Чтение онлайн

Это не были корабли йуужань-вонгов, - он увидел это сразу, - просто сборище И-крылов, транспортов и корветов.

Они вызывали его. Он включил связь.

–  Неопознанное судно, это Бригада Мира, - протрещал голос.
– Оставайтесь на месте и сдавайтесь, и вам не причинят вреда.

Они были слишком далеко, чтобы достать его. Это ненадолго. Энакин вернул крылья в исходное состояние, развернулся, дал газу и помчался к далекому зеленому буйству Явина 4.

Энакин выпрыгнул из кабины Х-крыла в безмолвную полутьму. Далекая черта неясного света обозначала вход, через который он влетел в место, которое было когда-то частью древнего храмового комплекса массасси, намного позже - центральным ангаром флота повстанцев, а теперь почти не использовалось, поскольку большинство кораблей, приземлявшихся в академии, садилось снаружи.

Энакин зашаркал своими летными ботинками по древнему каменному покрытию, и звуки шагов раздавались, словно тихое биение громадных крыльев. Он вдыхал запахи камня и смазки и более слабый мускусный аромат джунглей.

Из темноты кое-кто следил за Энакином.

–  Кто это?
– спросил голос, и слова заполнили пространство.

–  Это я, Кам. Энакин.

Что-то тускло блеснуло, зажегся ряд световых панелей. В десяти метрах стоял Кам Солюсар и вешал светомеч обратно на пояс

–  Я и думал, что это похоже на тебя, - сказал Кам.
– Но здесь на орбите уже несколько стандартных суток находится незнакомый корабль. Мы пытались сбить их с толку.

–  Бригада Мира, - объяснил Энакин.
– И у этого корабля появились друзья, около двенадцати. И они больше не сбиты с толку.

Говоря это, он приблизился к Каму, и вдруг его бывший учитель шагнул вперед, сжав его руку:

–  Я рад видеть тебя, Энакин. А ты? Ты что, один?

Энакин кивнул:

–  Тэйлон Каррд уже на пути сюда со своей флотилией. Он должен эвакуировать вас и студентов. Я думаю, дядя Люк не ожидал, что бригадники появятся так скоро.

Глаза Кама сузились:

–  Но ты ожидал, не так ли? Ты прилетел сюда без разрешения.

–  Фактически я прилетел вопреки приказу, - поправил Энакин.
– Теперь это неважно. Безопасность студентов - вот что важно.

–  Конечно, - согласился Кам.
– Через сколько времени бригадники могут приземлиться?

–  Через сколько часов? Скоро.

–  А Каррд?

–  Он может быть через несколько дней.

Кам скривился:

–  Мы не сможем столько продержаться.

–  Должны. Мы все джедаи.

Кам фыркнул:

–  Ты должен знать предел своих возможностей. Я свой предел знаю. Мы можем биться очень хорошо, но мы потеряем детей. Я должен думать в первую очередь о них.

Они уже подходили к турболифту, когда его дверь с шипением открылась и извергла какое-то белокуро-оранжевое пятно. Пятно шлепнуло Энакина где-то на уровне груди, и внезапно он почувствовал сильные руки, обвившие его в неистовых объятиях. Сияющие зеленые глаза плясали всего в нескольких сантиметрах от его глаз.

Его лицо обдало жаром.

–  Привет, Тахирай, - сказал он.

Она шагнула назад:

–  Привет, ты, великий герой-со-звезд, который слишком хорош, чтобы поддерживать контакт со своей лучшей подругой.

–  Я…

–  …Был занят. Правда. Я все знаю - ну, не все, потому что новости к нам сюда приходят с опозданием, но я слышала о Дуро, и о Балансире, и…

Внезапно она остановилась, то ли увидев это на его лице, то ли почувствовав с помощью Силы. Балансирная Станция была чувствительной темой.

–  В любом случае, - продолжала она, - ты даже не представляешь, как без тебя скучно. Все ученики разъехались, остались только эти дети - она шагнула в сторону, и тут он впервые как следует разглядел ее.

То, что она увидела в его глазах, заставило ее оборвать на полуслове.

–  Что такое?
– спросила она.
– Ты на что смотришь?

–  Я… - теперь было такое ощущение, словно лицо обожгло из бластера.
– Ты выглядишь… по-другому.

–  Может, старше? Мне теперь четырнадцать. С прошлой недели.

–  С днем рожденья.

–  Ты должен был подумать об этом, но все равно спасибо. Глупый.

Внезапно Энакин понял, что не может смотреть ей в глаза. Он опустил взгляд.

–  Я вижу, ты… э… все еще ходишь босиком.

–  А чего ты ожидал? Ненавижу обувь. Я ношу ее только при необходимости. Обувь изобрели ситы, чтобы причинять нашим нежным пальчикам боль и страдание, я в этом уверена. Ты что, думал, что я начну уродовать свои ноги только и-за того, что выросла на сантиметр или два?

Она подозрительно посмотрела на Кама:

–  И вообще, что он здесь делает? Я ведь знаю, он прилетел не для того, чтобы повидаться со мной.

Энакин вздрогнул от обиды, которая звучала в этих словах.

–  Энакин прилетел, чтобы предупредить нас о беде, - ответил Кам.
– Вообще-то ты бы пристала к нему попозже.

–  Действительно? Беда?

–  Да, - сказал Энакин.

Тахирай уперлась руками в бока.

–  Ладно, почему ты этого не сказал? Что происходит?

–  Нам нужно поговорить с Тайонной и Икритом, - ответил ей Кам, заходя в турболифт.

–  Прямо сейчас, - добавил Энакин, следуя за ним.

–  Но что происходит?
– закричала Тахирай, когда они вдруг повернулись к ней спинами.

–  Я объясню на ходу, - пообещал Энакин.

–  Хорошо.
– она нырнула в лифт как раз перед тем, как дверь закрылась.

–  Военачальник йуужань-вонгов, по сути, назначил цену за наши головы, - сказал Энакин.
– За все наши головы, всех джедаев. Он объявил, что если то, что осталось от Новой Республики, выдаст ему всех джедаев - и в первую очередь Джесина - он больше не будет захватывать планеты.

–  Похоже на вранье, приятель, - сказала Тахирай.

–  Не важно. Люди верят ему. Как, например, те, что в кораблях, которые летят сюда.

–  Они хотят выдать нас йуужань-вонгам? Пусть попробуют!

–  Не беспокойся, они попробуют.

Дверь открылась и они вышли на втором уровне. Кам пошел по главному коридору, а потом через серию переходов, которые Энакину были хорошо знакомы, хотя все они были почему-то более узкими, чем когда он последний раз их видел. Храм массасси, в котором размещалась академия, когда-то казался до невозможности огромным. Теперь он казался просто большим.

Они дошли до центральной площадки, и двадцать самых разных лиц повернулись в их сторону. Люди, ботаны, тви'лекки, вуки- здесь было представлено более дюжины видов. Все были очень юными, кроме одной - Тайонны, жены Кама, изящной женщины с серебристыми волосами и жемчужными глазами. Ее брови поднялись от удивления, а губы - от радости.