Чтение онлайн

Работая, он решил, что не будет доверять Чо. Сегодня вечером он проникнет в базу данных и запрограммирует переопределение командира на случай, если старик запутается во время боя.

Было около двух часов ночи, когда он прокрался в рубку управления. Генерал все еще сидел и играл в шахматы. Индейка сообщил о следующем ходе и обратился к командующему.

— Я полагаю, что это шах и мат, генерал. Или будет через три хода.

— Что, черт возьми, это был за ход? Конь не может переместиться только ка одну клетку!

— Этот ход называется "спешиванием", — спокойно ответил Боло. — Когда вы спешиваете своего коня, он двигается как король. Но как только конь спешивается, он не может восстановить свою первоначальную силу передвижения.

Генерал откинулся на спинку стула и вздохнул. Он выглядел еще более старым и изможденным, когда посмотрел на Шона.

— Не можешь уснуть, сынок? Я помню ночь перед моим первым боем. Ни на минуту не сомкнул глаз. Ну, не волнуйся, парень, у тебя все будет хорошо. И у тебя тоже, Индейка. Это точно не первая моя битва, так что я собираюсь немного отдохнуть. А вы двое, продолжайте и проводите любые тесты, какие захотите, только не поднимайте шум. Проследите, чтобы я встал за пятнадцать минут до рассвета.

Старик допил свой напиток, медленно поднялся и, пошатываясь, побрел к лифту. Шон хотел помочь ему, но не хотел рисковать раздражая генерала. Действительно ли это был великий герой Лаксоса? Человек, который был ответственен за спасение целой планеты, шестисот миллионов человек, от завоевания мельконианцами? Сейчас он выглядел таким хрупким и увядшим, но, должно быть, в расцвете сил производил великолепное впечатление.

Как только Чо ушел, Петрик начал проводить некоторые тесты. Диагностическая программа показала длинный список неисправностей.

— Индейка, двадцать пять процентов твоих систем повреждены! Ты вообще можешь функционировать в бою?

— Я подсчитал, что большинство моих основных параметров в приемлемых пределах, хотя некоторые находятся на нижнем пределе диапазона. Рядовой Лоулор заверил меня, что я готов к бою.

— Лоулор когда-нибудь раньше работал над Боло?

— Нет, лейтенант Петрик, но у него очень большой опыт работы с Темпларами, и его очень рекомендовали.

— Очень рекомендовали? Кто?

— Генерал Чо.

— Это понятно. Ну, он конечно знает, как залатать корпус, но у меня есть сомнения насчет того повторителя, который он пытался починить, — Петрик снова просмотрел список повреждений и покачал головой. Слишком поздно что-либо предпринимать. — Кто знает, может быть, битву отложат.

Затем он начал программировать перехват управления. Он чувствовал себя виноватым, предавая своего героя, но он не был готов рисковать Индейкой, и, возможно, всей битвой из-за капризов слабоумного. Кроме того, ему, возможно, не придется его активировать. Это была всего лишь мера предосторожности на случай крайней необходимости.

Шон проснулся от нежного голоса Индейки.

— Лейтенант Петрик. Пора готовиться к сегодняшнему сражению.

Петрик все еще сидел в кресле второго командира. Должно быть, он заснул. Затем он в панике проверил свою консоль и с облегчением увидел, что закончил свой проект и спрятал его, прежде чем отключиться.

— Ты готов к серьезным событиям, Рыбий Мальчик?

Шон повернулся и увидел генерала в его кресле. Он был чисто выбрит и одет в отглаженную униформу.

На столе перед ним не было шахматной доски, но по-прежнему стояли виски и пепельница, полная сигар. Петрик поразился тому, насколько авторитетно выглядел его командир.

— Да, сэр.

— Что ж, ситуация такова. Мы столкнулись с огромным скоплением сил кездаев, растянувшихся на трехсоткилометровом фронте. Между двумя горными хребтами есть проход. Очевидно, один из кездайских военачальников, или фракций, или как там их называют, бросил туда все свои силы, надеясь совершить прорыв. Он сильно рискует, но если ему это удастся, это будет катастрофой для нас. Мы окопались здесь, надеясь, что они нападут, но они знают, что мы слишком сильны, и хотят избежать лобовой атаки.

— Как бы то ни было, генерал Рокоян, местный командующий, решил, что нам лучше атаковать, иначе у них будет слишком много времени, чтобы подготовить позиции и установить мины. На нашей стороне Индейка и пять Марк XXX, а также ряд боевых машин поменьше, таких как "Темплары", "Спектры", артиллерия и пехота. Мы не можем рассчитывать на поддержку с воздуха, но и они тоже.

— У нас дальний правый фланг, а также командование всей операцией. Наша цель — сокрушить или, по крайней мере, рассеять их. Я полагаю, что в других местах происходят гораздо более масштабные атаки, но я бы не ожидал, что они нам о чем-то расскажут. Если враг прорвется сюда, у него будет отличный шанс обойти наши основные силы с фланга, что может привести к полному поражению.

Шон внимательно слушал, наблюдая за картой на обзорном экране, показывающей их местоположение, а также местоположение противника. Если они еще не установили слишком много мин, то у нас довольно хорошие шансы. Из всего, что я узнал, у них не так уж много штук, которые смогли бы сильно навредить Боло. А с помощью "Хеллрейлов" мы сможем держать небо чистым.

А генерал вслух размышлял над "Хеллрейлами":

— Да, довольно впечатляюще. Жаль, что они крепятся сзади и не опускаются настолько, чтобы их можно было использовать в качестве наземного оружия.

Лейтенант рассмеялся.

— Это было бы слишком опасно, слишком разрушительно. Они уничтожили бы все на линии огня, а также большую часть местности.

— Думаю, ты прав, Рыбий Мальчик. Ладно, ребята, по коням.

Лоулор передал по радио, что район чист, и Индейка рванулся вперед. Сначала медленно, затем постепенно увеличивая скорость примерно до половины крейсерской. Бездорожье, деревья и каменистая почва ограничивали его до пятидесяти километров в час.

— Все остальные подразделения Боло выдвигаются на позиции, генерал Чо, — доложил Индейка. — Они сообщают, что нужно около шестнадцати минут, чтобы их нагнали второстепенные силы. Сообщений о боевых действиях нет.

— Не волнуйтесь, скоро будет много враждебных действий. Я ожидаю, что, как только мы преодолеем этот хребет, начнется настоящая, мать ее, буря. — он указал на линию на экране.

У Шона вспотели ладони, но он почувствовал себя увереннее в присутствии своего командира. На самом деле он был даже рад, что сейчас командует не он. Шон и представить себе не мог, каково это — быть главным во время своего первого сражения.

Шестнадцать минут показались вечностью; затем заговорил Индейка: