случае я больше не обращаю внимания. Важно только то, что мы вместе, хорошо?

Я не ответила.

– Хорошо?
– спросил он более решительно.

Я сделала глубокий вдох.

– Хорошо, - согласилась я тихо.

Он поцеловал меня в волосы и улыбнулся.

Мы стояли так несколько минут, наслаждаясь моментом покоя.

– Так ты голоден?
– спросила я снова.
– Ты ел сегодня?

Он закатил глаза, и я улыбнулась.

– Нет, мы были завалены работой - у меня не было времени.

– Я сделаю тебе что-нибудь поесть: лингвини, песто и кедровые орехи, хорошо?

– Ты не должна готовить для меня, Каро, - сказал он, слегка нахмурившись.

– Я хочу. Кроме того, ты не ел... и тебе понадобится энергия.

Я ухмыльнулась, и он все понял.

– Ну, в таком случае, да, я голоден.

Он отодвинул стул и сел за стол, наблюдая за мной.

– Итак, как работа? Что-нибудь интересное случилось сегодня?

Я была решительно настроена, чтобы у нас был нормальный разговор.

– Я сдал на свой сертификат по оказанию первой медицинской помощи сегодня утром. Нужно было показать то, что я уже делал в клубе серфинга, поэтому было довольно легко. С этого момента я буду в основном работать с Чесом в бассейне.

– Тебе не нравится обслуживать столики?

– Не очень, я бы лучше был снаружи.

– Ты уверен, что это не просто шанс впечатлить скучающих, озабоченных жен военных своим великолепным телом?

– Есть только одна женщина, которую я хочу впечатлить, - сказал он, вернув улыбку.

– И как у тебя обстоят дела с ней?

– Ну, некоторое время я находился в опасном положении, я полагаю, но сейчас она готовит мне ужин, поэтому, я думаю, что все в порядке. Как прошел твой день?

– Хорошо. Я закончила еще одну статью и запланировала другую. Я переживала, что может не хватить материала, но у меня достаточно идей, чтобы написать целую книгу. Ох, и я посмотрела кое-какие курсы фотографа в Нью-Йорке. Ты уже решил, какие классы хочешь взять весной?

Когда он не ответил, я оторвала взгляд от разделочной доски - Себастьян затих, раскачиваясь на стуле с огромной улыбкой на лице.

– Что?

– Я люблю, когда ты так говоришь.

Настал мой черед смутиться.

– Как так?

– Когда ты говоришь о том, что мы будем делать вместе - о нашем будущем.

Я опустила порванные листья базилика и посмотрела прямо на него.

– Себастьян, у меня не было будущего, пока ты не заставил меня задуматься о нем. Бог знает, как бы я продолжала так существовать. Но ты должен пообещать мне кое-что...

– Все что угодно, я пообещаю тебе все что угодно.

Я сделала глубокий вдох.

– Я хочу, чтобы ты пообещал мне, что когда ты... когда ты начнешь думать о другом будущем... без меня...

Его выражение лица изменилось, и глаза потемнели от гнева.

– Иисус, Каро, как ты можешь говорить мне такое?

– Нет, пожалуйста! Дай мне закончить. Мы можем игнорировать нашу разницу в возрасте, и однажды, когда... все изменится, я пойму. Я не хочу погрузиться в безразличие и неприязнь. Когда ты решишь уйти, просто... просто дай мне знак. Все, что я прошу.

Он уставился на меня.

Я была рада, что сказала это - мне нужно было сказать это, но Себастьян выглядел на самом деле разозленным.

– Каро, ты не понимаешь, что я чувствую к тебе? Я люблю тебя - это все, чего я хочу. Я хочу будущего с тобой - я хочу, чтобы наши жизни были связаны друг с другом. Я не ребенок - я быстро повзрослел. Я забочусь о себе сам уже долгое время. И я хочу заботиться о тебе.

– Я просто говорю, что пойму, когда это изменится.

– Не опекай меня, Каро, - сказал он, еще больше злясь.
– Ты думаешь, я не знаю, что означает брать на себя эти обязательства, но я знаю. Ты думаешь, что я откажусь от всего и затем пожалею об этом, но ты ошибаешься. Я видел, что такое несчастливый брак, я видел, как несчастны мои родители. Но когда я с тобой, я чувствую себя... таким невероятно счастливым, как будто мир, в конце концов, чего-то стоит. Я знаю, как это редко бывает, я видел это. Не отвергай мои чувства только потому, что... только потому, что я моложе тебя. Ты красивая, и добрая, и талантливая, и у тебя есть дар... люди тянутся к тебе, а ты даже не видишь этого. И это одна из черт, за что я люблю тебя.

Я вздохнула, чувствуя его боль в каждом слове.

– А что насчет детей, Себастьян?

Он моргнул несколько раз.

– Что насчет детей?

– Ну, ты на самом деле хочешь быть обремененным детьми в двадцать лет? Нет, я так не думаю. Ну, что будет, когда тебе исполнится тридцать, и ты захочешь детей, мне будет за сорок, и я буду слишком старой.

Он пожал плечами, стараясь выглядеть как обычно, но я могла сказать, что он был ошеломлен.

– Если ты хочешь детей, у нас будут дети.