Старая театральная Москва (сборник)
Шрифт:
Нет, память об актёрах самая яркая.
И воспоминания об актёрах самые сильные.
Это был прекрасный артист.
Талантливый, умный, интеллигентный, с хорошим вкусом.
Отличное сочетание.
В этом мире, где создают иллюзии для других, – и сами живут иллюзиями.
Всякий актёр считает себя не тем, что он есть.
Великий комик Пров Садовский воображал себя трагиком и играл «Короля Лира». Великий Эрнст Поссарт уверен, что он гениальный:
– Водевильный актёр.
И больше гордится тем, как играет Камуфлета в «Чашке чаю», чем Мефистофелем и Ричардом III.
В. Н. Давыдов играет в провинции Лаврецкого в «Дворянском гнезде» и, говорят, всю жизнь промечтал сыграть Гамлета.
Е. Я. Неделин считал себя:
– Фатом.
У него была для этого амплуа колоссальная коллекция самых необыкновенных цилиндров, самых поразительных рединготов, смокингов, визиток, какой-то особой ширины шнурки для пенсне, ботинки всех возможных форм.
Театральная суета сует!
Он был то, что на языке сцены называется актёр:
– На характерные роли.
И тут он создавал скульптурные фигуры.
Передо мной прекрасная декорация Грановитой палаты.
Красный звон московского Кремля.
Соловцов привёз из Москвы преизрядные колокола, и в лавре нашёл звонаря-художника.
Изнемогая под тяжестью парчового одеяния, на трон поднимается Рощин – Борис.
Перед ним проходят послы.
И вот среди них выступает…
Не идёт, а выступает блестящий Лев Сапега.
Глубокий, – но полный какого достоинства поклон.
– Король наш, третий Жигимонт…
Он делает паузу, приосанивается ещё больше и с весом роняет:
– …и мы, паны…
Пред самодержцем говорит представитель конституционного государства.
И даёт понять разницу.
Одной интонацией предупреждает, с кем надо считаться.
Роль Сапеги написана у гр. Алексея Толстого тонко.
Сапега хорошо говорит по-русски.
И лишь время от времени у него проскочит то польское, то латинское слово.
И Неделин ведёт чутко по замыслу автора.
И только чуть-чуть даёт проскользнуть польскому акценту.
– Ты новую вчинаешь династию, и тебе невместно летигиум тот тяжкий пильновать.
Едва слышное ударение в «пильновать» и окончание в котором едва слышно:
– Пильно?ватць.
И перед вами куртуазный, старающийся отлично говорить по-русски польский магнат.
Какой оживший старинный портрет!
Передо мною кабинет, обитый зелёным шёлком с вытканными золотыми лавровыми венками.
Дежурство звякнуло шпорами, палашами и застыло, отдавая честь.
В широко раскрывшиеся двери быстрой, нервной, неровной, стремительной походкой вошёл небольшой человек, с бледным лицом, с глазами исподлобья.
Белый жилет. Большой палец правой руки за пуговицей.
Оглянул всех быстрым, острым взглядом.
Взглядом, от которого не скроется ничего.
Жуткая фигура!
И заговорил отрывистым, с хрипотой голосом.
Словно каждую секунду повелевая.
В манере говорить слышна привычка:
– Командовать.
Когда он волнуется, у него начинает дрожать правая нога. Когда кто-нибудь говорит больше двух слов, он начинает хмуриться. Он всех перебивает. Груб, – и, боже, какой актёр! Каким красивым жестом берёт шутя за ухо Фуше, с какой красотой целует руку «Madame Sans-GЙne». Какая страсть рисоваться. Какое стремленье всех очаровывать.
– Откуда вы взяли такого Наполеона? Величественного и невоспитанного? Орла и «мирового комедианта»? – спросил я у Неделина.
– Я делал его по Тэну.
Сама madame Режан не имела счастья играть с таким Наполеоном.
Я пересмотрел много Наполеонов в разных пьесах, от самого Поссарта.
И ещё недавно, в Париже, зайдя в Дом Инвалидов, чтобы ещё раз взглянуть на «Могилу», – могилу, окружённую знамёнами, могилу, около которой написано:
– Аустерлиц… Москва…
я мысленно видел того, кто лежит в этой «могиле», таким, каким мне нарисовал его Неделин.
Не знаю, мог ли самый горячий поклонник воздать высшую хвалу любимому артисту.
Большое искусство актёра.
Он сам художник, и сам тот мрамор, из которого создаёт свои произведения.
С талантом, с умом, с тонким вкусом Неделин находил в себе чёрточки, чтобы создать образы и Сапеги, и Наполеона, и доктора из «Дяди Вани».
Как богато одарён он был природой!
Я встретился с Евгением Яковлевичем Неделиным недавно, мельком, в фойе оперного театра.
Бедный Неделин был тенью самого себя.
На пожатие ответила бессильная рука. У него было восковое лицо. Усталые от страданья глаза.
Он был:
– Не жилец на этом свете.
А ещё утром я прочёл о нём в газете, что вчера:
– Неделин играл как всегда, как большой художник.
Никто из «соловцовцев», – из могучих актёров могучей соловцовской труппы, – не пережил своего таланта.
Старейший из них, Киселевский, умер в день своего бенефиса, во цвете лет и сил умер сам Соловцов [21] , нежданно, в полном расцвете таланта и работы умер Чужбинов [22] , для бедного и милого Рощина нежданный мрак настал тогда, когда он только что ступил на новую ступень в искусстве, «Царём Борисом» вошёл в трагедию и стал мечтать о «Макбете»…
21
Ник. Ник. Соловцов – хороший актёр на характерные и бытовые роли. Прекрасный, достаточно просвещённый антрепренёр, поставивший провинциальную киевскую сцену на неведомую до него высоту и выстроивший, на деньги сахарозаводчика Бродского, отличное здание для драматического театра – «Соловцовский» театр. А. К.
22
Чужбинов – известный в своё время провинциальный актёр-комик. А. К.
И теперь Неделин ушёл, ещё чаруя зрителей своим талантом. Словно соблюдая какую-то традицию соловцовской труппы.
Для всех для них рампа гасла среди действия, среди игры, среди творчества.
Никто не дожил:
– До ущерба таланта.
И все ушли из жизни, не зная:
– Скуки эпилога.
Последний русский актёр [23]
Сегодня, в день первого русского актёра, любопытно набросать силуэт:
23
«День первого русского актёра» есть очевидно, день Ф. И. Волкова, т. е. 150-летний юбилей его. До революции ежегодно праздновался также «День русского актёра», установленный Театр. Обществом и приуроченный к великопостному сезону. А. К.